— Ефим!
Понял, что и сам чувствую себя не лучшим образом, накатила вдруг странная слабость. Колдун почуял жертвы и начал тянуть из нас силы. Чёрт знает, с какого расстояния, мы его пока даже не видели. Ефим — обычный человек — уже едва дышал, мой напитанный родиями организм сопротивлялся, однако и мне было нелегко.
Сколько ж в этой твари мощи-то⁈ Что за адскую хрень мы тут поджидаем⁈
Прикрыться от магии колдуна Защитным кругом я мог. Но опасался, что в этом случае колдун может распознать засаду и свалить от греха. Поэтому решил подпустить его как можно ближе.
Проговорил, наклонившись к Ефиму:
— Ты не болен. Это колдун тянет из тебя силы. Как только попустит, станет хоть немного легче — беги отсюда прочь! Слышишь?
Губы Ефима шевельнулись.
«Слышу», — прочитал я.
— Вот и молодец. Не ссы, всё нормально будет.
Я помог Ефиму улечься на мох. Его частично укрыл ствол поваленного деревня. Ну и то ладно. Хоть не на прямой линии огня теперь. Сам я встал так, чтобы оказаться между Ефимом и приближающимся колдуном. На том месте, где была ловушка. Сделал вид, что и сам еле стою на ногах.
Справедливости ради, серьёзных актёрских навыков для этого не требовалось. Колбасило меня всё жёстче. Бороться с соблазном поднять Защитный круг становилось всё труднее.
— Ну где ты, тварюга⁈ — прошептал я. — Давай же, покажись!
И тут же, будто услышав мои слова, в десятке метров впереди материализовалась фигура. До сих пор колдун, наверное, укрывался каким-то заклятьем.
Ну… На первый взгляд — колдун как колдун. Нечто, одетое в длинный балахон с капюшоном. Только вот у прошлого колдуна балахон был чёрного цвета. А у этого — серебристый.
И балахон не шевелился. Мне понадобилась лишняя секунда, чтобы сообразить, в чём дело.
Примёрз! Сработала одна из ловушек Земляны.
— Вляпался, тварь! — крикнул я.
Накинул Доспех и рванул к колдуну.
Не я один. Егор, Земляна и Захар тоже выскочили из укрытия. Будь колдун хотя бы Срединной тварью — силы ловушки хватило бы на то, чтобы мы успели подскочить и снести ему башку. Собственно, именно так Заморозка обычно и работала.
Но колдун оказался не лыком шит. Неподвижным он оставался едва ли несколько мгновений. После чего поднял над головой руки.
С балахона посыпался иней. И нас четверых отшвырнуло от колдуна. Метров этак на пять. В разные стороны. Мечом — даже взмахнуть никто не успел. Хорошо хоть, в свои же ловушки не влетели.
Единственная отрадная деталь: колдуну, похоже, стало не до Ефима. Я краем глаза увидел, что мужик очухался и переместился ближе к спасительному бревну. Уже хорошо. Спрятаться сообразил — значит, момент, когда с этого праздника жизни можно будет свинтить, тем более не пропустит.
А колдун между тем вытянул вперёд руку и крутанулся вокруг своей оси.
Вот же сволочь хитрожопая!
Ловушки, оставленные Земляной, стали видны. Три круга засверкали голубыми искрами. А из ладони колдуна вырвалось нечто. Я бы назвал это классическим файерболом. В этом мире меня, конечно, в очередной раз никто бы не понял, но я бы всё равно назвал. Как ещё называть-то?
Файербол ударил в ближайшую к колдуну ловушку. Голубые искры взметнулись до небес и тут же потухли. А этот гад немедленно скастовал следующий огненный шар.
Правда, для этого ему пришлось повернуться так, что оказался ко мне в четверть оборота. Почти спиной.
Я не стал терять времени и метнул в тварюгу Удар. С другой стороны то же самое проделали Егор и Земляна.
Это произошло одновременно. Раздался гулкий, раскатистый, какой-то потусторонний хохот. И мы трое опять полетели с ног. Встреченные, насколько я понял, нашими же Ударами.
Колдун их каким-то образом отзеркалил. Прошлый колдун так не умел. Этот, как я и предполагал, оказался куда прошареннее.
Файербол. Последняя ловушка Земляны вспыхнула голубыми искрами.
— Тебе бы не в колдуны, братан, — поднимаясь на ноги, проворчал я себе под нос. — Тебе бы в сапёры идти! Однажды, глядишь, ошибся бы.
Доспех меня выручил, конечно. Прилети я с такой силой спиной о дерево без него — уже не поднялся бы.
— Эй, тварюга! — раздался вдруг голос Егора. Он тоже успел встать. И даже переместиться за толстый ствол березы. — Чем тебе люди-то так насолили? Пошто в колдуны подался? Воняло от тебя сильно, что ли? Девки носы воротили?
— Не смей! — гулко громыхнул колдун.
В берёзу, за которой спрятался Егор, ударила молния. Расколола ствол от кроны до корней.
Егор не впечатлился. Он обнаружился за соседним деревом. Хохотнул:
— Ишь, взбеленился! Что, правда глаза колет? Ты мне не указ! Я свободный охотник. Что хочу, то и болтаю.
Сил у колдуна было реально — как у дурака махорки. А вот с выдержкой дела обстояли хуже. Хотя с учётом того, что в последний раз его троллили задолго до моего рождения — ничего удивительного, в общем-то.
Колдун бросился в сторону Егора. Не зря этот провокатор так старался. Сумел заманить тварь в свою ловушку.
По колдуну как будто прокатился невидимый каток. Костомолка. Тварь буквально раскатало в блин. Мы снова, все трое, бросились к нему.
Егор находился ближе всех и успел первым. Рубанул мечом, отсекая твари башку. Опытный охотник, он знал, что с одного удара колдуна не завалить. Тут же занёс меч для второго, но ударить уже не успел.
Расплющенное тело перекатилось в сторону — на глазах обретая прежнюю форму. Капюшон с головы колдуна слетел. Отсечённый мечом Егора блин — голова колдуна — стремительно преобразовался в обтянутый бледной кожей череп с провалами вместо глаз. След от меча превратился в тонкую чёрную полоску. А колдун взревел от злости. Повторил жест, который мы уже видели — крутанулся вокруг своей оси, выставив перед собой ладонь.
Три оставшиеся Костомолки Егора загорелись зелёными искрами. Но гасить их файерболами колдун не стал. Мы трое, бросившиеся к нему, наткнулись на невидимую стену. Аналог Защитного круга, видимо. А потом я вдруг почувствовал, что скован по рукам и не могу шевельнуть головой. Свободными остались только ноги. Которые уверенно понесли меня к одной из трёх ловушек.
Повернуть голову я не мог, но догадывался, что Егор и Земляна заняты тем же. Направляются в смертоносные ловушки, нами же и расставленные. Как отреагирует ловушка Егора на присутствие в себе Егора, мне оставалось только догадываться. Относительно того, что произойдёт со мной, сомнений не было никаких. Костомолка, она и есть Костомолка. Поставили ловить — поймает. Какая ей разница, кого.
Охотник с более высоким рангом, наверное, смог бы оказать сопротивление. Может, даже сумел бы скастовать Защитный круг. Всё, что сумел сделать я — немного замедлить движение в сторону ловушки.
Я упирался изо всех сил. Ноги шагали, будто сквозь толщу жидкой глины — но шагали. Колдун и впрямь оказался невероятно сильным.
Стена за зелёных искр неумолимо приближалась. До ловушки осталось три шага. Два. Один…
— Получи, тварь поганая! — донеслось до меня.
Это был голос, услышать который я не ожидал. О существовании Захара с момента начала битвы, честно говоря, вообще позабыл. Парень, судя по всему, исходящий от колдуна уровень опасности оценил правильно. Смекнул, что на поле боя будет скорее под ногами мешаться, чем помогать — вот и не отсвечивал. А тут прорезался откуда-то. Дурачина… Может, не заметил бы его колдун. Хоть кто-то в живых бы остался, рассказал остальным охотникам, что с нами случилось. А теперь так и падём смертью храбрых. И никто не узнает, где могилка моя…
Голова у меня по-прежнему не поворачивалась. Ни колдуна, ни Захара я не видел. Но догадаться, что именно сделал ученик, было легко. На текущем ранге всё, что есть у Захара — Удар первого уровня. Вот им-то он колдуна и долбанул. Мышь укусила слона, ага.
Однако в ту же секунду я почувствовал, что влекущее меня к ловушке нечто ослабло. Ненадолго, едва ли на мгновение — великан отвлёкся на мышь. Но этого мгновения мне хватило.
Защитный круг!
Вот теперь я смог наконец обернуться. И остолбенел. Потому что Захар огорошил колдуна вовсе не Ударом.
Колдун хрипел, цепляясь руками за стянутое верёвкой горло. Капюшон свалился, обнажив плешивый череп, из которого торчало несколько пучков седых волос.
Верёвка была перекинута через ветку дерева, а на другом конце верёвки повис всем весом Захар.
Идея повесить колдуна была тупой. То есть, абсолютно тупой. Даже крысу не убить ни обычной верёвкой, ни даже обычным ножом, а тут — целая высокоуровневая тварь. Которая от нас и ожидала только специфических атак, а потому к такой тупизне оказалась вообще не готова.
Впрочем, мгновение быстро закончилось. Земляна и Егор бросились было на соблазнительно висящую тушу, но колдун уже пришёл в себя. Он снова повёл рукой. Оба охотника замерли, а потом снова двинулись к ловушкам. И только меня эта участь минула. Зато ощутил, как сила колдуна даванула на Защитный круг.
— Щ-щ-щенок! — прошипел висящий колдун и махнул другой рукой.
Захара снесло с верёвки и шарахнуло спиной о ствол дерева. Колдун разорвал петлю. А я решил, что время пришло.
Пока колдун стряхивал обрывки верёвки, я мысленно изобразил свежий Знак и почувствовал, как из меня исходит Сила.
Н-да, тогда, с воробьями и котом, такого ощущения даже близко не было. Похоже, расход Силы в случае с этим Знаком зависит от того, на ком именно ты его применяешь.
Движения рук колдуна замедлились. Два обрывка верёвки повисли в воздухе, не спеша падать на землю.
— Йо-хо-хо, ублюдок! — воскликнул я и рванул было к колдуну.
Но тут вскрылась особенность Знака. Как только я зашевелился, зашевелился и колдун. Верёвка упала, рука потянулась ко мне.
Я замер. Замер и колдун. Замерли Земляна и Егор, всё ещё скованные заклинанием, но, по крайней мере, теперь не вынужденные идти на верную смерть.
Ч-ч-чёрт! Ну да, это было бы слишком просто — кастанул Знак, остановил время и делай, что хочешь. Этак охота на тварей превратилась бы в самую лёгкую затею на свете.