Я честно протыкал все фрагменты, но ничего, похожего на диск, не увидел. Видимо, другая какая-то деталь. Не от этой конструкции. Хотя голова и рука разрушителя посредством диска вполне себе зарядились… Странно, но ладно. С этим ещё будет разобраться. Пока поглядим, что тут у собиральщика с комплектацией заказов.
Проверка установила, что хреново, в Озон на работу не взяли бы. Андроиды были собраны в самых удачных случаях процентов на тридцать. А подавляющее большинство схем представляло собой всего одну-две детали, светящиеся зелёным. На некоторых зелёного вовсе не было. Прямо скажем, так себе результат — за столько-то лет.
— И-ишь, — восхитился леший. Он, видимо, монитора бояться перестал и как-то незаметно образовался у меня за спиной. Заворожено смотрел на разворачивающиеся схемы. — И в самом деле книжка. Да с картинками! Ты ж погляди, что кажут…
— Именно этим и занимаюсь, — рассеянно отозвался я.
Вместо привычных кликов по мыши и клавиатуре тыкать в монитор мечом было, мягко говоря, неудобно. Отвратительный интерфейс, надо будет разгромный отзыв написать. Но всё же худо-бедно насобачился. Изучив и сопоставив данные, понял, что миру, в котором живу, исключительно повезло.
Железный человек — это тупая консервная банка, предназначенная для осуществления строго определенных операций. У Терминатора, созданного гением некроинженера, мозгов определенно больше. Да ещё общение с Тварью отпечатки накладывает, того гляди до самоосознания искусственного интеллекта дойдёт. А железный человек — обыкновенный робот, который действует по заложенному алгоритму. Он должен собирать из деталей андроидов. Деталей под рукой нет, и железный человек добывает их всеми доступными способами, на это его прошивки, видимо, хватает. Но дальше не собирает из того, что добыл, полностью укомплектованного разрушителя — как делал бы я или любой нормальный человек. А тупо складирует детали в кучки под номерами. Вот это — от разрушителя номер один, это — от номера два, и так далее.
Взять у условного номера первого, например, ступню, которой недостает номеру второму — не, это не путь самурая. Самурай будет дальше нарезать в тайге круги из вырванных с корнями деревьев, добывая деталь за деталью. До тех пор, пока счастливый случай не пошлёт какому-нибудь удачливому разрушителю полный комплект. Вероятность такого случая, судя по тому, что железный человек орудует в здешних краях с тех пор, как упали звёзды, крайне не высока.
— Слава тебе, Господи, — пробормотал я. — Храни дураков и пьяниц! Толку от них иной раз не меньше, чем вреда.
— Чего говоришь? — навострился леший.
— Погоди, дед. Не мешай. Что-то я упускаю, а что — не могу понять.
Я снова уставился на картинки с андроидами. Было их тут изрядно, не меньше сотни. И что-то мне не давало покоя, когда на них смотрел.
— Сердце! — осенило меня. — Точно! Дед! Ты видишь — они все пустые? Сердца нет ни у одного!
— Пожрал? — предположил леший.
— Чего?
— Ну, орясина эта железная. Этакая не то что сердце — самого тебя целиком заглотит и не подавится.
— Не, ну что не подавится — тут спору нет, конечно…
Я уже понял, что скролить экран можно, просто ведя мечом снизу вверх. Просмотрел все схемы и убедился, что прав. «Сердце» — батарея, питающая разрушителей, — не присутствовало ни на одной картинке. У всех андроидов без исключения в центре груди горел тревожный оранжевый сигнал. Пустота.
И цвет — не красный, оранжевый. Означает ли это, что при наличии батареи даже недоукомплектованный андроид каким-то образом сможет функционировать? Если у него есть, например, только ноги, задница и батарея, а всё прочее отсутствует, можно ли засунуть батарею в задницу и отправить эту тварь разрушать? Вот прям интересно стало. Теоретически — почему нет? Я ж понятия не имею, как работает это их разрушение, может, там и в задницу и в колени по плазмогану встроено.
И второй вопрос — то, что железный человек до сих пор не нарыл ни одной батареи, это просто счастливая случайность? Или тоже можно найти какое-то разумное объяснение? Вот прям чую, что можно. И если ещё чуть-чуть подумаю, найду. Одна фигня — последнее, что мне хочется делать сейчас, это разгадывать загадки, не имеющие прямого отношения к текущей ситуации. В отличие от комплектности разрушителей — которая меня интересует весьма и весьма.
На первый взгляд, железный человек надыбал разнообразного барахла достаточно для того, чтобы собрать целого андроида. Даже если у него будут две левых кисти, например, и жердины от забора вместо пары ребер — это, я считаю, ничего страшного. Подколхозить, где надо, перенастроить такого разрушителя и направить вместо людей на тварей — уже звучит как план. С этакой хренотенью и в Пекло податься не стыдно…
Я скролил схемы ряд за рядом, откладывая в памяти. Оклемается Ползунов — вывалю информацию ему, и вместе будем думать, что дальше.
Лешему наблюдать за тем, что я делаю, быстро надоело. Он с важным видом прогуливался вдоль сложенных аккуратными штабелями контейнеров. И вдруг встрепенулся:
— Чуешь⁈
В следующую секунду дед исчез. А я почуял. Под ногами вздрагивала земля. Выругался, схватился за троекуровский амулет и оказался на поляне перед входом в пещеру, за пределом ловушек. Там, куда привёл нас с Гравием леший.
Глава 13
— Идёт! — крикнул Гравий.
— Да понял уже! Давай ко мне в Давыдово, там разберё… — я не договорил.
Из-за стены деревьев, прокладывая среди стволов дымящуюся просеку, к нам летела Молния.
Такую, наверное, могли бы сотворить несколько охотников высшего ранга, если бы сумели объединить усилия. Железному человеку хватило собственных мощностей.
Мы с Гравием бросились в разные стороны. Шарф у меня на голове опалило.
Троекуровский амулет почему-то не сработал. Я, чертыхнувшись, изобразил Знак. Хоть бы хрен! Та же фигня, что была в избе у достопамятного оборотня-Бирюка. Только что-то мне подсказывает, в этот раз масштабом посерьёзнее.
— Владимир! — крикнул Гравий.
— Да! Не работают Знаки!
— И у меня! Бежать отсюда надо — туда, где колдовство его не действует!
Мы побежали. Ну, условно побежали. По глубокому, почти по колено снегу — поди побегай.
— Далеко бежать?
— Да кто ж его знает!
Ну, логично. Знак, подавляющий другие Знаки, наверняка имеет какой-то конечный радиус действия. Но вот о площади действия остается лишь догадываться.
Я пытался изображать Перемещение снова и снова. С тем же результатом. В метре от нас деревья проредила ещё одна молния. От треска ломающихся стволов заложило уши. Дрожание земли под ногами усилилось.
— Примем бой! — вдруг остановившись, крикнул Гравий. — Негоже охотнику…
— Ты дурак⁈ — я рванул его за руку.
Через секунду в то место, где мы стояли, влетела молния.
— Тебя эта махина даже не заметит! А до спасения тут, может, три шага осталось! Эх, кобылу бы мою сюда!
— Я уж думала, не дождусь!
Сварливый голос раздался прямо у меня над ухом. Кобыла затормозила с пробуксовкой, взбив копытами снежные фонтаны. Задавать дурацкие вопросы я не стал.
Через секунду мы с Гравием вдвоём сидели на Твари, а она неслась сквозь заснеженный лес.
Последняя молния пролетела у нас над головами, опалив Гравию затылок. Вот когда порадуешься за себя, что ниже кого-то ростом!
Молния ударила в землю метрах в десяти впереди нас. А у меня наконец-то сработало Перемещение.
Кобыла орала дурным голосом, стоя посреди двора. Гравий, свалившись на землю, заткнул уши и уставился на меня с вопросительным выражением. А я не мог ничего поделать. Среди всех моих Знаков не было такого, который бы обезболивал тварей.
Впрочем, Тварь быстро справилась с первичным шоком и начала наваливать уже словами:
— Ирод! Злодей! Я к нему — со всей душой, а он, а он! Кошкой царапается, Знаками мучает! Уйду!
— Спасибо тебе, Тварь, выручила, — сказал я, спустившись.
— Да в задницу себе спасибо засунь! Ну потерпел бы пять-шесть часиков — глядишь, и доскакали бы. Подумаешь, пару раз бы пожрать остановилась, чай, не разорился бы! Вон, у самого девка крепостная в золоте да жемчугах ходит, а мне корочку хлеба зажилил!
— Какая девка? В каких жемчугах? — обалдел я.
— А у тебя их ещё и много, что ли? — совсем возмутилась кобыла. — Стыдоба какая, ещё охотником зовётся!
Тут к огороженному загону, в который осуществлялись перемещения, подошла Земляна с чашкой исходящего паром чая и совершенно спокойно сказала:
— Это она Марусю углядела. Мы с ней как-то разболтались на крылечке, она и рассказала, как её водяной золотом обвешивал. Я и попросила показать. Та надела. А кобылу в это время Данила по двору водил, чтоб не застаивалась.
— Святой души человек, — немедленно отозвалась Тварь. — Данила-то. Один про меня, несчастную, помнит.
Про золото водяного я и забыл совсем. Маруся, выходит, так ничего и не продала? А могла бы свободу себе купить. Я её, впрочем, и бесплатно бы отпустил, да, видать, не хочет. Ну, если ей прикольнее жить со мной в качестве прислуги и иногда красоваться в драгоценностях — пусть так, со своей стороны никаких возражений не имею.
— Ладно, — вздохнул я. — Это. Ты, мисс Рояль восемнадцатого века, ты как вообще нас нашла?
— Сам Рояль, — снова обиделась кобыла. — Его спасаешь, а он оскорбляет. В другой раз никуда не пойду, хоть ты сто кошек на меня скинь.
Оказалось всё довольно просто. Сегодня утром, после того, как разбудил меня и спас от пожара, мой таинственный друг из семейства кошачьих исчез в Сибири, но, видимо, сразу появился в Поречье. А конкретнее — упал на бок Твари.
Тварь в эту пору спала, не видя никакого смысла в бодрствовании, если жрать пока не дают и скакать никуда не нужно. Однако когда кот вцепился в неё когтями, пришлось реагировать. Тварь вскочила, заматерилась и заметалась. Кот не испугался, устроился у неё на загривке и когтями недвусмысленно дал понять, что ждёт от кобылы направленного движения.