арища.
Пока шли к столовой, наткнулись на вернувшегося из Поречья Захара. Из кабинета покойного графа выскочил на шум Неофит.
Через час, восстановившись и подпитавшись амулетами, я вернулся в Невгин. В сопровождении Земляны, Захара и Неофита, понятное дело, кто б меня одного туда отпустил.
Не успел материализоваться — долбануло родиями. Я не сразу понял, что происходит, на всякий случай выхватил меч. Но оказалось, что всё уже произошло.
Над грудой поверженных летучих мышей стоял паук — гордый, как лев. Увидев меня, замигал восемью глазами. Будто щенок хвостом завилял.
— Моя ж ты умница! — умилился я. — Даром времени не терял, да?
— Это что? — спросил Неофит. Я переместился вместе с ним.
Неподалеку материализовались Земляна и Захар. Задали тот же вопрос.
— Это наш образцовый боец продолжает выполнение боевой задачи. Даже туши в кучу сложил, чтобы палить удобнее было… Так служить, дружище! — Я потрепал паука по металлической спине. Паук горделиво переступил металлическими ногами. — Захар, займись тушами. Земляна, Неофит, вы со мной.
Мы пошли к схрону, устроенному железным человеком. Паук бежал за нами.
— И это вот и есть Пекло? Да? — Неофит с любопытством озирался по сторонам. — Всамделишное?
— Пекло. Ещё не самое жаркое, но вполне всамделишное.
— А почему земля вокруг изрыта?
— Экскаватор-стахановец потрудился. Полезные ископаемые добывал.
— Туда сложил? — понятливая Земляна ткнула пальцем в сторону единственного уцелевшего здания.
— Угу.
— Ловушки?
— Костомолки. Сплошняком всё утыкано, как ёж иголками.
— И что делать будем?
— Да есть одна идейка…
— Ты всё понял? — спросил я у Неофита.
— Конечно! Давайте уже скорее!
— Давайте.
Неофит отошёл в сторону. Мы с Земляной встали у входа в схрон. Я запалил Манок.
— А полезут они на него? — напряженно спросила Земляна.
— Должны. Чего бы им не полезть?
— Ну, не знаю. Тут Пекло всё-таки.
— Да ну! От перемены локации повадки тварей не меняются. Должны появиться. Ждём.
— Вижу! — пискнул Неофит.
И мы тоже увидели. Вдали показались летучие мыши, целая стая.
— Кучно идут, — обронила Земляна.
— Да тут вообще твари жирные, я тебе давно говорю. И непуганые. Можно сказать, практически невинные.
На этом беседу пришлось закончить. Приближались мыши быстро.
В момент, когда мы могли уже в подробностях различить направленные на нас когти и оскаленные пасти, я скомандовал:
— Марш!
Мы с Земляной дружно переместились Знаками на другую сторону схрона. Планируя операцию, я опасался, что мыши могут оказаться умнее, чем думаю. Но — нет, сработало, как и рассчитывал. Мыши всей стаей поломились в дверной проём — полагая, видимо, что глупые охотники укрылись в здании.
Мы в тот же миг одновременно скастовали Полёт, взлетели над схроном. Крыша, стараниями железного человека, отсутствовала, происходящее внутри было видно, как на ладони.
Земляна кастанула Свет истины. Мы увидели, как мыши впиливаются в расставленные ловушки. Слух усладил хруст ломающихся костей.
Некоторые особи сообразили, что дело неладно, и попытались свалить через отсутствующую крышу. Но мы кастовали Полёт не с целью похвастаться, как прикольно умеем. Мыши, посеребренные Морозом, посыпались вниз. Обезвреживая тем самым оставшиеся ловушки.
Радостно взвизгнул Неофит — уцелевшие крысы бросились к двери. Пацан принялся сшибать их Ударами.
Через минуту всё было кончено. Я заглянул в схрон. Свет Истины показал единственную уцелевшую Костоломку, в самом дальнем углу. Я подобрал крысиную тушу, валяющуюся на пороге, швырнул туда. Ловушка послушно переломала её в винегрет, после чего разрядилась.
— Чисто, — объявил я.
Мы вошли в схрон.
— Ого! — оценив количество банок, сказала Земляна.
— А я чего говорю? Клондайк! Паук, вытаскивай туши, на улице будем жечь. Земляна, Неофит, вы мне помогите. Банки надо сложить в одну кучу, чтобы перемещать удобнее было. Пауку я такую ответственную операцию доверить не могу.
Паук посмотрел на меня, как мне показалось, обиженно. Ухватил в четыре лапы по мышиной туше (оружие ему, что характерно, совершенно не мешало), на оставшихся четырёх ногах потопал к выходу.
Мы принялись стаскивать в центр помещения банки.
— Тяжёлые, — проворчал Неофит. — Когда там уже Захарка-то придёт? Долго ему ещё туши палить?
В тот же миг, будто только этого вопроса и дожидаясь, до нас долетел крик. Не отчётливый, но о смысле догадаться можно.
«На помощь!»
Земляна и Неофит ломанули туда, где мы оставили Захара. Паук бросился было за ними, но я приказал:
— Стой! Остаёшься тут, стережёшь добычу. А то глазом моргнуть не успеем, как змеи сползутся. На них эти банки похлеще Манка действуют. Держи оборону, мы быстро!
И я перенёсся троекуровским амулетом к Захару.
И обалдел. Моментально. В нулину. Присоединился к Земляне и Неофиту. Те, раскрыв рты, смотрели на Захара, бьющегося в захвате мужика…
Впрочем, о мужике надо поподробнее, он явно заслуживает побольше жалкого деепричастного оборота.
Во-первых, он был довольно высок — выше меня, во всяком случае. Во-вторых, у него были прилизанные чёрные волосы, бледная кожа и глубоко запавшие глаза с наркоманской подводкой. В-третьих, он носил чёрный плащ с алой изнанкой. Ну и, разумеется, изо рта торчали клыки. Которые он изо всех сил скалил, намекая, что ещё одно движение — и Захара укусит.
— Это что? — спросила Земляна.
— Вампир, наверное, — отозвался я.
— Че… кто⁈
— Вампир. Европейский аналог упыря.
— Упыри? — скривился вампир. — Эти животные мне не ровня! Ты оскорбил меня своим сравнением.
— Ну сорян, — развёл я руками. — Надо было сразу нормально представляться.
— Я — граф Фонсо Даскалу. Вампир.
Тварь чуть наклонила голову.
— Граф Владимир Давыдов, охотник — кивнул я в ответ. — И чего тебе нужно?
— Сегодня я пришёл не за вашими жизнями. Можете уйти. Оставьте мне то, что в этом доме.
Я обернулся на кабак, затем снова посмотрел в чёрные глаза вампира.
— Вот исключительно праздный интерес: тебе нахрена?
— Не твоё дело! — возмутился Фонсо Даскалу.
— Стаскаешь в свой фамильный замок, свалишь грудой напротив трона и будешь любоваться?
— Отстань! — совсем обиделся вампир. — Я убью твоего друга!
— Да щас, десять раз.
Я кастанул Знак Остолбеней. Земляна, моментально сообразившая, что к чему, кинулась вперёд. Пробила вампиру в челюсть, повергнув его наземь, оттолкнула Захара в сторону. Я немедленно отключил опасный Знак.
— Вероломные подонки! — завопил Фонсо. — Узрите мой гнев!
Мы замерли в ожидании гнева — интересно же. Но ничего не последовало. Фонсо злобно посмотрел на небо и пояснил:
— Сейчас не моё время. Вот когда стемнеет…
Но Неофиту почему-то не зашла идея подождать темноты. Он кастанул Удар уже сейчас, и голова вампира дёрнулась. Я решил не отставать и наотмашь долбанул Знаком Меча. Белоснежную манишку вампира рассекла черта, тут же окрасившаяся зеленью.
«У всех тварей зелёная кровь» — хорошее название для фильма. Этакий вестерн про охотников. Я б посмотрел. Только чтобы с Клинтом Иствудом в главной роли.
Фонсо Даскалу с рёвом вскочил на ноги. Взмахнул рукой, и стоящего в добрых пяти метрах от него Неофита отбросило. То же самое вампир проделал другой рукой с Земляной и Захаром. Я же сработал на опережение.
При помощи троекуровского амулета переместился к вампиру и пронзил ему грудную клетку мечом, усиленным Костомолкой.
Графа Фонсо Даскалу скрутило. Он охнул, съёжился, хватаясь когтистыми лапами за клинок. Лапы тут же перекосило совершенно, вывернуло пальцами назад.
Я врезал Ударом. Мой Удар был раскачан куда лучше, чем у Неофита, и через лощёную бледную рожу пробежала зелёная трещина. Сам вампир рухнул спиной на землю и едва не соскочил с клинка — благо, я подал его вперёд.
Вампир принялся извиваться, скрести когтями землю и что-то шипеть. Я уж было собрался кастануть ещё один Удар, чтобы окончательно расколотить гнилую репу, когда произошло странное.
Граф Фонсо Даскалу всосался в землю. Целиком и полностью. Как будто в одно мгновение стал жидким.
— Э! — возмутился я. — Алё! А где мои родии⁈
Вонзил в землю меч по рукоятку — нулевой эффект.
Ну, знаете. Это уже не смешно. Это всё равно как если бы голая девушка заманила тебя в интимно обставленную комнату и исчезла.
— Владимир! — позвала Земляна. — Нужно уходить.
Я повернулся и проследил за её взглядом. К нам стремительно приближалась по воздуху стая. Точнее, две стаи: летучих мышей и летучих змей. Они летели тесно, рядом, и даже несколько переопылялись. Возможно, между ними уже шла жестокая битва за шкуру неубитого медведя.
— Уходим, — согласился я, и мы бросились в кабак.
Пекло — такое место, в котором очень легко увлечься. Сейчас вот глазом моргнуть не успеем, как ещё и стемнеет. Тут-то нас и накроет окончательно. Граф этот текучий вернётся в полной силе, хрен его знает, что ещё умеет. Если по канону, то туши свет, бросай гранату. А что тут водится помимо графа, вообще неизвестно.
Так-то вампир — тварь, конечно, любопытная. Насколько я понял, этакий гибрид упыря с колдуном. То есть, мозгов и возможностей побольше, чем у упыря, и хотя бы отчасти помнит, что был когда-то человеком. Интересно вот, от чего это зависит. Почему в России только упыри, а вампиров нет? Или это — чисто имиджевый момент? Ну, типа, колдун сделал себе операцию, посадил клыки и…
Да ну, не. У колдунов сила от времени суток не зависит, насколько я заметил. Ладно, оставим вопросы научной классификации на потом, а лучше на кого-нибудь другого. В конце-то концов, мы ребята простые. «У всех тварей зелёная кровь» — вот всё, что нам нужно знать.
Земляна перенеслась вместе с Неофитом. Захар схватил пару банок и перенёсся с ними — ну, молодец, уже в этом можно положиться.