Были идеи закупки паровозов за рубежом, например, в Швеции, но Аркадий подавил их в зародыше — паровозы у СССР должны быть только свои.
Ленин, кстати, первоначально выступал за покупку паровозов, чтобы решить уже существующую проблему сразу, но Немиров сумел отговорить его.
В будущем, для потребностей индустриализацию, потребуется в десятки раз больше паровозов, чем они смогут купить, поэтому покупка — не выход.
— На данный момент, получение толуола на невысоком уровне, но к началу следующего года мы нарастим его минимум на 60%, за счёт расширения завода, — сообщил Аркадий. — Получаемый кокс же направится на металлургические заводы, главным образом, на Мариупольский металлургический.
«Тротиловая проблема», постепенно, решается, поэтому у Аркадия были хорошие предчувствия. Весь толуол идёт на химические заводы, а те выдают тротил для снарядных заводов, которые пополняют артиллерийские склады новыми снарядами и минами.
Пока что, выпускается мало снарядов с тротилом, но, в перспективе ближайших пяти лет, Немиров рассчитывает нарастить производство минимум в тридцать раз, а дальше — больше.
Новые наименования снарядов, 30, 45, 85, 130 миллиметров — всё это требует прорвы тротила, но он последовательно движется к своей цели.
В чём он точно уверен, так это в том, что у СССР в грядущей войне точно не будет проблем с боеприпасами — это под его ответственностью…
*30 октября 1921 года*
Был воскресный семейный ужин, на котором, помимо Аркадия и Людмилы, присутствовали также Иосиф Сталин и Лариса Рейснер.
— А почему ты не рассказывал мне, что пишешь? — спросила вдруг Людмила.
Аркадий обдумывал ситуацию со Сталиным — он не помнил, когда тот должен был встретиться с Надеждой Аллилуевой. Он помнил, что это должно было случиться во время революции, но воспоминания по этой теме были слишком смутны, поэтому он не был уверен ни в чём.
Сейчас Сталин холост и активно обхаживает Ларису Рейснер, о которой Аркадий никогда до этого не слышал, но теперь знал, что она присоединилась к партии в 1919 году и уже показала себя очень полезным функционером — Ленин её очень ценит и часто ставит в пример.
И у Сталина есть ощутимый успех, раз он пригласил Рейснер на званый ужин к Немировым, а та согласилась…
— Что? — переспросил Аркадий.
— Ты забыл на столе в своём кабинете рукопись, — произнесла Людмила. — Я прочла её целиком — пришлось бросить все свои дела.
— Прямо так надо было прочесть? — усмехнулся Немиров.
— Это было так интересно! — всплеснула руками Людмила.
— О чём идёт речь? — поинтересовался Сталин.
— Аркаша написал уже целых девятнадцать глав своего романа! — сообщила ему Людмила.
— И когда это он нашёл время? — с усмешкой прищурился Сталин и перевёл взгляд на Немирова.
— На досуге, — пожал плечами тот.
— О чём роман? — спросила Лариса, до этого лишь слушавшая их беседу.
— Да там фантастика… — начал Аркадий.
— Футуризм! — воскликнула Людмила. — Это роман об Олеге, который выживает в мрачном мире будущего, где жизнь плоха не тем, что какие-то злые олигархи жестоко правят остальными, как в «Железной пяте» Лондона или в «Когда Спящий проснётся» Уэллса, а тем, что это просто система такая.
— Интересно, — улыбнулась Лариса. — И как же это всё проявляется?
— Он половину всех своих денег тратит на еду, а остальное на жильё и медикаменты, — начала объяснять Людмила. — Олег стар, он избегает инспекторов по пожилым, которые проверяют всех стариков, чтобы сдать в дом для престарелых, а также работает на двух работах. И вспоминает свою молодость, очень часто.
— Ну, по крайней мере, у него есть еда, а также хватает на жильё и медикаменты, — усмехнулся Сталин. — Не такое уж и плохое будущее рисует товарищ Немиров, если сравнивать с другими антиутопистами…
— Вы, товарищ Сталин, просто ещё не прочли! — воскликнула Людмила. — Это ужас! Аркаша так реалистично передаёт отчаяние Олега и описывает его жизнь, которая и не жизнь никакая, а существование… Я никогда не читала ничего подобного! Это должно быть завершено и издано!
— Всему своё время, — пожал плечами Немиров.
— Могу я ознакомиться? — заинтересованно спросила Лариса.
— Аркаша, разрешишь? — посмотрела на него Людмила.
— Ну, раз это стало достоянием общественности… — развёл руками тот. — Читайте.
— Тогда мы пойдём в кабинет! — заулыбалась Людмила. — Аркаша, погаси огонь под чайником, как вскипит, и ухаживай за Иосифом Виссарионовичем — он наш гость.
— Да, конечно… — вздохнул Аркадий.
Чайник, благодаря самодельному свистку, мог сообщить, когда вскипит, поэтому следить за ним не нужно.
— Мир будущего?.. — спросил Сталин.
— Ну, моё видение мира будущего, — улыбнулся Немиров.
— Видение… — повторил за ним Сталин. — Я закурю?
— Конечно, — ответил Аркадий.
Сталин извлёк из кармана свою трубку, вытряхнул её в чайную чашку, после чего достал кисет табака.
— И когда ты всё успеваешь? — спросил он, подпалив табак спичкой. — Ленин считал, что ты «спечёшься» просто от двух главных управлений, а ты ещё кидаешься на дополнительные задачи — вот кто тебя просил паровозами заниматься?
— Никто, — усмехнулся Аркадий. — Но это было нужно, чтобы лучше справиться с основными задачами.
— Что за транспортабельные блочные котельные установки? — спросил Сталин. — Мне на тебя четырежды пожаловались анонимы — говорят, что ты прожектёр, каких ещё поискать.
— Хочу поставить завод по производству, как ты понимаешь, транспортабельных блочных котельных установок, — ответил на это Немиров. — Это установка, вмещающаяся в железнодорожный вагон, которую можно будет установить хоть в чистом поле, после чего получать тепло и горячее водоснабжение — только воду трубами подведи и дизельным топливом заправляй. В перспективе — уменьшенные в габаритах установки, пригодные для транспортировки автомобильным транспортом.
— Зачем это? — уточнил Иосиф Виссарионович.
— Создание нормальных условий в малонаселённой местности, без какой-либо инфраструктуры, — объяснил Аркадий. — А тут привозишь вагон, ставишь его у источника воды и тебе сразу и отопление, и горячая вода — это замечательно, нет?
— Замечательно, — согласился Сталин. — И в армии тоже пригодится, я так понимаю?
— Конечно же, — заулыбался Немиров.
— Похоже, что я начинаю тебя понимать, — улыбнулся Иосиф Виссарионович.
— Нужно запатентовать и выставить на продажу, — сказал Аркадий.
— Я знал, что ты это скажешь, — покивал улыбающийся Сталин. — Тебя Ленин ценит, если ты ещё этого не знаешь, главным образом, за то, что ты знаешь, как добывать золото для страны, а не за твои военные достижения или организаторские способности.
Немиров сейчас, как раз, прорабатывает вопрос дополнительного источника золота. И источником этим является нефть.
В Башкортостане уже снуют по окрестностям геологи, которые ищут именно нефть, пространства вокруг Оби тоже оккупировала небольшая армия геологов, снятых с других направлений, которые показались Аркадию менее перспективными.
Самая большая беда, глубина залегания нефти, уже усиленно решается силами трёх НИИ — разрабатываются и совершенствуются специальные буры, которые, в будущем, смогут пробиться на глубину два или даже три километра, а дальше СССР получит свой долгожданный и заслуженный джекпот…
Геологи сфокусировались на поисках вокруг посёлка Усть-Балык, для чего Аркадию пришлось пойти на фальсификацию документов. Он знал, что именно там обнаружат Усть-Балыкское нефтяное месторождение.
Также сейчас ведутся активные поиски Волго-Уральской нефтегазоносной области, причём начаты они вокруг деревни Ишимбаево.
Главное — получить крупные месторождения, а дальше и людей выделят, и средства, и технику — Баку выглядит слишком уязвимо, чтобы полагаться только на него.
Нефть залегает очень глубоко, но признаки её можно обнаружить и на меньших глубинах. Когда геологи установят места, где она реально может быть, приедет буровая техника и начнётся бурение пробных скважин.
Параллельно с этим экспедиции ходят в Западном Казахстане, вдоль берега Каспийского моря, особое внимание уделяя полуострову Мангышлак.
Там есть не только приличные запасы нефти, но ещё и урановые руды. Последнее — это не просто деньги…
— Ты всё ещё не отказался от идеи организации гонок? — спросил Сталин.
— Наоборот! — заулыбался Аркадий. — Заявок поступает даже больше, чем я ожидал! Будем проводить большие гонки под Петроградом — уже ищу средства и людей для строительства гоночной трассы.
— Ты переоцениваешь возможный вклад энтузиастов, — покачал головой Иосиф Виссарионович.
Это он к их разговору о перспективах гоночных состязаний. Немиров его не убедил и Сталин считает, что это напрасная трата ресурсов.
А Аркадий знал, что ничто так не толкает прогресс в области автомобилестроения, как престижные гоночные состязания. То, что появлялось в «Формуле-1», через 5–10 лет, в упрощённом и удешевлённом виде, появлялось на обычных автомобилях.
Дисковые тормоза, АБС, система контроля тяги, композитные покрышки, коробка передач с двойным сцеплением — это только то, что Аркадий смог вспомнить.
Не будет развития конкурентных гоночных состязаний, не будет новых технологий для автомобилестроения.
— Как минимум, все повеселятся, — пожал плечами Аркадий. — Советским гражданам нужен досуг — дадим хотя бы его, если надежды не оправдаются.
Несколько секунд спустя, в комнату ворвалась Лариса, а вслед за ней вошла довольная Людмила.
— Иосиф! — воскликнула Рейснер. — Это должно быть запущено в печать!
*14 ноября 1921 года*
— Джентльмены, не теряйте голову, — попросил Леонид. — Это моё решение и вам остаётся лишь смириться с ним.
Совет директоров «K-Aircraft» возмущённо зашумел.
— Требую тишины! — воскликнул Курчевский. — Вам может не нравиться моё решение, но не забывайтесь — я владею и буду владеть этой компанией. Это я основал её, я поднял её на нынешнюю ве