— Что нам нужно будет изменить? — вычленил самое важное Касим.
— Необходимо будет учредить Совет, — вздохнул Аркадий, переходящий к самой тяжёлой части. — Представители каждого кишлака и иного селения должны будут избрать представителя, свой голос на одном большом Совете, который будет действовать постоянно. Именно этот Совет будет решать, путём голосования, каким путём пойдёт Кафиристан. Не вожди, не чужие беки — только Совет. Не пуштуны, не васи, не калаши, не остальные — только Совет, представляющий общие интересы Кафиристана.
— Звучит хорошо, — кивнул калаш. — Только сложно представить, как это сделать.
— Нужна лишь воля самых отважных, — развёл руками Аркадий. — Силу мы вам дадим почти сразу. Нам нужны будут тысячи воинов, которые уйдут в Памир, где будут организованы тренировочные лагеря — такие как я, обучат ваших воинов нашим воинским традициям и нашему умению воевать. Но эти воины будут неукоснительно следовать воле Совета, а не своих вождей — это главное условие.
— Не вижу в этом ничего невозможного, — произнёс Касим. — Желающих научиться вашему искусству войны будет очень много. И ради этого они дадут клятвы Совету старейшин. Тогда вы дадите нам винтовки и пулемёты?
— Разумеется, — улыбнулся Аркадий. — Более того, мы откроем для вас торговлю с нашими землями — вы сможете поставлять свои товары в союзные республики.
— А какая выгода для твоего царя? — нахмурился калаш.
— Как я уже говорил, англичане, — ответил на это Немиров. — Они очень боятся, что СССР получит доступ к Индии, их главной сокровищнице. Поэтому они вредят нам, направляя на наши земли беглых преступников.
— Муэтдин-бек, — с усмешкой произнёс Касим.
— Ты знаешь его? — спросил Аркадий.
— Конечно же, — кивнул калаш. — Он во всеуслышание объявил кровную месть Ленину и поклялся убивать всех его людей, до тех пор, пока держава Ленина не падёт.
«А Владимир Ильич и не подозревает, что в горах Афганистана у него завёлся кровник», — подумал Немиров.
— Кстати о кровной мести, — вспомнил вдруг Касим. — Твои кровники подросли, поэтому следи за тем, кого подпускаешь близко. Их осталось мало, ведь участь сирот очень тяжела, но есть те, кто сумел стать воином. Они обязательно захотят отомстить тебе.
— Я буду помнить об этом, — кивнул Аркадий.
— А твоё предложение нам следует обсудить на сходе кишлаков, — произнёс калаш. — Мы пригласим представителей всех племён Кафиристана и решим, как быть. И нам следует беспокоиться о том, что если мы откажем тебе, то на нас обрушится гнев самого Владимира Ленина?
У них всё просто и понятно: в России просто взошёл на престол новый царь и методы он будет использовать точно такие же. Такие понятия, как «революция», «смена государственного устройства» и «власть народа», в их реалиях неприменимы и непонятны.
— Я бы не хотел, чтобы наши отношения строились на такой неплодородной почве… — сказал на это Немиров.
— Я тебя понял, — кивнул Касим.
*27 декабря 1922 года*
— М-м-м, м-м-мать… — процедил Леонид и приложил к голове тряпку со льдом. — Повтори-ка, что сказал. Только потише и помедленнее.
— Мы. Заключили. Сделку, — членораздельно сообщил ему Гарри МакАлистер, глава его юридического отдела. — Полторы тысячи К-1 в Великобританию.
— То есть, ты обработал этого Тренчарда, как я и велел, так? — восстановил картину событий Курчевский.
— Да, я не слезал с его ушей весь вечер, — улыбнулся Гарри. — Ты всё верно прочувствовал — Королевские ВВС очень нуждались в нашем самолёте, но никак не могли принять решение. И ещё важный момент — первые пятьсот единиц должны быть последней модели, а ещё тысяча — те, что мы сейчас разрабатываем для Армии США.
— Было бы странно, будь иначе, — болезненно усмехнулся Леонид.
Рождество прошло очень ярко и очень хорошо ему запомнилось. Но за всё надо платить.
Сейчас у него жутко болела голова, во рту будто кошка сдохла, а всё тело ломит — похмелье во всей красе…
— Ладно, получат они тысячу новых К-1, — произнёс Курчевский. — Надеюсь, документально всё закрепили?
— Само собой, — кивнул МакАлистер.
Новая версия самолёта К-1 предусматривает вооружение его двумя новенькими пулемётами М1921 Браунинг и двумя чуть менее новенькими М1919 Браунинг.
Причина вооружения самолёта более мощными пулемётами была связана с опытом боевых действий в Маньчжурии. Анализ повреждений французских К-1 показал, что пулевые калибры работают против самолётов из корч-древесины очень плохо.
Как и обычно, корч-древесина пробивается насквозь, но, в отличие от обычной древесины, она имеет совсем другую плотность и внутреннюю структуру, поэтому не разрывается в клочья.
Около 87% попаданий пулями калибра 7,62 миллиметра не причинили самолётам критических повреждений, поэтому единственное решение, которое может помочь им в уничтожении себе подобных — наращивание калибра.
С Джоном Браунингом проблем не возникло — подписан договор о сотрудничестве и сформирована совместная инженерная группа, которая занимается вопросами оптимальной установки нового пулемёта в крыло.
Сейчас конструкторы Курчевского решают одну проблему — из-за увеличившихся размеров пулемёта система складывания крыла требует очень серьёзной переделки.
«Не предвидели», — подумал Леонид. — «А надо было предвидеть».
Его заверили, что ничего нерешаемого там нет и нужно лишь время, но это задержка, корректировка плана, а Курчевский такого не любит.
Успокаивало лишь то, что Джон Браунинг, очень заинтересованный в сотрудничестве, пообещал разработать специальный авиационный крупнокалиберный пулемёт, с утолщённым стволом воздушного охлаждения.
Нынешний М1921 Браунинг просто «раздели» — сняли водяной кожух, так как в небе проблем с охлаждением просто нет и быть не может. Но пробные стрельбы показали, что пулемёт очень сильно греется, что грозит неожиданными отказами.
— Ладно, оставь меня, — произнёс Леонид. — И держи это дело под пристальным контролем — если уж британцы берут наш самолёт…
К несчастью для британцев и остальных, в очень хорошо освещённых залах конструкторского бюро компании «K-Aircraft», уже разрабатывается истребитель К-2, причём сразу в двух видах — армейский и палубный, обязательно со складными крыльями.
Если к моменту его завершения всё пойдёт по плану, то подоспеет двигатель D-12, который сможет выдавать не менее 500 лошадиных сил при рабочем объёме 18,8 литров — над ним сейчас трудится почти четыре десятка конструкторов-двигателистов, из различных компаний.
Ныне несуществующий «Wright Aeronautical», к удивлению Леонида, не хранил никаких секретов в закромах — по двигателям они не просто не продвинулись, а сильно отставали от остальных…
Но у Курчевского и без того было где взять новые идеи для двигателей. Его конструкторские бюро разрабатывают сейчас сразу восемь разных двигателей, на которых испытывают новые решения — они ищут что-то новое и прорывное.
К-2, если предварительные расчёты верны, обязательно побьёт нынешние рекорды скорости, уже установленные какими-то там французами у себя в глубинке.
Целевой показатель — не менее 450 километров в час.
Это очень амбициозно, в Леониде сомневаются, вновь считают его безумцем, но он чувствует, что его компания может перепрыгнуть сразу через несколько ступенек.
Новый двигатель, маркированный как К-1690-R, обещают закончить в течение ближайших двух лет — это будет радиальный девятицилиндровый двигатель с воздушным охлаждением, выходная мощность которого должна составить не меньше 600 лошадиных сил с перспективой форсирования до 700–800 лошадиных сил.
Курчевский, которого многие считают пророком в области авиации, был практически уверен, что это и есть будущее.
Этот же радиальный двигатель он собирается установить на бомбардировщике К-21, который существует ещё только в виде чертежа. Предусмотрено сразу два крыльевых двигателя, которые помогут бомбардировщику брать с собой не менее восьмисот килограмм бомбовой нагрузки. Но это ещё непонятно, как будут идти дела с этим самолётом…
Основной фокус, конечно же, будет направлен на истребители. «K-Aircraft» силён именно этим, поэтому этим и нужно брать — остальное должно разрабатываться без ущерба для истребителей.
А планов у Курчевского очень много: он хочет К-31 — тяжёлый истребитель с двумя моторами, он хочет К-41 — летающую лодку, ему нужен К-51 — высотный самолёт-разведчик.
Центр желает, чтобы его компания разработала всё это в лучшем виде и обязательно протолкнула на вооружение Армии США.
Желание понятное — Центр пользуется уникальной возможностью «обкатать» технику за чужой счёт, а затем, если покажет себя хорошо, попробовать воспроизвести на месте.
США вряд ли станет врагом СССР в ближайшем будущем — доктрина Монро требует, чтобы Штаты держались подальше от Европы и не впутывались в её проблемы. Так что, инновационные идеи, которые берутся непонятно откуда, вполне можно «обкатывать» в Штатах, ведь вреда это никому не принесёт.
«Вреда…» — подумал Леонид и вытащил из маленького холодильника бутылку минералки.
Ему было неприятно, что именно его самолёты бомбили РККА в Маньчжурии. Это ни на что не повлияло, к сожалению французов и китайских милитаристов, но люди погибли…
Курчевский испытывал моральную ответственность за это. Он создал, пусть и не сам, тот самолёт, против которого оказались малоэффективны зенитные орудия. И в будущем он построит ещё более быстрый самолёт.
«Будет больше скорости, больше бомб, а пулемёты станут крупнокалиберными», — подумал он. — «А ведь ещё и фонарь сделаем побольше, чтобы лучше было видно, прицел усовершенствуем…»
На К-2 они впервые реализуют каркас из дюралюминия — пришло время отказаться от стали. Это сделает самолёт дороже, но военным нужна скорость и они готовы переплатить за неё.
В Маньчжурии стало известно, что очень быстрый самолёт почти неуязвим для зенитных орудий и все сбитые самолёты были сбиты почти что случайно.