Стало понятно почему мне не нравились наёмники которых наняла Кассандра, они нарушили контракт, они вообще не стреляли, развернувшись полетели к ожидающим завершению боя на другом конце системы гражданскому населению, пришлось забить на них отвлекаться было просто некогда единственное приказал, как только они войдут зону поражения артиллерийских платформ находящимся с той стороны системы возле транспортов, и расстрелять их.
После того как диверсанты проникли на корабли, их командующий сделал то чего мы надеялись избежать и что давало ему хороший шанс победить, он выпустил абордажников, десятки абордажных ботов ломанулись к нашим кораблям, если они захватят корабли, то станция одна долго не продержится. У наёмников Ван Хор ещё были хоть какие е то какие-то шансы отбиться от абордажа, но у линкора Зверь не было ни одного шанса, недоученный экипаж сыграет свою роль. Пришлось вставать и объявлять на рейдере боевую готовность, рейдер был как единственное наше подкрепление. У шлюза рейдера я встретил можно сказать толпу; Аглая Сулван, Вера Мордакс, Леон Вран, Захар Силекс, Семён Сидоров все, кто прибыл сюда со мной на рейдере и помог всё это провернуть и которые уже давно числились на других должностях также нарисовался и корреспондент Гер Вор.
— Вы чего тут забыли, у вас что работы нет? — спросил я их.
— Ты командир не рычи, мы команда и без нас ты всё равно не справишься, — поставил меня перед фактом Захар Силекс.
Я посмотрел каждому в глаза, кроме упрямства и вызова в них чего не было, спорить с ними времени не было абордажные боты уже приближались к нашим кораблям, оставался только последний довод как говорится ниже пояса.
— А как же семьи?
— Если мы проиграем, им у уже никто не поможет, — сказал Леон Вран.
— Ну а ты куда собрался, — повернулся я к корреспонденту.
— Я буду самым, последним идиом если пропущу такое, это буде репортаж века. — сообщил нам Гер Вор.
— Или первым идиотом, так как полетел с нами, — после мох слов все заулыбались и напряжение ушло.
— Можно я буду находится в рубке? — спросил Гер Вор.
— Чего стоим? Все по местам, никого ждать не буду. — прокричал я, проходя в шлюз.
Через пять минут рейдер вышел из ангара, и направился к линкору Зверь, не успели мы пройти и половину пути как нас стали вызывать с линкора противника.
— Командир нас вызывают линкора противника, идентификаторы отключены у всех кораблей, — сообщила Аглая Сулван.
— Соедини.
На меня с экрана смотрел молодой, не старше меня мужчина, вот только его глаза, они не соответствовали молодому человеку, да и не кто не назначит молодого парня командовать карательной эскадрой. Если конечно ему не «повезло» так же, как и мне, что вряд ли.
— Удивил щенок, удивил. Как узнал, что мы выйдем в этой точке?
— На моей планете когда-то был один не плохой военачальник и он сказал: «Когда неприятель делает ошибку, не следует ему мешать. Это невежливо», это идиот женишок пришёл и вышел из системы в одной и той же точке, в этой, посчитав что мы тупые и не поймём где вы находитесь.
— Это как ты выразился идиот, мой правнук, — сказал он и показал он красного от злости жениха.
— Хочешь ещё больше удивлю? — спросил я его, а в голову запала мысль что не ужели это он тот адмирал, который разрушил планету, но ведь даже в содружестве столько не живут, правда ходят слухи есть одна возможность жить практически вечно, но она вроде как везде запрещена. Хотя при наличии очень больших денег, особенно в содружестве можно всё.
— Ну попробуй. — с усмешкой сказал он.
— Аглая включи наш идентификатор, — попросил я так что бы он услышал.
— Тиматский ублюдки, как вы выжили? — зло приговорил он, сверкая глазами, когда увидел идентификатор Варяг.
— Так я думал, ты адмирал Вельз, в содружестве вроде запрещен перенос сознания?
— Догадался, — с жёсткой ухмылкой сказал он, — запрещено только простым смертным.
— Особенно разрешено тем, кто уничтожает населённые планеты, да кстати после сброшенной тобой генетической бомбы люди выжили, и экипажи кораблей, которые там трусливо бросил в системе тоже.
Так как ему нечем было крыть он пытался испепелить меня взглядом, естественно у него ничего не вышло поэтому он просто отключился. Как только он отключился, на экране появилась Кассандра, я повернулся и многозначителен посмотрел на Аглаю, на что просто улыбнулась.
— Не смотри на неё она всё правильно сделала, ты лучше скажи куда это вы все собрались?
— Русские своих не бросают. — коротко ответил я.
Она стояла и зло сверкала глазами, и от этого была ещё красивее.
— Убью, — сказала она и отключилась.
Похоже завершается история невезучего попаданца, да и что греха таить я знал, что это случится, так чего тогда плакаться на судьбинушку, единственно что осталось это озаботится о людях, они ни в чем не виноваты им ещё жить да жить. Сама собой на ум пришла одна старая песня, и я начал её напивать себе под нос.
Забота у нас простая,
Забота наша такая:
Жила бы страна родная,
И нету других забот!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня мое сердце
В тревожную даль зовёт.
Пускай нам с тобой обоим
Беда грозит за бедою,
Но дружба моя с тобою
Лишь вместе со мной умрёт.
Пока я ходить умею,
Пока глядеть я умею,
Пока я дышать умею,
Я буду идти вперёд!
Меня моё сердце
В тревожную даль зовёт.
Что бы не травмировать психику экипажа моим исполнением песни, Фёдор включил запись рубке, и за одно и на общем канале поэтому мне подпевал уже весь экипаж, кажется получилось воодушевить людей. После перехода Леона Вран в службу безопасности станции было решено на рейдере поставить командовать десантниками Семёна Симонова, я с ним связался, сообщив план действий.
— Семён ты как там не зажирел, есть возможность поработать.
— Ну наконец то а мы тут с мужиками сидим и думаем, когда о нас наконец вспомнят.
— Вас забудешь, мне рассказывали, как вы ходили по станции и в добровольно принудительном порядке предлагали выпить всем встречным по дороге разумным за счастье молодых при этом горлане матерные песни и частушки. — подколол я его.
— Да ладно, хорошо же отпраздновали. — сделал вид что обиделся Семён.
— Хорошо то хорошо только вот позади вас двигались меддроиды с гравиносилками и помогали приводить в норму всем вашим жертвам. — ухмыльнулся я.
— Ха-ха, не знал, что в самом деле? — не поверил он.
— Да нет конечно, так несколько человек подобрали, тех, которые сильно сопротивлялись, и отказывались пить.
— Опять шутишь командир, не было такого я почти всё помню.
Канал забил дружный гогот всего экипажа.
— Ключевое слово почти. — сил смеяться у меня не было, в это время я пытался увернутся от подарков со стороны противника, они никак не хотели, чтобы мы приблизился к нашему линкору. — Ладно шутки в сторону, бот отменяется десантироваться будете как привыкли, я расчищу для вас зону, как только зачистите корабль я подбираю вас и летим помогать другим страждущим. У тебя на десантирование будет максимум секунд десять больше щиты не выдержат, как-то не хочется получить болванку в борт от линкора.
— Сделаем.
— И ещё Семён, я не знаю, как вас обучали в России матушке, но тут мне ни каких запланированных потерь, сколько ушло на абордаж столько же и вышло и насрать мне на трофеи, нас и так слишком мало.
— Не кипиши командир сделаем всё в лучшем виде. — заверил он меня.
— Убью. — сказала я и отключилась потому как не знала, что сказать. Этот человек умудрялся взбесить меня одной лишь фразой, он делал всё не так как все, но как это ни странно, но первая половина боя была за нами, мы смогли уничтожить все имеющиеся у противника фрегаты и лёгкие крейсера, на радаре светилось облако обломков, которое выглядело как крупный металлический астероид.
— С рейдера идёт трансляция. — сообщил ИСКИН станции.
— Включи на громкую, — приказала я.
И так же, как в жизни каждый,
Любовь ты встретишь однажды, -
С тобою, как ты, отважно
Сквозь бури она пройдёт.
Не думай, что всё пропели,
Что бури все отгремели.
Готовься к великой цели,
А слава тебя найдёт!
И снег, и ветер,
И звёзд ночной полёт.
Меня моё сердце
В тревожную даль зовёт.
Услышала я конец песни, которую похоже пел не только экипаж рейдера, но и вся система, и снова намёки, и что нас никак не оставят в покое. Фёдор почему-то не отключил трансляцию и все в рубке слушали этот странный разговор, они говорили так как будто не летели в бой, а находились где ни будь в баре. Так как он по всей системе расставил камеры слежения я видела всё что он делает рейдер, и я не могла просто стоять и смотреть как он ведёт бой, он сумасшедший, корабли что бы затруднить в них попадание сближались по ломаной траектории он же летел по прямой просто раскрутив корабль по оси, и просто уворачивался от выстрелов. Судя по количеству всполохов щита, когда снаряды рикошетили от щита, по нему стреляли все четыре корабля и только Макошь знала на сколько хватит его везения. Подлетев к линкору, он начал крутится вокруг корабля разнося прилипшие абордажные боты, а потом произошло то чего никто ожидать никак не мог, он завис напротив одной из проделанных проходов где раньше был пристыкован абордажный бот противника и из рейдера просто выпрыгнули наши абордажники и на реактивных ранцах влетели в линкор, рейдер же поймав два выстрела, почти потеряв щит спрятался за линкором. Космический бой — это одновременно очень медленное и очень быстрое действо, медленно потому что очень большие расстояния и даже при таких скоростях должно пройти время что бы твой выстрел до летел, не говоря уже, а просто манёврах, а быстро потому что, если вы сблизились с кораблём противника скорости остались прежние, а расстояния для вас уже нет, а для остальных ничего не изменилось.