— Ждем пять минут. — пожал я плечами.
— О! Ого! Ни фига себе!!! — воскликнул батя через пять минут — Это что?
— Подействовало? — спросил я и пояснил: — Это зелье восстановления здоровья. Оно приведет твой организм в норму. Восстановит все чувства, так что очки тебе больше не нужны. Хотя лучше носи для маскировки. Только нужно будет обычные стекла вставить. Почистит организм от болячек. Сосуды, легкие, ливер. Ну а так как излишки надо куда-то девать, ближайшие полчаса ты проведешь в туалете. Не надо стеснятся. Впрочем, чтобы тебя не смущать, я пойду прогуляюсь.
Последние слова я уже произносил в спину убегающему в сортир бате. Процесс пошел… Еще через сорок минут мы пили свежезаваренный чай.
— Ну-с, сын, ты ничего не хочешь мне поведать? — начал издалека батя.
— Нет. — взвесив все «за» и «против» ответил я и под поднимающиеся в удивлении бровями на челе родителя пояснил: — Врать не хочу, а правду пока … — выделил голосом — Рассказать не готов.
— Ну что ж… Зато честно. — папа потер нос — Это ведь как-то связанно… Эмм… С получением некоей суммы…
— Я понял. Да. Это звенья одной цепи. — подтвердил я.
— А этот лысый бандит?
— Нет. Это просто неудачное стечение обстоятельств. — пояснил этот момент — Хотя… Если кто-то узнает, или хотя бы догадается о том, чем я владею, этот лысый бандит покажется не опаснее маленькой девочки, играющей в песочнице.
— Даже так? — папа опять удивленно вскинул брови.
— Именно так. — подтвердил я и продолжил: — Я там еще одну порцию зелья приготовил. Для мамы. Ты не мог бы…
— Хорошо. — сразу понял меня батя — Я сам ей дам. Скажу, что китайское средство пришло. Ты не будешь фигурировать. Хотя… Со временем всё равно ведь догадается.
— Спасибо. Ну хоть какая отсрочка будет.
— Кот ведь тоже не простой? — отец вперил взгляд в Тимофея, сидящего рядом — Говорящий?
— Как догадался? — спросил я.
— Ты иногда забываешься, и начинаешь говорить с ним голосом. — пояснил папа — А он тебя слушается. Ты ведь понимаешь меня, Тимофей?
— Мрррум! — кивнул головой Тим.
— М-да… — протянул батя — Никогда не думал, что на старости лет в сказку попаду.
— Тима… — обратился я к коту — А может у бати…
— Нет. — оборвал меня Тимофей — Нет у твоего отца искры дара. Это беда всех, кто обладает даром. Пытаются найти соратников среди родни, но даром обладает только один. Твой отец еще ничего. Я помню времена, когда родня сжигала своего родственника, ежели в нем дар пробуждался.
— Слава богу, мы живем в просвещённое время. И жечь ведьм на кострах инквизиции у нас не принято. — ответил я.
— Во-первых, слава богам. — поправил меня Тимофей — Во-вторых, то-то все наши по щелям запрятались и носа не кажут, раз уж их так тут радушно встречают.
— Ну, я в норме! — оптимистично заявил батя, прервав наш неслышный постороннему уху диалог — Готов ехать. По дороге у меня эксцессы не будут? Позывы в кусты.
— Без понятия. — пожал я плечами — Тимофей? Он тоже не знает. Давай еще полчасика подождем, для очистки совести?
В эту стремительную вылазку в город нам удалось найти нутряной жир, одобренный Тимофеем, пропитать им кусок пододеяльника, обернуть вокруг фолианта и все это запаковать в пластиковую вакуумную упаковку. Заскочить в несколько книжных магазинов и найти там церковно-славянский словарь с пояснениями, что было большой подмогой в понимании текстов, писанных вначале фолианта. Потом, под светом луны, прятал фолиант под землю и приводил местность в порядок, под придирчивым взглядом кота. Учитывая то, что я и прошлую ночь почти не спал — устал как собака. Как до кровати добрел — не помню. На раздевание сил не осталось. Только ботинки с ног скинул.
Глава 5
Август уже перевалил за вторую половину. С Самуилом Моисеевичем финансовый вопрос удалось закрыть. Все эти побрякушки с камушками потянули еще на тридцать шесть штук в долларовом эквиваленте. Помня о договоре, отдал по двенадцать Суровкиной и тете Лене. Дядя Миша может отправляется на перерождение спокойно. Впрочем, он уже должен был отправиться. Посверкивая хитрыми глазками, Самуил Моисеевич уведомил, что поможет решить любой вопрос. Я на секунду задумался, не привлечь ли его к решению вопросу с этим бандитском нападением и подсудным делом. Потом решительно тряхнул головой. Пока проблем, вроде, не предвидится. Адвокат есть. Попытавшихся чо-то вякнуть бандитов, соратников этого лысого, Юра-опер так прижал, что сейчас и морду высунуть боятся.
Родаки свалили в отпуск, и я на две недели полный хозяин квартиры!!!!
Вместо этого сижу в позе лотоса с закрытыми глазами на даче. Пыжусь. И пытаюсь войти в свое «внутреннее я», «внутренний мир», «чертоги разума». Из пояснения Тимофея, это наиболее быстрый способ освоить фолиант. Чтобы не висел пустым грузом в памяти.
Ну… Спасибо опять же Голливуду, был такой фильм «Ловец снов» по одноименному роману Стивена Кинга, где страшный инопланетянин гонялся в чертогах разума за мужиком. В итоге я в подобной библиотеке и очутился. Вначале с испугу выскочил. Даже чайку попил и мурчащего Тимку на коленках потискал. Ну а потом полез разбираться. И присвистнул от объема предстоящих работ.
В моих чертогах, как и в фильме, хранилище памяти предстало в виде двухуровневого строения. По стенам стеллажи с книгами. Посередине просто наваленная гора книг. Ну и пыльные сундуки между стеллажами. Любопытства ради, я открыл ближайший сундук, смахнув с него пыль. Опять книги. Достал одну. Раскрыл. И вспомнил… Дениска… Нам было лет по пять, наверное, если не меньше, когда мы вместе играли, приезжая к бабушкам.
Белокурый Ангелочек, как его называли взрослые. И было за что. Огромные, на половину лица ярко-синие глаза. Золотые кудри. И тут порочный я, который соблазнял его нырять во всякие лужи и болота. Вот мы с загадочным видом подходим к стайке взрослых девчонок. Для нас взрослых, на самом деле соплюшек лет девяти — одиннадцати. В моих сомкнутых лодочкой ладошках есть какая-то тайна. «Алена» — зову девочку из стайки — «А хочешь, чего покажу?». Любопытная Алена сует нос чуть ли ни мне в руки. Раскрываю ладони… А там… Лягушонок! Который, ошалев от внезапно обретенной свободы, прыгает прямо на лицо девчонки! От чего та, присев на корточки и зажав лицо руками начинает визжать, хотя лягушонок не удержался на лице, упал на землю и уже упрыгал. И мы с Дениской мчимся во весь опор по улице, стараясь достичь родной калитки и слыша сзади топот настигающей девичьей банды. Догонят — будут бить. Но мы всё равно счастливы. Несемся во весь опор, весело хохоча. Визг Алены этого стоил… Я грустно улыбнулся и аккуратно положил книгу назад в сундук. Денис погиб абсолютно случайно и нелепо. Полез на дерево, не удержался, упал и свернул шею. Спи спокойно, Белокурый Ангел.
Спустился со второго этажа, где появился, к наваленной груде из книг. Обошел по кругу эту наваленную кучу. Протянул руку и достал одну. Хмыкнул, прочитав на простенькой обложке «Математика. 6 класс». Естественно я уже нифига не помню из правил математики, которые нам давали в шестом классе, хотя и пользуюсь до сих пор. И тут же возникло чувство, что эта книга должна быть в другом месте. Вот на том стеллаже. Для нее там и место специальное приготовлено. Прошел к стеллажу, воткнул книгу и испытал чувство полного удовлетворения. Вот оно как работает. Приступил к разбору наваленного хлама. Каждую книгу в предназначенное ей место. Неделю убил на это. Зато теперь я точно знал, как самому сварить зелье здоровья, без помощи Тимофея. Какие для этого нужны травы, где они растут и как пахнут при растирании. Вот это и есть читерство. Ради интереса самостоятельно, под приглядом Тимофея, конечно, сварил оздоровительное зелье без использования сил. Угостил соседку. Марию Степановну. А то у нее в левой части головы в истинном зрении что-то уж совсем плохое началось. Чуть ли не прединсультное состояние. Да и на частые головные боли жаловалась. Зато после приема отвара — как отрезало. Сказал ей, что больше трав нет и приготовить подобное уже не смогу, даже если деньги предлагать будут. Не из чего. И травки нужные уже силу потеряли. В следующем году соберу, если бог даст. Всяких ходоков еще на первом этапе отсечь надобно. А то у нас деревенька небольшая, ща потянуться страждущие.
И даже с такими вводными пару знакомых бабок приходили, та же Петровна, хозяйка Пирата, нарочито громко охая и держась за поясницу. Хотя я точно вижу в истинном зрении, что ничего страшного у нее нет. А уж в области поясницы — тем более. Нет! Я пока никого не собираюсь лечить. Тем более, у себя под носом. Это первейший способ влететь. Мария Степановна — исключение. Интеллигентная, образованная, профессиональный историк, с ней приятно пообщаться и после каждого сеанса общения узнаешь что-то новое для себя.
К концу недели научился совмещать истинное зрение с нормальным. Что помогало в определении живых от не живых. А то я сначала их не различал. Их, оказывается, не так уж и мало между нами шастает. Ездил на практику в город. Ну и у живых по цветовым гаммам ауры можно понять, какие эмоции сейчас испытывают. Водила такси, вон, пылит серым, спокойным цветом. Кондукторша, хоть и сидит на своем месте ровно и автобус пока полупустой, все равно вспыхивает алой краской раздражения время от времени. Может у нее день месяца такой, или это у всех кондукторш такое, профессиональное?
Выйдя на остановке в центре пошел наматывать круги, наслаждаясь последними днями уходящего лета. Скоро опять за парту, будь она проклята. Впрочем, с моими нынешними способностями по усвоению информации, учеба уже не выглядит такой уж обременительной.
Даже в небольшом городке с истинным зрением очень интересно по улицам бродить и смотреть эмоции встречных людей. Ну мне, поначалу, по крайней мере. Может со временем это оскомину и набьет, но пока интересно. В основном присутствует раздражение. Люди все куда-то торопятся, опаздывают, чем-то недовольны. Но бывают исключения. Вот раздраженная мама тянет за руку девчулю лет пяти, аура которой полыхает белым светом восторга. Ей сейчас все классно.