— Здравствуй.
Знакомый голос с чуть певучими интонациями заставил его вздрогнуть. Он пошевелил пересохшими губами, но ничего не ответил. Рука машинально скользнула в боковой карман и вытащила капсулу с антигалом. До сих пор он не пользовался им ни разу.
На дрожащую ладонь выпали две желтенькие таблетки. Она с недоумением посмотрела на капсулу и мягко коснулась кончиками пальцев его губ.
— Не надо, Андрей. Я не галлюцинация.
Капсула упала, и таблетки рассыпались по серому покрытию.
Андрей непроизвольно отшатнулся, больно ударившись затылком о переборку. Боль немного привела его в чувство и вернула дар речи.
— Кто ты? — хрипло выдавил он, сам испугался своего голоса.
Она неопределенно улыбнулась знакомой улыбкой и слегка пожала плечами.
— Зови меня Таей. Раньше тебе нравилось это имя.
Андрей ошеломленно заморгал глазами, силясь привести в порядок свои мысли.
— Но ты не Тая… Тебя не может быть, — последние слова он произнес неуверенно, скорее просто машинально.
Она с сомнением посмотрела на него, словно оценивая степень серьезности сказанного. Так она всегда смотрела, когда не могла понять, действительно ли он говорит то, что думает.
— А кто же я? — спросила после небольшой паузы.
Андрей смешался и нервно забегал взглядом по дверям лабораторий, словно ожидая, что оттуда кто-нибудь выйдет и выручит его из затруднительного положения. Но она выжидающе смотрела прямо ему в глаза, и молчание становилось невыносимым.
— Не знаю… — выдавил наконец он. — И…как ты здесь появилась?
Было видно, что ее не удовлетворил такой ответ. Она в задумчивости обвела взглядом коридор, причем ее глаза не выражали даже намека на удивление по поводу того, что она находится здесь.
— Появилась… — рассеянно произнесла она.
У Андрея возникло жгучее желание схватить ее за плечи, хорошо тряхнуть и потребовать прямого ответа, кто она и зачем здесь. Но тут его взгляд встретился с ее взглядом, и он увидел такие знакомые, такие милые и родные глаза, что в растерянности обмяк, привалившись к переборке. Она озабоченно нахмурила брови.
— Тебе плохо? — В ее голосе сквозила неподдельная тревога.
Андрей с усилием взял себя в руки. Шоковое состояние понемногу проходило, и он стал соображать более-менее связно. Подавив в душе нахлынувшие воспоминания, он заставил себя осознать, где в конце концов находится. Она отступила на шаг и с интересом наблюдала за переменами в его лице. Ее поза, ее взгляд были так бесхитростны, так до боли знакомы, что Андрею стоило немалых усилий не потерять снова нить здравого смысла. Он попытался улыбнуться, хотя не был уверен, что гримаса на его лице соответствует его попытке.
— Ты откуда пришла? — спросил с вкрадчивой лаской, словно обращался к сидящему перед ним льву.
Она недоуменно посмотрела на него.
— Ниоткуда, — ответила таким тоном, будто ее появление здесь было само собой разумеющимся, обыденным явлением.
Андрей в растерянности замолчал. Своей прямотой и непринужденностью она ставила его в тупик. Он подозрительно окинул взглядом фигуру гостьи.
— Но откуда-то ты должна была прийти? — несколько грубовато сказал он.
— Тебя это очень интересует? — с едва заметным оттенком раздражения спросила она. Видно было, что ей начинают надоедать его странное поведение и все эти вопросы.
Зато Андрей ошеломленно смотрел на нее, силясь понять, то ли она действительно не осознает, что произошло, то ли… Вот это «то ли» сильно тревожило его. Мозг, трезво отбросив все эмоции, с большой настороженностью воспринял неожиданное появление.
Но как себя вести, мозг подсказать не мог.
— Ты… хоть знаешь, где находишься? — растерянно спросил Андрей.
Она удивленно глянула на него.
— Конечно. Археологическая станция. На Марсе. Большой Сырт. Лабораторный отсек. Что еще?
— И тебя это не удивляет?
— Меня удивляет другое. — Она сжала ладонями свои щеки и оценивающе смотрела на него сквозь щелки глаз. — Может, все-таки, пойдем?
— Куда? — опешил Андрей.
— Ты меня так и собираешься держать здесь до бесконечности? — знакомым и ироническим тоном осведомилась она.
Андрей в растерянности потер лоб.
Интересно, ты догадаешься пригласить меня в каюту?
Андрей неловко потоптался на месте, но пошел назад по коридору, все еще с недоверием ощущая присутствие рядом неожиданного воплощения, казалось, навсегда утерянного существа. Он еще раз украдкой осмотрел шагавшую рядом фигуру. Это была Тая. За два года знакомства Андрей наизусть выучил каждую линию ее тела, каждый жест, походку, характер и не мог ошибиться. Но Таи уже полгода как не существовало. Именно ее гибель привела Андрея на археологическую станцию, на далекий Марс. Он стремился целиком посвятить себя работе, забыться в этом чужом и полном опасностей мире, он был реалистом, твердо признающим только законы вечного мира, и вдруг она, как Эвридика, пришедшая из царства теней.
Сейчас, ошеломленный чудом появления, Андрей готов был поверить в мистику, во что угодно, но не в духов на Марсе, в стенах научной станции… По меньшей мере анекдотично. Весь здравый смысл ученого восставал против этого, но в то же время не мог подыскать хоть сколь-нибудь удовлетворительного объяснения случившемуся. И как назло он был один, дежурный до следующей смены. Он сам вызвался остаться на две смены подряд. Ситуация щекотливая. Подобного случая не предусматривает ни одна инструкция.
Вот и жилые помещения. Андрей медленно подошел к двери каюты, нажал ручку.
— Входи.
Она тут же уселась в кресло, быстрым взглядом окинула небогатый интерьер. Взгляд ее немного задержался на фотографии девушки с распущенными каштановыми волосами и веселым прищуром карих глаз. Андрей невольно сравнил оба лица. Сходство изумительное.
Она уловила его взгляд и взяла фотографию со столика.
— Это на вечере в нашем институте, — произнесла полуутвердительно, полувопросительно.
— Откуда ты знаешь? — подозрительно спросил Андрей.
Она удивленно посмотрела на него.
— А почему я не должна знать?
Тут его словно прорвало. Неопределенность, эфемерность возникшего с момента ее появления положения стала невыносимой.
— А потому что это не ты! — почти прорычал он. — Потому что та, которая изображена на фотографии, погибла полгода назад! И я не знаю, кто ты на самом деле, как здесь появилась и что тебе от меня нужно!
Ее глаза с тревогой и недоумением следили за ним.
— Я — Тая, — упрямо ответила она. — И не кричи, пожалуйста. Ты странный какой-то, задаешь непонятные вопросы, настороженно ко мне относишься…
Андрей с размаху плюхнулся на диван напротив кресла.
— Ты хоть представляешь себе ситуацию? — наклонившись вперед, тихо сказал он. — К страдающему дураку, сбежавшему на Марс, вдруг является невеста, погибшая полгода назад в Гималаях, ничего не объясняет и ведет себя так, словно ее появление само собой разумеется. Что этот дурак, не верящий ни в бога, ни в черта, угробивший шесть лет на изучение законов живой материи, должен думать?
Она озадаченно посмотрела на него.
— Не знаю. Мне казалось, что ты будешь рад моему появлению.
Андрей сжал голову руками.
— Откуда же ты появилась? — медленно, сквозь зубы выдавил он.
— Не знаю, — отрешенно повторила она. — Ты захотел, и я пришла. Наверное, из твоей памяти.
— Черт возьми, но ты же сама по себе не могла появиться!
Она неопределенно дернула плечом и отвернулась, теребя в пальцах каштановые локоны своих волос.
— Неужели ты ничего не помнишь до своего появления здесь?
Она опять дернула плечом и повернулась к нему, откинув назад волосы.
— Тебе больше нечего мне сказать?
В Андрее опять проснулось глухое раздражение.
— Не знаю, как у вас, но у нас не принято, чтобы мертвые возвращались.
— Мертвые? — Она вскинула широко открытые глаза. — Но я-то живая…
— В том-то и дело! — воскликнул Андрей, вскакивая с дивана. — В том-то и дело! Таи уже нет, а ты сидишь здесь, и в тебе все ее, даже одежда та же! Кто мог знать здесь о тебе… о ней, кроме меня? Никто! Значит, кто-то копался в моей черепной коробке, кто-то шарил по станции и видел фотографию! В конце концов кому-то зачем-то надо было тебя создать, черт возьми, хотя, если бы я узнал, что меня кто-то вылепил с чужой памяти и запустил, словно куклу, я бы, честное слово, расшиб себе голову!
Она наблюдала за ним широко открытыми глазами.
— Я… не понимаю, — сказала она, мучительно стараясь что-то осознать. — Тебя угнетает мое присутствие? Ты… боишься меня?
Андрей застыл, словно застигнутый врасплох ее словами. Он не отдавал себе в этом отчета, но действительно с момента ее появления здесь его не отпускало подсознательное чувство страха. Страх заставлял его сдерживаться, находиться в постоянном напряжении, словно в присутствии коварного и опасного зверя, от которого можно ожидать чего угодно. Чтобы скрыть свое замешательство, он отвернулся к иллюминатору, открывавшему вид на красные пески. Молчание затягивалось. Он чувствовал ее взгляд, ее ожидание и надежду на то, что он опровергнет эти слова, успокоит ее, но не в силах был что-либо сказать. Он не верил ей, не верил ни одному слову, жесту, улыбке. С момента ее появления он видел в ней непонятный и чуждый человеческому разуму феномен, несущий в себе скрытые и, возможно, опасные цели. Но в то же время перед ним был человек, девушка, которую он любил и память о которой была для него священна. Это заставляло его испытывать сейчас сложные и противоречивые чувства.
Она неожиданно встала, подошла к нему и обняла сзади за плечи. Андрей невольно напрягся, словно ожидая какого-то подвоха.
— Я вижу, ты мне не веришь, — тихо и грустно произнесла она, — ты принимаешь меня за кого-то другого, я вижу… и боишься. Но — я Тая. Ты меня звал, и я пришла… Нет, я действительно не знаю, откуда появилась, но была уверена, что я здесь по твоей воле и нужна тебе. Странно, правда? Мне казалось, ты должен все знать… но ты ведешь себя непонятно. Словно ты не ждал меня, не хотел…