Дискуссии с доктором Гольбергом представляли для меня тоскливое воспоминание о вчерашнем дне, и я прошу, чтобы он извинил меня; я отстаивал позиции, в которые сам уже не верил...»
Гольберг только кивнул головой.
– «Шмидт преподнес мне эту горькую чашу в виде магнитофонной пленки с записью сигналов из звездных миров. Не могло быть сомнения: где-то там, в глубине космоса, живут разумные существа, возможно интеллектуально еще более развитые, чем люди. От моей теории об исключительности человеческой цивилизации не осталось камня на камне. Что было делать? И я поступил по принципу – если факты против тебя, тем хуже для фактов...»
– Две минуты, – прозвучал монотонный голос инженера.
– «Но, когда я склонился над мертвым Шмидтом, чтобы убедиться, что свидетеля больше нет, я с ужасом понял, что он умер для всех остальных, но не для меня. Мне некуда скрыться. Я никогда не смогу избавиться от этих цифр. Отныне и навсегда я каждую ночь обречен просыпаться в холодном поту от страха, что именно в этот момент какой-то новый Шмидт готовится сокрушить мою теорию. Я никогда не смогу больше спокойно смотреть на созвездие Орла. А себя буду считать шарлатаном, который скрыл истину от науки, наивно полагая, что того, что неизвестно, не существует. Наука не может извращать фактов. В противном случае она перестает быть наукой. .»
– Минута и несколько секунд.
– «Я ухожу как побежденный человек и побежденный ученый. Я глубоко сожалею о своем опрометчивом поступке и сам себя осуждаю к наказанию наиболее тяжкому. Я никогда не был поклонником нравоучений, избегал патетики, но сейчас я хотел бы воспользоваться своим правом на последнее желание и выразить надежду, что моя судьба и наказание станут предостережением каждому, кто попытается собственные мысли выдать за нечто непререкаемое и откажется следовать фактам и правде жизни. Ваш Феликс Ланге».
Майор несколько секунд помолчал. – Здесь есть приписка. «Я продолжаю верить, что существует лишь одно человечество. И поэтому ухожу. Вам понятна эта логика?
Ф.Л.»
В глазах Ирмы Дари блеснули слезы.
– Сколько? – прошептала она. Мельхиад отвел взгляд от ее пепельно-бледного лица.
– Двадцать секунд. Десять... Пять. Кислород кончился.
– Конец, – тихо сказал Юрамото. На стене раздражающе замигала зеленая сигнальная лампа. Задумавшийся было Родин вздрогнул. – Что это значит? Глац стряхнул оцепенение.
– Это солнечные батареи на холме зафиксировали утро. Начинается новый день, – сказал он усталым, невыразительным голосом.
На крайнем экране, на фоне однообразного, холодного, неопределенного света, к звездам тянулся радиотелескоп.
Солнечные лучи на его вершине играли каскадом красок.
Document Outline
ФАНТАСТИКА ЧЕХОСЛОВАЦКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
Дом в тысячу этажей
I
II
III
IV
V
VI
VII
VIII
IX
X
XI
XII
XIII
XIV
XV
XVI
XVII
XVIII
XIX
XX
XXI
XXII
XXIII
XXIV
XXV
XXVI
XXVII
XXVIII
XXIX
XXX
XXXI
XXXII
XXXIII
XXXIV
XXXV
XXXVI
XXXVII
XXXVIII
XXXIX
XL
XLI
XLII
XLIII
XLIV
XLV
XLVI
XLVII
XLVIII
РАССКАЗЫ
Никто вас не звал
Тысячи людей ждут...
Тайну надо беречь
Нам было его жаль...
Редкая профессия
Мозг Эйнштейна
Смерть Тарзана
СТРАННАЯ ОБЕЗЬЯНА
ВИЗИТ НЕЗНАКОМКИ ИЗ УЭСТ–ЭНДА
В ЧЕРНУЮ АФРИКУ
ПРЕДАТЕЛЬСТВО
МЕРТВЫЙ ЛАГЕРЬ
ОБЕЗЬЯНИЙ АД
СМЕРТЬ ТАРЗАНА
Последнее приключение капитана Немо
РОЖДЕНИЕ
ПИРАТЫ
ПРОЩАНИЕ
ПОЛЕТ
ВСТРЕЧА
СФИНКС
«НАУТИЛУС-300»
ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ БЫТИЯ
ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ОТВЕТ
Идиот из Ксенемюнде
По следам снежного человека
ЛЕДИ ЭСДЕЙЛ
ОТВРАТИТЕЛЬНЫЕ СНЕЖНЫЕ ЛЮДИ
ОБЪЯСНЕНИЕ
РАЗУМ В ТУПИКЕ
СЧАСТЬЕ
ПЕРЕСТРЕЛКА
ЧЕТВЕРТАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ
ПОБЕДА
Смерть капитана Немо
Ангел смерти
Голем-2000
Преступление в Радужном заливе
УКРАДЕННАЯ У ВЛЮБЛЕННЫХ
НЕДОРАБОТАННЫЙ СЦЕНАРИЙ
ЛИШНИЙ СЕРПАНТИН
ФОТОАЛЬБОМ
УБИЙСТВО НА ПОЧВЕ РЕВНОСТИ?
ТРАМПЛИН ВО ВСЕЛЕННУЮ
ЗЕЛЕНЫЙ ОАЗИС
ДОВОДЫ ДОКТОРА ГОЛЬБЕРГА
ЧЕТВЕРГ: ЗАВТРА НАСТУПИТ РАССВЕТ
ПОДРУБЛЕННЫЙ СУК ОПАСЕН
БЕЗ СВЕТА НЕТ ТЕНИ
ПОДПИСЬ ПРЕСТУПНОЙ РУКИ
ЧРЕЗМЕРНОЕ ЛЮБОПЫТСТВО
У ЛЖИ КОРОТКИЕ НОГИ
ОБЕЩАНИЕ РОДИНА
ПРОСТОЙ ПЛАН
СЛОЖНЫЕ МОТИВЫ