жей…
Когда прибыла еще пара служебных экипажей, детей наконец усадили внутрь и отправили в отдел. Оттуда уже их забрали в больницу. Весь день Макс и Рие писали отчеты. Упоминать причастность Баррета было себе дороже, потому пришлось ссылаться на анонимное обращение.
Днем пришел Райдер. Новостей о Фантоме у него не было. Тот затаился и давно не выходил на улицы. Зато самого Гэбриела переводили в отдел Клоаки, так как именно там Фантома видели чаще и в отделе Мидлтауна делать ему было нечего.
– Дорабатываю последние деньки и ухожу от вас, – грустно прокомментировал Райдер.
Ближе к концу рабочего дня в кабинет заглянула Лира, которая приходила в отдел передать срочные отчеты для кого-то из инспекторов. Едва она вошла, как тревога притупилась. Лира была одета в теплых тонах: под распахнутым пальто виднелись бежевый свитер и коричневая юбка, а на голове красовался берет. Макс почему-то подумал, что она похожа на сочную булочку, но сравнение показалось ему то ли глупым, то ли пошлым, то ли все вместе, поэтому он ничего не сказал. Лира же понимающе ему улыбнулась. Молча обходя стол, она остановилась рядом с Максом. Все еще сидя, он обнял ее, носом утыкаясь в свитер из мягкой пряжи и с наслаждением прикрывая глаза.
Макс чувствовал, как забилось сердце в груди Лиры, как ее ладони опустились на его голову, взъерошив волосы.
– Устал? – тихо спросила она.
Макс угукнул, подтягивая ее за талию ближе. Как же было приятно ощутить ее тепло и податливое тело. Он никогда такого не испытывал, он даже не представлял, насколько приятно может быть просто обниматься с девушкой.
– Ты домой? – Макс поднял голову.
– Не знаю. Ты скажи, куда я, – Лира наклонилась, нежно целуя его лоб.
Краем глаза Макс заметил Рие. Он все еще был в кабинете и, в отличие от обычной привычки насмешливого комментирования, молчал. Молчал и задумчиво смотрел на то, что происходило. Он выглядел хмурым, может, даже злым, но Макс вдруг понял, что Рие… завидует.
– Что ж, птенчики, летите в гнездышко, я доделаю отчеты, – Ришар наконец оживился и криво ухмыльнулся. Как всегда, но Максу именно теперь вдруг показалось все это слишком напускным…
– Ты прелесть, Рие! – улыбнулась ему Лира, ожидая, пока Макс уберет бумаги в сейф и оденется. – Если понадобятся советы по общению с девушками, говори!
– Думаешь, я в них нуждаюсь? Не хочу тебя расстраивать, lapin, но из нас двоих единственный, кто не умеет обращаться с дамами, – твой избранник.
– О, он умеет, – хихикнула Лира.
Макс тут же вспыхнул. А ведь было решил, что начал привыкать и теперь сможет контролировать это. Ну конечно!
Домой они добрались в сумерках, бабушка сидела в зале со своей подругой Сюзи, которая, к счастью, принесла тыквенную запеканку. Макс был рад, что не пришлось готовить, потому что разговор с Барретом и события на кладбище его здорово вымотали. После душа он зевал слишком активно, чтобы Лира не заметила. Ему было стыдно, что он сам просил ее прийти, а в итоге…
Впрочем, Лира, к счастью, тоже за рабочий день утомилась, так что зевала не меньше. Она поворочалась какое-то время под боком Макса, заставляя его охать каждый раз, когда прикладывала к нему ледяные ступни или руки, чтобы погреться, а затем сползла с подушки и засопела, уткнувшись ему в грудь. Макс, приучивший себя засыпать едва ли не по команде, почти сразу же отключился.
Новое утро встретило въедливым звуком магического артефакта, передающего сигнал от входной двери внизу. О нем знали в отделе, так что сомнений в том, что это очередной вызов, не было.
Перепуганная внезапным резким звуком, Лира вскочила. Макс же выругался, поднимаясь, надел штаны и накинул рубашку:
– Я скоро, не переживай, – бросил он и вышел.
По пути еще забежал на второй этаж, постучав в дверь Рие:
– Подъем! Одевайся быстро!
Наконец Макс добрался до входной двери, распахивая ее и сразу же увидев запыхавшегося констебля.
– И-инспектор! Глиф!
– Убийство? Где?
– Не убийство… Глиф в нашем отделе!
18Глиф
Макс настолько опешил, что даже не успел узнать подробности, как констебль поспешил откланяться. Пришлось и самому вернуться в комнату, чтобы побыстрее умыться, натянуть носки и забрать портупею.
– Что случилось? – Лира все еще была в постели. В какой-то момент в комнату забежала Бренди, и теперь кошка сидела рядом с подушкой, деловито вылизывая лапу.
– Глиф в отделе.
– Пришел сдаваться?
– Не знаю. Посмотрим, Глиф ли это вообще, – Макс затянул ремень портупеи на груди и оглянулся: – Извини, что все так…
– Такая у нас работа, – усмехнулась Лира.
Макс порывисто подскочил к ней, быстро целуя в губы на прощание, и шепнул:
– Ключи на краю стола, заприте дверь, когда будете уходить, миледи.
– Как прикажете, инспектор. А потом их бабушке? – уже в спину спросила она.
– Можешь оставить себе, – уже выскакивая в коридор, крикнул Макс.
Сердце чуть сжалось. Не спугнет ли это ее? А впрочем, если она не захочет, оставит ключ бабушке, а если захочет… В животе снова что-то приятно защекотало. Мысль, что Лира сможет просто приходить к нему, почему-то будоражила, перекрывая волнение от новости про Глифа.
– Какого импа случилось? – Рие уже ждал у выхода, заправляя рубашку.
Макс коротко пояснил. Оба быстро обулись и вышли, накидывая пальто уже снаружи. Темнота осеннего утра и клубящийся туман с радостью приняли еще двоих в свои объятия.
– Ты сможешь узнать, если это будет тот же, что и на месте убийства Колт?
Рие кивнул и зачем-то отошел в сторону.
– Ришар, чтоб тебя! – Максу пришлось замедлиться, следя за тем, как напарник выкупает у сонного мальчишки-газетчика утренний выпуск «Интивея».
– Тебе это понравится, – Рие возвращался, повернув газету в руках так, чтобы был виден заголовок на передовице: «Интервью Глифа. Все тайны мести».
Макс громко и грязно выругался, что позволял себе крайне редко. Они пошли дальше, но теперь Ришар развернул статью. Макс наискось пробежался по тексту. Это действительно было имповым интервью! Глиф рассказывал, что он не смог бежать из лаборатории и долгое время прислуживал семье Барретов, а когда Аконит освободил его, Глиф затаился, боясь снова вверять себя в руки людям. И лишь позже, поняв, что детей похищают, как похитили когда-то его самого, Глиф вышел мстить причастным. Проще говоря, вся статья была написана вовсе не в обличительном тоне, а в оправдательном. В финале ее интервьюер говорил, что не может скрывать информацию от полиции и вынужден будет сообщить им, на что Глиф ответил, что он дождется выхода статьи и сам придет к инспектору, который его ловит.
Большего прочесть не удалось – показалось здание полицейского отдела и констебль на входе, отчаянно махавший руками, чтобы привлечь внимание. Видно, опасался, что инспекторы свернут во двор, чтобы зайти, как обычно, со служебного входа. Оказалось, что Глиф ждал их прямо там, где ждут обычные граждане.
Атмосфера в отделе была напряженной и тихой. В такую рань посетителей было мало, в основном пьянчуги, которых не успели бросить за решетку отсыпаться. Но, похоже, даже их происходящее несколько отрезвило. За стойкой стоял сержант Рассел, напряженно глядя в одну точку – туда, где сидел Глиф.
Он занял одну из скамеек для ожидания и сидел с таким спокойствием, будто дожидался неведомой очереди. Волосы Глиф наверняка сбривал, но на голове уже выступил ежик белых волос. Брови и ресницы были немного темнее, вероятно, их он подкрашивал, чтобы не выделяться сильно. Он выглядел доброжелательно, даже мило. Чуть вздернутый нос, еще круглые щеки. Едва ли он был старше Макса. Заметив последнего, Глиф радостно улыбнулся, медленно поднимаясь и показывая руки, чтобы все видели – ничего опасного он в них не держит.
– Инспектор Уорд! – воскликнул он. Голос его был негромким и слишком мягким для мужчины. – Рад видеть вас здоровым и невредимым, прошу простить за увечье.
Макс чуть повел плечом. Оно успело зажить и обычно не тревожило, но сейчас неприятно закололо.
– Признаться, вы удивили меня! Я почти ощутил себя загнанным, потому что в тот день вынужден был потратить часть энергии, а тут вы. Очень метко стреляете! Знаете, пуля, которую вы пустили в Нору следом, угодила прямо мне в сердце! Но не прошла навылет. Застряла, – улыбка Глифа на мгновение исказилась дикой гримасой, но тут же вернулась к прежней доброжелательности. – Надо полагать, вам тоже с плечом пришлось не сладко. Думаю, мы квиты. – Он подал руку для пожатия.
Все вокруг замерли, вслушиваясь в каждую фразу, всматриваясь в каждое движение. Макс тоже застыл, он растерялся. К счастью, верный напарник выручил. Рие шагнул вперед, пожимая предложенную ладонь и активно ее потрясывая:
– Bonjour, мой собрат по кирпичному заводу. Как сам? Как жизнь молодая?
В обычное время Макс бы сделал замечание: что это за нелепые фразы? Но сейчас они играли на руку. Глиф растерялся. Наверное, ожидал чего угодно, но явно не жаркого приветствия от такого же бывшего узника. Пока Глиф растерянно пялился на Рие, Макс успел взять себя в руки, а еще заметил, как глаза Глифа разгораются оранжевым.
– Это он, – спокойно сообщил Ришар, оглянувшись. Его глаза тоже засияли. От резкого поворота головы в воздухе остался медленно потухающий росчерк синего света. – Его энергия была на месте убийства Колт.
– О! Я не отрицаю! – Глиф заморгал, и глаза его потухли. – Собственно, я тут для этого. Хочу сдаться в руки правосудия.
– Шефу сообщили? – Макс наконец стряхнул с себя оцепенение и обратился к Расселу.
Сержант моргнул, собираясь с мыслями, и ответил:
– Скоро будет. Оставил на ваше усмотрение, если прибудете раньше него.
– Что ж… – вздохнул Макс и повернулся к Глифу: – Будьте любезны, представьтесь полным именем.
– О! Имя! Да, у меня есть имя! Меня звали 8635. А потом, когда определили к магу, мы делали вид, что я его кузен. Меня звали… Сейчас-сейчас, я вспомню… Джерри? Джейсон? М-м-м…