кого берега, больше не вернулись. Думают теперь, что они были схвачены и убиты этим чудовищем.
32. Острое слово одного актера о папе Бонифации
Папа Бонифаций IX[31] был родом неаполитанец, из фамилии Томачелли. А на итальянском языке tomacelli называется колбаса из мелко рубленой и завернутой в нутряное свиное сало свинины. На второй год своего понтификата Бонифаций отправился в Перуджу. С ним вместе были его братья и многие родственники этой же фамилии, которые, как бывает, собрались вокруг него в погоне за богатством, имениями и наживой. Любопытные спрашивали имена тех, которые входили в папскую свиту. И то один, то другой отвечали: «Это Андреа Томачелло», или: «Это Джованни Томачелло». Так называли по имени многих Томачелли. Тогда один шутник воскликнул: «Ох, и здоровая же печенка была у той свиньи, что из нее вышло столько Томачелли, и таких огромных».
33. О священнике, который похоронил собачку
Был в Тоскане деревенский священник, очень богатый. Когда у него умерла любимая собачка, он похоронил ее на кладбище. Об этом услышал епископ и, покушаясь на деньги священника, вызвал его к себе, чтобы наказать его, как если бы он совершил большое преступление. Священник, который хорошо знал характер своего епископа, отправился к нему, захватив с собою пятьдесят золотых дукатов. Епископ, сурово упрекая его за то, что он похоронил собаку, приказал вести его в тюрьму. Но хитрый священник сказал епископу: "Отец, если бы вы знали, какая умная была моя собачка, вы бы не удивлялись, что она заслужила погребение среди людей. Ибо она обладала умом более чем человеческим как при жизни, так и в момент смерти".- "Что это значит?" - спросил епископ. "Под конец жизни,- сказал священник,- она составила завещание и, зная вашу нужду, отказала вам согласно этому завещанию пятьдесят золотых дукатов. Я их привез с собою". Тогда епископ, одобрив и завещание и погребение, принял деньги и отпустил священника.
34. О тиране, который несправедливо обвинил богатого человека.
В Пичено, в городке Чинголи жил очень богатый человек. Местный тиран[32], узнав об этом и желая отобрать его деньги, стал искать повода для обвинения, которое позволило бы ему добраться до имущества богача. Призвав его к себе, тиран объявил ему, что он обвиняется в оскорблении величества. Тот стал доказывать, что не сделал ничего, что было бы направлено против власти или достоинства тирана. Но тиран не хотел ничего слушать и в конце концов объявил, что купец приговорен к смерти. Когда несчастный стал спрашивать, за какие же деяния грозит ему смерть, тиран сказал: «Ты укрывал в своем доме моих врагов и супостатов, которые составили против меня заговор». Тут купец наконец понял, что покушаются на его деньги, и, предпочитая сохранить жизнь, чем имущество, сказал тирану: «Правду говорите вы, господин. Но пошлите со мною нескольких ваших солдат, и я сейчас же выдам вам этих ваших врагов и супостатов». Ему дали в провожатые нескольких стражников, он их привел домой, подвел к сундуку, в котором находились деньги, и, открыв его, сказал: «Берите их скорее, ибо это не только враги и супостаты нашего синьора, но и мои». Отдав тирану деньги, человек избежал какого бы то ни было наказания.
35. О монахе, который произнес очень короткую проповедь
В одном из наших горных городов множество людей из разных мест собрались на праздник. Был день св. Стефана. Один монах должен был сказать народу проповедь. Час был поздний. Священники были голодны и боялись, что проповедь протянется долго. В тот момент, когда монах поднимался на кафедру, сначала один священник, потом другой подошли к нему и стали шептать ему на ухо, чтобы он говорил короче. Тот дал себя убедить очень легко и, сказав несколько вступительных слов, как он это делал обыкновенно, продолжал так: «Братья, в прошлом году на этом самом месте в вашем присутствии я говорил вам о святой жизни и чудесах этого нашего святого. Я не опустил ничего из того, что я слышал о нем и что говорится о нем в книгах священного писания. Я думаю, что все это вы помните. Так как с тех пор, как я узнал, он не сделал ничего нового, то осените себя крестным знамением и прочтите молитву покаяния и те, что за нею следуют». Сказав это, он удалился.
36. Забавный совет Миначчо одному крестьянину
Один крестьянин влез на каштановое дерево, чтобы отрясти с него плоды, свалился и сломал себе ребро. К крестьянину подошел, чтобы его утешить, некий Миначчо, человек очень остроумный, и, разговаривая с ним, сказал, что сообщит ему правило, соблюдая которое, он никогда не свалится с дерева. „Лучше бы ты сообщил мне его раньше, — заметил крестьянин. — Но оно пригодится мне по крайней мере на будущее время“. Тогда Миначчо ему сказал: „Следи всегда за тем, чтобы спускаться не быстрее, чем поднимаешься, а спускайся так же медленно, как поднимаешься. Если ты будешь соблюдать это правило, ты не свалишься никогда“.
37. Ответ того же Миначчо
Тот же Миначчо проиграл, играя в кости, кое-какие деньжонки и одежду. Так как он был беден, то он сел у дверей одной таверны и стал плакать. Один из ею друзей, увидав его грустным и в слезах, спросил: «Что о тобою?» — «Ничего», — ответил Миначчо. — «Почему же ты плачешь, если у тебя ничего?» — «Потому-то и плачу, что у меня ничего». Друг, удивленный, настаивал: «Чего же ты, в конце концов, плачешь, если у тебя ничего?» — «Вот по той именно причине, что у меня ничего». Друг думал, что Миначчо плакал, хотя ничего его к этому не побуждало, а Миначчо плакал оттого, что у него из-за игры ничего не осталось.
38. О кривом бедняке, который хотел купить пшеницы
Однажды, когда во Флоренции был очень дорог хлеб, пришел на рынок бедный одноглазый человек, чтобы, как он говорил, купить несколько мер пшеницы. Когда он узнал о цене, подошел кто-то другой и стал спрашивать, что стоит мера зерна. "Стоит глаза человеческого",- сказал бедняк, желая этим показать, что хлеб дорог чрезмерно. Услышав это, шустрый маленький мальчик, вертевшийся тут, сказал: "Зачем же ты принес с собой такой большой мешок, раз ты не можешь купить больше одной меры?"
39. Проповедник, который предпочитал десять девушек одной замужней женщине
Один монах, не обращавший большого внимания на то, что он говорит, проповедовал перед народом в Тиволи. Суровыми словами громил он супружескую неверность и изображал ее самыми черными красками. Между прочим, он сказал, что это такой большой грех, что он предпочитал бы иметь дело с десятью девушками, чем с одной замужней женщиной. Многие из присутствующих были того же мнения.
40. О нищенствующем монахе, который во время войны говорил о мире с Бернардо
Во время недавней воины флорентийцев последним герцогом миланским было постановлено, что если кто заговорит о мире, то лишится жизни. Бернардо Манетта, человек очень веселый, пришел на Старый рынок за какой-то покупкой. К нему подошел монах, один из тех нищенствующих братьев, которые бродят всюду и, стоя на перекрестках, просят подать им что-нибудь на их нужды. Прежде чем попросить, монах сказал: "Мир тебе". А Бернардо в ответ: "Как! Ты говоришь о мире? Разве ты не знаешь, что говорить о мире запрещено под страхом смерти? Я ухожу, чтобы кто-нибудь не счел меня соучастником вины". Сказав это, он ушёл, отделавшись таким образом от приставаний нахала.
41. Рассказ Франческо Филельфо
Мы беседовали в дружеской компании о наказании для неверных жен. Бонифацио Салутати[33] заметил, что, по его мнению, лучшим наказанием было то, которым один из его друзей, болонец, угрожал своей жене. На наш вопрос о том, какое это наказание, он сказал: "Этот болонец, человек малопочтенный, имел жену не очень строгих нравов, которая иногда была добра и ко мне. Когда однажды ночью я подошел к их дому, то, стоя на улице, я услышал, как они жестоко между собой препирались. Муж упрекал жену, обвиняя ее в бесстыдстве. Та, как все ей подобные, отрицала все и оправдывалась. Тогда муж стал ей кричать: "Джованна, Джованна, я не буду тебя бить, я не буду тебя колотить, но я тебя буду оплодотворять столько, что дом будет полон детей. Тогда я оставлю тебя одну с потомством и уйду". Мы все очень смеялись по поводу наказания, которое этот человек так хорошо придумал, чтобы отомстить жене за ее неверность.
42. Рассказ кардинала бордосского о скоморохе
Григорий XII[34] прежде чем быть выбранным папою, во время конклава и даже после, обещал сделать великое множество всяких вещей, чтобы покончить со схизмою, которая терзала тогда церковь. В продолжение нескольких дней он так твердо держался своих обещаний, что дал слово, если понадобится, сложить с себя свой сан. А потом, опьяненный сладостью власти, забыл клятвы и обещания и не исполнил ничего из того, о чем говорил. Это очень огорчало кардинала бордосского[35], человека серьезного и очень рассудительного, и, говоря однажды со мною об этих делах, он мне сказал: «Он сделал с нами то, что сделал с болонцами тот скоморох, который им обещал, что будет летать». Я стал просить, чтобы он мне рассказал эту историю. И кардинал рассказал: «Недавно в Болонье был скоморох, который афишей, всюду расклеенной, возвестил, что он вылетит с вершины башни, находящейся около моста Сан Рафаэле, и пролетит больше мили за город. В назначенный день почти все население Болоньи сошлось к указанному месту, а скоморох вплоть до заката солнца издевался над собравшимися людьми, изнемогавшими от жары и от голода. Все ждали, с глазами, устремленными на башню, когда скоморох вылетит. Когда время от времени он показывался на вершине башни и махал крыльями, как бы собираясь лететь, и делал вид, что он хочет броситься с башни вниз, люди, глядевшие на башню с разинутыми ртами, приветствовали его громкими криками. Когда, наконец, солнце зашло, скоморох, чтобы не казалось, что он не сделал ничего, повернувшись к собравшимся спиной, показал им зад. Таким образом все, одураченные, истомленные голодом и томительным ожиданием, ночью вернулись домой. Так и наш папа, — закончил кардинал, — после столь пышных обещаний довольствовался тем, что показал нам зад».