Когда Эйгар ворвался в комнаты, что занимали несостоявшиеся шайранны, Визмира тут же во всем созналась. Она плакала и умоляла не отсылать Селлию, по наущению которой и действовала.
Селлию тоже пришлось наказать. Тот, кто задумал зло, виноват не меньше того, кто взялся воплотить его в жизнь. Пять плетей каждой научат девушек впредь думать над своими поступками. Поручив наказание тюремщику, Эйгар в самом мрачном расположении духа вернулся в покои, только чтобы увидеть, что Рионы там нет. Вообще-то шайраддан должен был выехать из замка вместе со своей шайранной, но Риона постоянно нарушала правила, что не могло не злить Эйгара.
Скрипнув зубами, шайраддан переоделся в парадные белоснежные доспехи, украшенные лазурной вязью, взял отполированный до блеска меч и, закрепив его в поясных ножнах, вышел к воротам Фьеррадана, где слуга уже стоял с его конем, придерживая того за гриву. На огромной площадке уже собрались все знатные гости. Эйгар кивнул Сьеррану, Флавиане, Жрице, что красовалась в платье цвета багряной зари, Аррену и его супруге, поискал глазами Тэрдрика, но того нигде не было видно, хотя его свита в полном составе стояла чуть поодаль.
Оседлав Бурана, Эйгар дал знак герольдам, выбранным представителям от каждого клана. Устроившись на одной из башен и заметив знак Эйгара, они издали громкой рев и выпустили пламя: снежное, огненное, стальное и угольное.
Под приветственные крики, огласившие окрестности замка, кавалькада всадников заспешила к месту турнира.
Прибыв на место, Эйгар взглядом поискал Риону.
— Я здесь, — услышал он ее веселый голос позади. — Ну и кто подбросил змеюку нам в постель? Жрица?
Резко обернувшись, Эйгар встретил насмешливый взгляд золотисто-карих глаз, и почувствовал, как раздражение отступает. Риона в приличествующем ее положению платье, волосы убраны в прическу, в ушах сверкают подаренные им серьги. А это уже немало.
— Визмира. — Риона задумчиво кивнула. — Но ее подговорила Селлия. Обе понесли заслуженное наказание.
Эйгар замолчал, словно ожидал одобрения своим словам.
— Здесь ты главный, тебе и принимать решения.
— Вот как, — хмыкнул Эйгар, беру руку девушки и сжимая ее в ладонях. — Я напомню тебе об этом сегодня ночью.
— Надеюсь, что ничем не вызову ваш гнев, верховный.
Эйгар чувствовал, как от одного взгляда на красивое лицо Рионы его кровь закипает. А было время, когда он действительно верил, что у снежных вместо нее по венам течет снежная вода.
— До вечера еще далеко, так что я бы не был так уверен. Почему ты не дождалась меня?
— Я должна была здесь все проверить. А кое-что требовало моего самого пристального внимания, — загадочно произнесла Риона и потянула Эйгара за руку. — Пойдем, нас все ждут.
Эйгар посмотрел по сторонам и понял, что Риона права. Зрители и шайрадданы со своими свитами уже устроились на трибунах, ожидая верховного и знака к началу турнира.
Когда Эйгар с Рионой устроился в установленных для них богатых креслах, что стояли под пологом шатра, турнир пошел своим порядком.
Сначала проводились поединки на ристалище. Драконы на всхрапывавших снежных конях старались выбить друг друга из седла при помощи длинных копий, затем следовали пешие поединки на мечах и групповые сражения. Несколько драконов получили тяжелые, но не смертельные ранения.
Эйгар с удивлением отметил, что Риона получает от происходящего настоящее удовольствие. Она подскакивала от радости, когда дракон, на которого она ставила, оставался в седле, и ворчливо поминала Темного Жнеца, когда другой оказывался сбит. Эйгар с улыбкой смотрел на ее раскрасневшиеся щеки, поднимавшуюся от частого дыхания высокую грудь и губы, которые она в волнении прикусывала. В какой-то момент Эйгар понял, что нужно следить за турниром, иначе он прямо сейчас утащит Риону обратно в замок, в спальню, нарушив тем самым все правила гостеприимства.
Скользнув взглядом вокруг, Эйгар заметил, что члены его шайра наконец-то улыбаются и с удовольствием принимают участие в турнире. Риона была права — им это было нужно. Он еще раз взглянул на девушку, но она поймала его взгляд, вопросительно вздернув рыжеватую бровь.
— Должен признать, что твоя идея с турниром оказалась удачной, — коснувшись губами ее волос, пахнувших медом, прошептал он.
— Дождись самого интересного, — загадочно произнесла она и, подмигнув ему, устремилась по ступенькам вниз. Синим росчерком мелькнул бархат ее платья.
— Риона! — только и успел крикнуть он, но девушка, подхватив юбки, метнулась туда, где уже объявляли состязание лучников. Среди участвующих драконов она была единственной женщиной. И хотя правилами это не возбранялось, Эйгар почувствовал, что остальные шайрадданы и их супруги такое поведение не одобрят.
— Шайранна действительно думает, что сможет победить лучших лучников Аллирии? — услышал он ехидный голос сидевшей неподалеку Жрицы.
Эйгар, сжав челюсть и прищурившись, смотрел, как с луком в руках и колчаном длинных стрел за спиной Риона встает напротив полосатой круглой мишени, накладывает стрелу на тетиву и натягивает лук. Дождавшись команды распорядителя, отточенным движением плавно отпускает стрелу, и она, тоненько звякнув, летит точно в цель. Остальные выстрелы оказались столь же меткими.
Эйгар бросил на Иларну самодовольный взгляд, хотя и сам не был уверен в победе Рионы. Жрица сделала невозмутимое лицо.
Когда Риона вернулась, неся с собой выигранный мешочек серебряных монет, Эйгар впервые услышал ее счастливый смех. Будто крошечные колокольчики перезваниваются на зимнем ветру.
— Теперь я понял, для чего ты решила затеять турнир. И шайр снежных здесь вовсе ни при чем, — ворчливо заметил Эйгар.
— Твоя шайранна надрала задницы драконам, а ты ставишь мне это в укор, — приблизившись, шепнула Риона ему в ухо, обдав горячим дыханием, после чего, отстранившись, весело захохотала.
Эйгар улыбнулся и покачал головой, удивленный тем, как многого он не знал о Рионе. Ведет себя будто шаловливое дитя, которому впервые позволили сделать что-то запретное. Тут Эйгар поймал себя на мысли, что хочет видеть улыбку девушки как можно чаще и принял решение: как только турнир закончится, и все драконы улетят по домам, они с Рионой отправятся на охоту. Только он и она. Вдвоем. Пока ее положение еще позволяет совершать такие прогулки.
Эйгар почувствовал, как его губы раздвигаются в широкой улыбке, а настроение улучшается. Да, им просто необходимо побыть вдвоем.
Перед финальным состязанием, которое было самым опасным, потому что участие в нем драконы принимали в своем истинном обличье, устроили небольшой перерыв. Слуги разносили терпкое вино, сидр и сок, несколько бочек которого привезли с собой серебряные драконы. Далее последовало выступление танцовщиц из шайра черных драконов, а потом была разыграна сценка из истории серебряных драконов. Риона весело смеялась, наблюдая за проделками пятого шайраддана серебряных драконов в исполнении молодого паренька, дальнего родственника Сьеррана. Пятый шайраддан настолько обожал золото, что всю жизнь потратил на поиски эликсира, способного превратить его серебряный огонь в золотой. Этим поискам и была посвящена так развеселившая Риону сценка, за которой — за Рионой, а не за ужимками паренька на сцене — наблюдал Эйгар.
Наконец увеселительная часть закончилась, и распорядитель объявил начало финальных состязаний. На ледяную арену внизу вышли шайрадданы огненных и серебряных драконов.
— Они лишь покажут себя. Это будет не настоящее сражение, — пояснил Эйгар Рионе.
Два дракона — серебряный и огненный — взмыли вверх и принялись плавно кружить вверху, рассекая крыльями морозный воздух. Это было похоже на древний танец силы, мощи и могущества. Делая ложные выпады, они имитировали бой, нанося друг другу ненастоящие удары. Выдохнув стальное и огненное пламя, которое, встретившись в воздухе, рассыпалось на тысячи искрящихся звезд, под громкие крики присутствующих драконы опустились на площадку и, вновь приняв человеческий облик, поклонились и заняли свои места.
— Ты тоже будешь участвовать? — спросила Риона, касаясь вязи на доспехах Эйгара кончиками пальцев.
— Только если найдется тот, кто захочет рискнуть своей шкурой. Я верховный и могу получить вызов на бой от того дракона, что захочет занять мое место. — Риона нахмурилась и кивнула. — Но это не мешает мне бросить вызов первому. Обычно верховные так не делают, только если хотят кого-то посрамить. Но сегодня я намерен поступить именно так.
— Ты о Тэрдрике?
— Именно.
Эйгар взглядом поискал шайраддана черных драконов и с удивлением заметил, что тот встает со своего места и направляется на арену. Встав посередине ледяной площадки, он обвел притихших зрителей, с интересом ожидавших, кому же бросит вызов Тэрдрик.
— Я вызываю вас, верховный! — останавливая свой взгляд на Эйгаре и нагло улыбаясь, сказал тот.
— Должность верховного или иные причины побуждают тебя бросить этот вызов? — как того требовал обычай, спросил Эйгар, вставая.
— Я заявляю права на должность верховного и на вашу шайранну, — вскинув голову, ответил Тэрдрик.
— Ты не имеешь права заявлять права на Риону, — процедил Эйгар, сжимая кулаки.
— Не имел бы, будь она вашей супругой. Но она лишь шайранна, — осклабился Тэрдрик.
Эйгар знал, что Тэрдрик прав, но все же посмотрел на Аррена и Сьеррана, ища поддержки.
— Он прав, верховный, — негромко сказал Аррен. — Правила касаются только супруги, с которой был проведен брачный ритуал.
— У вас ведь он был? — неуверенно спросил Сьерран.
— Нет, ритуала не было, — с удовольствием произнесла Жрица, голосом выделяя «не».
Эйгар слышал, как весело хмыкнула Риона и удивился, почему это так ее развеселило. Он был готов даже к тому, что она сама вызовет Тэрдрика, и сейчас благодарил богов за то, что этого не произошло.
— Я принимаю твой вызов, Тэрдрик, шайраддан черных драконов, — кивнул Эйгар, сдерживая скребущую в сердце ярость. — Пусть состоится бой за место верховного шайраддана и… — Эйгар чуть запнулся, — за мою шайранну.