Что этот змееныш задумал? Неужели надеется победить? И зачем, Хозяин Мертвых его побери, ему нужна Риона?
Но Эйгар знал ответ. Тэрдрик хочет поквитаться за нанесенную обиду. Вот только Эйгар не думал, что Тэрдрику хватит сил, ведь однажды он уже проиграл. Здесь явно есть какой-то подвох. Но какой?
Спускаясь по ступеням, Эйгар не сводил глаз с наполненного затаенным торжеством взгляда Тэрдрика. И хотя внешне Эйгар был спокоен, внутри все кипело, казалось, что кровь в жилах закипела от предвкушения. Над трибунами висел гомон множества голосов. Видимо, собравшиеся никак не могли поверить, что вызов бросили именно верховному.
Встав напротив друг друга, шайрадданы выслушали правила боя.
— В случае проигрыша шайраддана Эйгара и при условии, если ему сохранят жизнь, он теряет звание сильнейшего дракона Аллирии и отдает свою шайранну на милость победителя, — громко вещал распорядитель турнира.
— И мой кинжал, — по губам Тэрдрика скользнула злобная ухмылка. — Я хотел бы вернуть его обратно. Тот самый, что присвоила себе ваша шайранна, верховный, — Тэрдрик отвесил в сторону шатров преувеличенно вежливый поклон, который выглядел не как дань уважения, а как пощечина. Эйгар посмотрел на Риону, которую, казалось, откровенно все это забавляло.
Эйгар чуть нахмурился. У него даже закралась мысль о том, не в сговоре ли она с Тэрдриком. Почему ни Рионы, ни Тэрдрика не было в замке перед турниром?
— В случае проигрыша шайраддана Тэрдрика и при условии, если ему сохранят жизнь, он обязуется выплатить шайраддану Эйгару обычный в таких случаях откуп: четыре больших сундука золотых монет.
— Пять, — сложив руки на груди, процедил Эйгар.
— Верховный шайраддан предлагает изменить условия откупа, — еще громче выкрикнул распорядитель. — Я объявляю голосование шайрадданов! Все ли согласны с такими условиями?
Сьерран и Аррен с растерянным видом кивнули. Очевидно, они тоже не понимали, что двигало Тэрдриком.
— И черные драконы выберут себе нового шайраддана, — мрачно добавил Эйгар. — Калека не сможет управлять шайром.
— Шайраддан Тэрдрик, вы принимаете условия боя?
— О да, — ответил тот.
— Тогда противники могут подниматься в воздух и ждать сигнала к началу боя! — возвестил распорядитель.
Тэрдрик не медля обратился черным драконом и, расставив крылья, издал грозный рев, от которого заложило уши, а арена затряслась. Эйгар не пошевелился, пока противник демонстративно запугивал его. Эйгар уже собирался последовать примеру Тэрдрика и позволить своей драконьей сущности затопить сознание, когда услышал звонкий голос Рионы.
— Эйгар! — позвала она. Обернувшись, увидел, что девушка спустилась и стоит с краю арены, а в ее руках развевается на ветру синий шелковый платок.
Улыбнувшись, Эйгар подошел ближе, и Риона повязала платок ему на руку, чуть выше локтя.
— Это выражение твоей симпатии? — спросил он, сам себе не смея признаться, что ожидает ответа с плохо скрытым нетерпением.
— Видела это на одном из турниров, — уклонилась она от ответа.
— Пожелаешь мне удачи?
— Тебе она не понадобится, — приблизив лицо, шепнула она Эйгару в губы.
Он крепко стиснул ее в объятиях, накрывая губы своими и сминая их поцелуем, впитывая медовый запах вереска, запах Рионы. Окружающий шум, крики и веселые подтрунивания слились в один еле слышный гул. С трудом оторвавшись от девушки и приказав себе не оглядываться, Эйгар отошел в центр арены и, обернувшись белоснежным драконом, легко поднялся в небо, где его уже ждал нетерпеливо круживший черный дракон.
Глава 22
Поцелуй Эйгара до сих пор горел на моих губах, а кожу покалывало там, где его щетина касалась моей кожи. Я вернулась на свое место, потому что там мне не приходилось сильно закидывать голову, наблюдая за кружившими в небе драконами.
— Шайранна Риона, не хотите сделать ставку? — спросил меня какой-то пронырливый дракон из шайра огненных, когда я вернулась на свое место.
— На Эйгара, — протянула я ему свой мешочек с выигрышем за состязание лучников.
— Вы хотите поставить все? — удивился тот.
— Естественно.
Дракон поклонился, принял мешочек, быстро что-то записал угольком на пергаменте и побежал по рядам дальше.
— Я тоже хочу сделать ставку, — услышала я голос Жрицы. Дракон, изменив направление движения, метнулся к ней. — На шайраддана Тэрдрика.
— Не боитесь потерять золото? — поинтересовалась я, наблюдая, как она открепляет от платья мешочек и высыпает на руку ожидавшему дракону горку золотых монет.
— А вы, шайранна? — в тон мне ответила она.
Я заставила себя широко улыбнуться и отвернулась, оставив вопрос Жрицы без ответа.
Подняв голову вверх, я закусила губу, любуясь полетом белоснежного ящера. Размах его крыльев был больше, чем у любого из виденных мною драконов. Тэрдрик хоть и выглядел внушительно, но лишь до того момента, пока не оказывался в воздухе рядом с Эйгаром.
Кто-то осторожно коснулся моего локтя.
— Шайранна, Риона, окажете честь дать сигнал к началу боя? — спросил наблюдатель, подавая мне какой-то цилиндр с веревочкой.
— С удовольствием, — кивнула я. — Что мне нужно сделать?
— Я подожгу веревку, а вы направьте ее в небо, — пояснил наблюдатель.
Я встала, наблюдатель выдохнул небольшую струйку огня — а я и не знала, что драконы умеют это делать в своем человеческом обличье, — хвост цилиндра зажегся, а я вытянула руку вверх, туда, где в ярко-голубом безоблачном небе кружили ящеры.
Фитиль прогорел, а затем нагревшийся цилиндр выстрелил струйкой яркого пламени, которое стрелой унеслось в небо и уже там распалось на тысячи крошечных сверкающих искр. Присутствующие взорвались аплодисментами и подбадривающими криками, и бой начался.
Отдав распорядителю то, что осталось от цилиндра, я продолжала стоять, остальные последовали моему примеру. Так и правда было видно гораздо лучше.
Два дракона, отлетев друг от друга на небольшое расстояние, теперь стремительно сближались. Тэрдрик выдохнул смоляное пламя, и на какой-то миг все происходящее в воздухе скрыл густой дым. Через несколько мгновений он рассеялся, и я увидела, как Эйгар облетает черного дракона справа, возвращая ему ледяной залп. Тэрдрик уклонился, но недостаточно быстро. Холодное пламя на излете покрыло его бок слоем льда. Рваный полет черного дракона закончился в когтях Эйгара. Тот просто налетел на Тэрдрика сверху, как коршун на добычу, и принялся наносить ему яростные удары. Я видела, как острые драконьи когти, похожие на кинжалы, оставляют на спине Тэрдрика длинные глубокие раны. Полный яростной боли крик разорвал небо.
Эйгар отлетел от Тэрдрика, позволив тому кое-как выровнять свой полет, но потом напал снова. Он наносил по его спине и брюху удары когтями, бил по глазам крыльями, дышал льдом, который сковывал движения Тэрдрика. При этом Тэрдрику не удалось нанести Эйгару ни единого удара.
— Да он же просто играет с ним, — весело хмыкнул Аррен, приложив руку к глазам, чтобы яркое солнце не мешало следить за битвой.
Я поняла, что шайраддан огненных драконов прав. Эйгар мог бы закончить этот бой на первых минутах, сейчас же он просто играл с Тэрдриком как с неразумным драконенком, который по глупости позволил себе задирать старшего.
— Какой злой дух заставил его бросить вызов Эйгару? — задумчиво проговорил Сьерран, стряхивая со своих серебряных доспехов летевшие сверху черные чешуйки.
Я метнула взгляд на Жрицу. Имя этого злого духа мне было известно. На красивом лице Иларны застыло явное замешательство, и я окончательно успокоилась, уже с удовольствием наблюдая, как Эйгар, сомкнув острые клыки на шее Тэрдрика, треплет того в воздухе.
Все закончилось слишком быстро, на мой взгляд. Тэрдрик, как куль с мукой, тяжело упал на ледяную арену и несколько метров проехал по ней брюхом, из-за чего по поверхности побежала глубокая трещина. Я даже издалека увидела на спине, шее и брюхе черного дракона глубокие раны, кровь из которых пачкала ледяные камни арены. Эйгар плавно опустился рядом и, пригнув голову, издал страшный рык, который услышали, я была уверена, и по ту сторону Хрустальных Гор. Зрители разразились приветственными криками.
Тэрдрик, застонав, вновь стал человеком. Его одежда была в крови, на лице не осталось живого места, он попытался встать, но лишь беспомощно подволакивал обе ноги. Эйгар подошел к нему ближе и громко спросил:
— Ты отказываешься от своих притязаний на должность верховного, мою шайранну, а также от всех прав на шайр черных драконов?
Тэрдрик открыл рот, собираясь ответить, но вместо этого его губы вдруг раздвинулись в улыбке, а затем дракон захохотал. Смех сотрясал его израненное тело, да так сильно, что оно подпрыгивало на ледяной арене. Зрители замерли, как по команде, раздавались лишь удивленные вскрики отдельных дракониц.
— Тэрдрик, что с тобой? — спросил Эйгар, подходя ближе. Но черный дракон продолжал давиться смехом, а я в замешательстве кусала губу. Может быть, не стоило класть столько ягод?
— Эликсир… Она дала мне эликсир, — прохрипел Тэрдрик сквозь приступы смеха. Все стихло, но в морозном воздухе слова черного дракона разносились далеко. На губах его пузырилась кровавая пена, а взгляд стал безумным. — Проклятая ведьма Иларна… Дала мне эликсир… Она подставила меня!
— Это серьезное обвинение, Тэрдрик, — покачал головой Эйгар.
— Он говорит правду! — я больше не могла молчать. Встав, я указала на побледневшую Иларну. — Вчера я гуляла по зимнему саду и стала свидетельницей беседы между Жрицей и Тэрдриком. Она дала ему эликсир, который должен был помочь выиграть поединок с тобой. Она добавила в него ягоды, которые сорвала с куста там же.
Эйгар нахмурился, сделав знак двум снежным, которые тут же встали по бокам от Жрицы.
— Что за эликсир это был, Тэрдрик?
Черный дракон снова засмеялся. Капли алой крови из его разбитого рта стекали по подбородку.
— Эликсир силы… Она обещала, я заплатил… И немало… Один сундук… Черные алмазы и отборный рубин из моей сокровищницы… Самый лучший! Проклятая ведьма… Если я лишился всего, то ты лишишься тоже! — закричал Тэрдрик, а потом вдруг захохотал еще громче да так дико, что мне стало жутко. Его израненное тело подскакивало, а глаза стали совершенно безумными. Он замер также внезапно: просто замолчал и уронил голову на арену. Тело выглядело странно расслабленным, но по неровно вздымавшимся бокам я поняла, что он просто потерял сознание.