— Однозначно! Никаких детишек! Тебя сейчас искупать? Но тогда нужно будет сразу ложиться в постель. В Эстарине вечерами прохладно, после купания ты не сможешь отправиться гулять на улицу, — сказала я.
— Дя? Неть, тогдя ненадя. Мы с блатиками полезем смотелть литя́. Они говолят, он смесьной, сикотки боиться.
У Ирдена вытянулось лицо, и он повернулся ко мне с немым вопросом в глазах.
— Да есть тут на кладбище неподалеку один лич. Он старенький уже. И да, он ужасно боится щекотки. Начинает смеяться, ругаться всякими архаизмами и обещает, что закопается так, что его уже никогда не смогут выкопать и поднять, — пояснила я. — Зараза, не обижай его сильно. А то совсем рассыплется, жалко будет.
— Ой как интелесно. А тиво он кусает?
— Кусает? А, кушает. Да вроде все, даже орехи. У него зубы уцелели, справляется.
— Олеськи! Мы с литем будем кусять олеськи! Он узе мелтвый, узе снова не умлет! — На этом воодушевившаяся нечисть рванула обратно в окно с криками: — Блатики! Блатики! Несите олеськи!
— Ой-ой-ой! — протянула я и повернулась к Ирдену.
Выглядел он в этот момент комично. Стоит в одних подштанниках, опустив голову и сложив руки на груди, но одной ладонью прикрывает глаза и трясется от смеха.
— Прекрати, — фыркнула я. — Какая семья, такие и приятели. Господин Фе́льтон неплохой, для лича так вообще сама доброта. Он даже со мной был любезен. Братья его подкармливают и латают ему магию время от времени.
— Господин Фельтон… Лич, который боится щекотки и любит орехи… — выдавил через смех Ирден. — Ох, Клара. Ваша семейка бесподобна.
Спали мы в итоге вполне неплохо. Ширина кровати позволила не мешать друг другу. Два одеяла, которые я велела слугам принести, помогли с комфортом пережить соседство. Я хорошо выспалась. Дракон не очень.
— Кто всю ночь выл под окнами? — страдальчески спросил он утром, когда мы встали и собирались к завтраку.
— Наверное, нежить. Братья иногда поднимают животных, учатся.
— Какой кошмар.
А я привыкла к такому с детства и даже не проснулась ни разу. К тому же в Берриусе у меня окна спальни выходило на оживленную улицу и там тоже было совсем не тихо.
После завтрака мы вышли во двор, Ирден перекинулся в огромного красного ящера. Заспанная и квелая Зараза вспорхнула ему на шею, устроилась там и заявила:
— Я будю спать. Мы всю ноть выли, я не выспалася.
— Зачем вы выли и с кем? — удивилась я.
— С литем. Господинь Фельтон утил меня выть как настоясяя незить и нетисть. Тойко я усталя. Потомь иссе потленилуюсь. — Договорив, она широко зевнула.
— Зараза, не надо! — попросил ее дракон. — Я тоже ужасно не выспался из-за вашего воя. Это было очень громко! Учитывай, что ты не обычная нечисть, а реликтовая, домашняя и фейская. Тебе невместно себя вести как обычной дикой.
— Дя? Ню, ну тяк-то дя. Но интелессно зе! Я никогдя ланьсе не выла с настоясим литем в компании. Блатики тозе с нами выли.
На этом тему завывания мы оставили. Но по прилету поспрашиваю Леандра и Жана-Луи с чего вдруг им вздумалось голосить, как упырь на болоте. Ну и потом, моя нечисть им все же не игрушка. Научат ее плохому, а мне потом перевоспитывай.
До города мы долетели без приключений. Зараза всю дорогу спала, а после на руках у Ирдена просидела все время, пока мы ходили по лавкам. Я оформляла покупки товаров с доставкой в замок родителей. Оттуда ведь переноситься к оркам будем.
Ирден себе пополнил гардероб готовой одеждой. Меня попросил ему посодействовать только с чарами, позволяющими одежде сохранять форму при трансформации. Чтобы не искать для этого специально мага. Сам он это не могу сделать, его дар не позволял.
Зараза была молчалива, так как наоралась и навылась на ночь. Но смотрела по сторонам с любопытством, иногда просила купить что-то вкусное у лоточников. Выбрала себе бусики из бирюзы и на этом успокоилась.
Пообедали мы в городе в хорошем ресторане. И моя питомица даже вела себя прилично, хотя, конечно же, была звездой и все внимание принадлежало только ей.
А когда мы закончили дела и вернулись домой, она попросила:
— Клалотька, давай плитасим сюдя мою каменюку? Насы блатиськи обесяли ее изутить. И помыть.
— Я же его помыл, — сказал Ирден.
— Неть, ты не так помыль. Надо как Клала мыля миня. Сьтобы тисьтенько. Леандл найдеть книську, а Зян-Люи помоеть мою каменюку. Он сказаль, есть холосая зеезная мотялка. Ну или Клалотька помоет, она узе умеет.
— Может, не надо железной мочалкой? — осторожно уточнила я, переглянувшись с Ирденом.
Мы-то с ним знали, чем у нас закончилось прошлое мытье статуи. Кто же мог предположить такой итог?
— Надо, Клалотька, надо, — вдохнула Зараза и широко зевнула. — Давай сколее тасить сюдя мою добысю. А потом узинать, отдыхать. И нотью пойдемь с блатиками на длугое кладбиссе. Тамь сьто-то интелесьное завелось.
— А как же степь? Ты снами не пойдешь?
— Неть. Тиво я, ольков не виделя, сьто ли? Зеененькте с вами пойдють. А у нас с моими блатиками обсильная плогламма.
— Поговорю я еще с твоими братиками, — нахмурилась я. — Что-то они разошлись.
— Надя их сейтяс позьвать, пусть помогають тасить мою статюю.
В том, чтобы быть феей есть определенные преимущества. Можно феячить и открывать порталы.
Собралась для переноса статуи от амазонок вся честная компания. Мои братцы, которых горгулья смело присвоила и записала в «своих блатиков». Еще два брата, но уже драконы. И мой папа, который не мог оставить без присмотра творящуюся в его замке магию без своего внимания.
Папа предлагал отправить вестников маме и попросить ее подготовить нам передачу статуи из рук в руки. Но тут встали против Ирден и Эдгар. Они заявили, что там еще и их матушка, у которой могут имеются свои планы на происходящее. И вообще, лучше, чтобы обе риаты ничего не знали. Пусть своими делами занимаются. Чем меньше мамы знает, тем лучше живется их отпрыскам.
Поразмыслил мой родитель, вероятно, вспомнил свою матушку и то, как ему доставалось в детстве и юности, и согласился с доводами.
В общем, под чутким руководством Заразы я открывала маленький портал в комнату, которую нам выделили у амазонок. Именно там оставалась статуя. Но зная, что народец меня окружает неблагонадежный и себе на уме, портал я открыл небольшой, ровно такой, чтобы в него могла пролезть только Зараза и вытащить вожделенную статую.
И я оказалась права. Увидев размер прохода и то, что в него никому, кроме Заразы, не пролезет, мои подельники негодующе зароптали. Особенно Жан-Луи и Леандр.
— Клара, но нам же ничего не видно!
— Сестра, но почему такой маленький? В него же никто не сможет пройти!
Я только выразительно подняла брови, и они насупились.
— Сылкуг, давай сколее! — крикнула в открывший проход Зараза. — Мы зьдем!
— Вождь, принимай! — невозмутимо, но крайне неожиданно для меня, сказал с той сторон орк, чье имя Зараза безбожно коверкала, и подошел так, чтобы мы его увидели. — Я все сделал, как ты с Заразой просила?
А я просила?
— Зараза? — негромко окликнула я нечисть.
— Погоди, Клалотька. Тасите сколее мою каменюку, — скомандовала она моим братьям.
И те потащили статую горгульи, которую орк передал им из руку в руки. Жан-Луи и Леандр бережно ее перенесли из мира амазонок в наш замок и поставили на пол.
— Ширкуг, как там все проходит? — спросил Ирден, подойдя ближе.
— Все хорошо, дракон. Некроманты вскрыли древний могильник. Нашли жертвенные захоронения и древний артефакт. Разбираются.
— С ними все хорошо? — спросил папа.
— Да, риат Монк. Старый риат Монк очень доволен, говорит, уникальное место и редчайшие находки. Риата мама вождя общается с королевой амазонок и активно работает в развалинах храма.
— А наша мама? — спросил Эдгар.
— Драконица? — ухмыльнулся вдруг во все клыки немолодой орк. — Риата Ланц веселится и все исследует. — Тут он вдруг прислушался и завил: — Кто-то идет.
И таки да, хлопнула дверь, прозвучали быстрые легкие шаги и в окошка портал заглянула Алкеста.
— Ах вот вы где! — обрадовалась она, увидев всех нас. — Светлая госпожа, счастлива вас видеть. Спасибо, что прислали к нам некромантов. Они разбирают все проблемы и древние захоронки.
— Ну и отлично, — улыбнулась я. — Алкеста, мы не попрощались с королевой Рогнедой. Передай, пожалуйста, что все в силе. Мы вот-вот отправимся к оркам в степь и будем говорить с духами предков.
Амазонка слушала меня внимательно, переводя взгляд поочередно на всех, кого могла увидеть со своего ракурса и вдруг замерла и будто выпала из реальности.
— Алкеста? — позвала я
Тут меня аккуратно потрогал за руку стоящий рядом Ирден и указал на Леандра. Мой средний брат стоял с глупым видом и таращился на амазонку так же, как и она на него. Ого! Это что, ему понравилась Алкеста? Но она вроде постарше его на пару лет. Да и вообще…
— Сылкуг, — страшным шепотом позвала вдруг Зараза. — Давай нам сюда дифтенку. Пусть она с моими блатиком позьнакмится.
Никто не успел ничего не то что сказать, но даже глазом моргнуть. Ширкуг просто сделал подсечку замешкавшейся и не готовой к диверсии Алкесте, перехватил ее и направил падение так, чтобы она перекувыркнулась в открытое окошко портала.
Амазонка же мгновенно сгруппировалась и перекувыркнулась в воздухе. И даже выхватила прямо в этом своем немыслимом кувырке оружие. Только юбка короткая мелькнула, полностью обнажая и длинные стройные ноги, и крепкие ягодицы в шортиках. Только вот приземлилась она не на ковер в жилище амазонок, а на паркет в родовом гнезде некромантов в Эстарине.
А больше ничего сделать Алкеста не успела, потому что папа поступил привычно и предсказуемо. Он просто кинул в девушку заклинания обездвиживания.
И пока народ растерянно задавал вопросы и гудел, а Зараза с довольным видом сидела и гладила по головне своею каменную добычу, папа подошел к Алкесте, что-то негромко ей сказал и аккуратно вытащил из ее пальцев меч. Тут я отмерла и подошла так, чтобы она видела мое лицо.