— Что здесь произошло? — строго спросил альфа, посмотрев на меня, Риссу и Фиону. Рисса подтолкнула меня под локоть, и мне пришлось отвечать.
— Я спала, а потом услышала крик из комнаты амари Марджери. Когда мы вошли сюда, она задыхалась.
— Отравление, — сказал лекарь, смазывая горло амари какой-то мазью с резким запахом. — Это облегчит ей дыхание. Придержите ей голову, — попросил он госпожу Мод, после чего попытался влить амари в рот какое-то снадобье из бутылька, которых было множество в его чемоданчике.
— Отравление? — пискнула Рисса.
— Она что-то ела перед сном? — спросил советник госпожу Мод.
— Невозможно, мой альфа, — уверенно покачала она головой. — Я лично проследила, чтобы все амари ушли в свои комнаты.
— Но тогда как это могло случиться? Ведь все ели одно и то же…
Советник нахмурился, размышляя.
Лекарь поднес к лицу Марджи таз, и амари с шумом вырвало в него.
— Давайте, амари, это отличное рвотное. Нужно, чтобы все вышло.
— Амари, возвращайтесь в ваши комнаты, — вспомнил про нас альфа. — Здесь не на что смотреть. С леди Марджери все будет в порядке.
— Знаки луны, — напомнил Гервальд. Альфа кивнул.
Я посмотрела на Марджи — ее знак луны горел ярко, — после чего последовала за Риссой из комнаты.
Я успела услышать, как госпожа Мод подошла к шагнувшему было за нами альфе и быстро зашептала:
— Это моя вина… Я не проследила, и амари Марджи заняла место амари Фионы. Когда я это обнаружила, уже поздно было что-то менять…
Дверь закрылась, отрезая нас от происходящего в комнате. Все амари столпились у дверей.
— Что с Марджери? — наперебой спрашивали девушки.
— Отравление, — одними губами прошептала Рисса.
Дружное аханье огласило коридор.
— Пройдемте в общую гостиную, — предложила Оливия, покосившись на дверь. — Там мы сможем поговорить без помех.
Девушки, ошеломленные происходящим, цепочкой потянулись в гостиную. Все, не сговариваясь, собрались в круг около едва тлевшего камина.
— Бедняжка Марджи! — сказала Бригида. — Вечером она была так весела!
— Уверена, это пирожные. Мне они сразу не понравились, — решительно заявила Делла, правда вполголоса. — У ягод был странный вкус.
— А я плохо спала, уверена, виноваты ягоды! — пожаловалась Оливия. — Мне снилась такая глупость, вы не поверите! Полный стол еды, а я сидела за этим столом и все никак не могла наесться!
Все посмотрели на полную фигуру девушки, и она смущенно замолчала.
— А я видела во сне большой дом и кучу ребятишек, — мечтательно улыбнулась Бригида. — И я знала, что все они мои. Они так громко звали меня: «Мама! Мама!» Их голоса до сих пор звучат в голове.
Ирда покачала головой.
— А я всю ночь ковала доспехи в кузне своего отца. Кажется, до сих пор чувствую тяжесть молота. Уверена, это все из-за разговора с фавориткой, — сказала она, обхватив себя руками.
— Тебе не повезло, — фыркнула Делла. — Я видела самый чудесный сон. Я сидела на троне рядом с альфой, в короне и самом богатом платье, какое у меня когда-либо было. Подданные клялись сделать для меня что угодно, кланялись и складывали к моим ногам великолепные дары. Чего там только не было! До сих пор вижу блеск золота и драгоценных камней!
— Фиона, а ты? — с любопытством спросила Оливия. — Тебе приснилось что-то интересное?
— Уверены, что хотите услышать? — игриво спросила она, а я подумала, уж не видела ли и она во сне советника. Почему-то эта мысль вызвала во мне внутренний протест и чувство ревности.
«Это всего лишь сон», — укорила я сама себя, но легче не стало.
Амари дружно закивали, а я нахмурилась, вспомнив слова госпожи Мод. Да, Марджи заняла место Фионы, но могла ли последняя что-то подсыпать Марджи? Нет, вряд ли. Тогда что же случилось на самом деле?
— Мне снилось, что я хозяйка самого большого дома удовольствий в Вольфгрейде, — усмехнулась Фиона, тряхнув рассыпанными по плечам светлыми волосами. Делла возмущенно фыркнула, а я выдохнула, поняв, что задержала дыхание, с нетерпением ожидая рассказа Фионы.
Только я и Рисса не поделились своими снами, потому что из комнаты вышли альфа и советник.
— Как Марджери? Как она себя чувствует? — тут же раздался хор голосов.
— Амари больна, но все будет хорошо, — уверенно ответил альфа. — Ей помогает лекарь.
— Это все из-за ягод? — рискнула спросить Бригида. Правда, тут же испугавшись своего вопроса, втянула голову в плечи.
— Нет, амари. Ягоды здесь ни при чем. Видимо, амари съела что-то после чаепития, — покачал головой альфа, но я видела, что он и сам не сильно верит в свои слова, а говорит это лишь для того, что успокоить нас. Я вспомнила, как сама едва дошла до кровати после чаепития. Вряд ли Марджи успела съесть хоть что-то, а значит… Но я даже боялась думать о таком. Кому бы могло прийти в голову травить амари? И главное — зачем? Пока я размышляла, альфа продолжал: — Вы лишь увидели во сне то, что были должны — ваши тайные желания. Это и было вашим испытанием. А ягоды амариллиарса должны были помочь вам эти желания увидеть.
Фиона, не сдержавшись, ахнула. Остальные амари стояли странно притихшие. Я же была ошеломлена полученным известием. Выходит, что мое тайное желание — это… советник? Точнее, ночь с ним?..
Я была рада, что в гостиной царил полумрак, хотя жар от моих щек, казалось, мог бы согреть здесь воздух. Я метнула взгляд на советника и чуть не вскрикнула — Гервальд, стоя за спиной своего брата, пристально смотрел на меня. Богиня помоги!
— А сейчас, амари, я хочу увидеть ваши знаки луны, — продолжил альфа, обводя всех взглядом. — Уже утром одна из вас покинет Волчьи Клыки. Предвосхищая ваши вопросы, скажу лишь, что у амари Марджи знак остался.
Девушки растерянно переглянулись, а затем дружно отогнули манжеты ночных сорочек. Знаки были у всех, кроме Деллы. Она возмущенно вскрикнула.
— Но как же так! Я ведь видела себя на троне! В золоте и шелках! Я была госпожой!
— Вы увидели свое тайное желание, амари, — сказал альфа. — Это власть и богатство.
— Разве это плохо? — нахмурилась Делла.
— В желании обладать нет ничего предосудительного, — вместо альфы ответил советник, не сводя с меня испепеляющего взгляда янтарных глаз. Мне казалось, что обращает он большей частью ко мне, а не к Делле. И я не могла вырваться из плена его горящего взгляда, чувствуя, как мурашки бегут по спине и рукам. — Но даже это желание должно идти от сердца и не должно затмевать остальных чувств. Богиня распорядилась так, — закончил он.
Я же могла думать лишь о том, почему мое тайное желание оказалось связано с советником и почему, в таком случае, я осталась на отборе.
Глава 29
— Она просто невыносима! — возмущенно прошептала Бригида, склонив голову к Оливии.
— Думаешь, она уже поправилась? — спросила та, откладывая вышивание.
— Еще как! Вчера вечером я слышала, как она распекала служанку за то, что та не предупредила ее о приходе альфы, и она не успела нанести капельку духов. Представляешь? Я натурально в ужасе! — очень похоже передразнила Бригида голос Марджи. Обе амари рассмеялись.
Девушки собрались в общей гостиной. Кто-то сплетничал, кто-то занимался рукоделием. Я же рискнула приблизиться к клавесину и сейчас рассматривала ноты, размышляя, сыграть или нет.
Прошло четыре дня с последнего испытания. Делла уехала домой, напоследок пожелав альфе не ошибиться в своем выборе. Оставшихся на отборе она не удостоила даже прощального взгляда.
Мы редко видели альфу и совсем не видели советника. Я самой себе боялась признаться, что мне не хватает его присутствия и ободряющей улыбки. Альфа приходил к Марджи дважды в день, чтобы справиться о ее здоровье. Пользуясь этим, амари до сих пор соблюдала постельный режим, хотя лекарь сказал, что ей можно вставать еще день назад.
Остальные амари пользовались свободным временем в свое удовольствие. Погода, хоть и была морозной, но не настолько, чтобы сидеть в замковых стенах. Я заметила, что только Фиона никуда не выходит. Когда ее звали прогуляться по саду, она отговаривалась тем, что не переносит холод, и уходила к себе в комнату. Вела она себя так, будто чего-то боится.
Просмотрев лежащие передо мной ноты, я тронула клавиши, сыграв начало мелодии.
— Лири, чудесно! — захлопала в ладоши Рисса. — Играй дальше!
— Да, Лири, сыграй, — попросила Ирда, — а то от скуки можно с ума сойти. Такое ощущение, что альфа совершенно забыл про нас.
— Только не рассчитывайте на многое, — улыбнулась я, беря начальный аккорд мелодии, которую выучила уже давно. — Я давно не практиковалась.
Я коснулась клавиш, и музыка полилась легко и свободно. Мне виделись образы родных: мамы, Мисси, нянюшки… Мне казалось, что я в Пустынной Розе: брожу по саду, любуясь маленьким прудом, на который по весне прилетали утки, заглядываю в покои мамы, чтобы убедиться, что там все так же, как и в тот день, когда ее не стало, вдыхаю запахи воска в одной из нижних комнат, где осенью мы занимались отливкой свечей.
Слезы воспоминаний щекотали веки, но я не переставала играть. В целом получилось неплохо. Да, две или три ноты были фальшивы, но если я буду играть так же часто, как дома, пальцы сами вспомнят, что нужно делать. Когда музыка стихла, амари зааплодировали. Я вздрогнула, выдернутая из своих мыслей.
— У вас быстрые руки, — услышала я мужской голос.
Амари ахнули, а я обернулась и увидела, что у входа в общую гостиную стоит сам альфа. На его красиво очерченных губах сияла искренняя улыбка. Альфа чуть склонил голову, приветствуя всех амари.
— Благодарю, — тихо ответила я.
— Не хотел мешать вашему отдыху, но просто не смог пройти мимо. Амари Лирилия, вы единственная, с кем я не удостоился чести познакомиться чуть ближе. Не откажетесь провести со мной сегодняшний вечер?
— Конечно, — кивнула я.
— Я пришлю за вами, — улыбнулся альфа. — Амари, приятного дня. — Сказав это, альфа еще раз обвел всех девушек взглядом золотых глаз, после чего удалился.