1. Классика либерализма
Предварительные замечания.
Этой главы в книге могло бы и не быть. Изложение вопросов философии права, отвечающих замыслу автора, завершено в предшествующей главе.
Но краткой, сугубо постановочной характеристики некоторых проблем либерализма потребовал сам материал книги.
Во-первых, потому, что философия права в том варианте, который предлагается в книге, — это либеральная теория, охватывающая институты духовной и политической жизни общества.
И во-вторых, при рассмотрении философско-правовых вопросов, соприкасающихся с проблемами либерализма, выяснилось, что либеральная теория нуждается в известном развитии, в новых решениях, учитывающих назревшие и острые потребности общества. И в этих решениях, по-видимому, должное место призвано занять право.
Самое же существенное, что обусловило необходимость дать краткую характеристику теории либерализма, заключается в итоговых положениях этой характеристики. В том, что конструктивная перспектива развития либеральной теории полностью (пункт в пункт) совпала с современным видением философии гуманистического права.
Постулаты (отправные аксиомы) классического либерализма.
Сначала — несколько слов о либеральной теории в целом. Система либеральных взглядов, по всем данным представляет собой одну из наиболее передовых, а главное, по самым высоким меркам добрых, истинно светлых и мудрых человеческих теорий.
Именно либеральная теория выражает магистральный путь развития человеческого общества — движение всего человечества от традиционных цивилизаций, в которых господствуют власть и ритуальная идеология, к либеральным цивилизациям, центром и смыслом существования которых становятся человек, его свобода, высокий статус личности, его достоинство и неотъемлемые права.
Примечательно, что основные положения (постулаты, отправные аксиомы) теории либерализма в его изначальном, классическом виде складывались, как и основы гуманистической философии права, под непосредственным влиянием возрожденческой культуры, Просвещения, Французской революции, и именно в таком качестве они стали обоснованием социального порядка общества в условиях либеральной цивилизации — порядка, основанного на свободе. "Классика либерализма" может быть обрисована в двух группах основных идей, первая из которых относится к человеку, а вторая — к основам организации общества. Прежде всего — о человеке. Тут три основных момента:
— только отдельный человек как автономный индивид, что ему нужно (знает, что он хочет, к чему стремится);
— только он, отдельный человек, и никто другой, может и вправе решать за себя, за свои дела (как поступить, что делать) — совершает свободный выбор;
— общество обязано создавать посредством государства, всей системы политических и социальных институтов благоприятные условия для свободы отдельного человека, соответствующие этому "правила игры" для взаимоотношений людей между собой и с самим обществом, и в то же время общество не вправе переступать ту грань, за которой только отдельный человек знает и решает "за себя", делает свободный выбор.
Нетрудно заметить, насколько точно исходные аксиомы либерализма совпадают с самими философскими основами гуманистического права.
Теперь — об основах организации общества. В человеческом обществе тенденции к росту, саморазвитию и гармонии, заложенные во всяком естественном организме, в оптимальном виде могут реализоваться через главный элемент, характеризующий сообщество разумных существ, — свободу человека (и потому по самой своей органике общество — не вещь, которой можно произвольно манипулировать). И именно тогда спонтанно, естественно реализуются тенденции к росту, саморазвитию, гармонии. Ибо свобода, не стесненная внешним вмешательством и произволом, порождает личную ответственность. Поэтому люди, предоставленные самим себе, сами создают для свободы, ее реализации необходимые институциональные рамки.
И здесь либерализм и право совпадают в самой своей сути.
Хотелось бы обратить внимание на то, что поразительно точные характеристики самих основ либерализма дал Кант. Он писал: "...никто не может принудить меня быть счастливым так, как он хочет (как он представляет себе благополучие других людей); каждый вправе искать своего счастья на том пути, который ему самому представляется хорошим, если только он этим не наносит ущерб свободе другого стремиться к подобной цели — свободе, совместимой по некоторому возможному всеобщему закону со свободой каждого другого..."[178].
Остановим свое внимание на процитированных положениях этого замечательного философа. И не только потому, что они, как бы предвосхищая все наши соблазны и беды, связанные с социализмом, напрямую бьют в самое уязвимое звено социалистических верований, в том числе марксистской коммунистической доктрины, посулившей людям скорое счастливое "светлое будущее", но еще и потому, что они относятся к основной идее этой главы — к мысли (увы, ставшей острой и актуальной только в нынешнее время) о высокозначимом месте права в теории и практике современного либерализма. Как и по ряду других фундаментальных проблем нашей людской жизни, Кант оказался удивительно современным именно в наши дни!
В дополнение к этому особо (и опять-таки с известной ориентацией на связь либерализма и права) следует сказать о дисциплинирующей функции частной собственности, которая является не только основой и источником экономической и социальной свободы, экономической и социальной активности, но и своего рода бременем, по самой своей природе налагающим на носителя собственности ответственность и ограничения, связанные, в частности, с сохранением и естественным "ростом" объектов собственности, их производительным использованием.
Впрочем, изложенные выше идеи — не более чем предельно абстрактные постулаты, своего рода сжато изложенные аксиомы, призванные только обозначить некоторые отправные пункты классического либерализма, взятые в наиболее "чистом", "обнаженном" виде. Они даже в наиболее общем, аксиоматическом виде требуют того, чтобы конкретизировать их в связи с реальными жизненными отношениями. Такие, более конкретизированные, характеристики могут быть даны в связи с проблемами: а) индивидуализма: точки зрения развития либеральных идей; б) рынка.
Проблема индивидуализма.
Разумеется, с позиций общепринятых представлений идеи либерализма — это идеи "индивидуализма".
И здесь важно со всей определенностью зафиксировать исходное с мировоззренческой точки зрения положение, а именно: индивидуализм при всем противоречивом (в основном негативном) к нему отношении — это необходимый элемент жизнедеятельности общества, функционирующего на началах свободы. По сути дела категория индивидуализма в общем, суммированном виде и отражает положение человека как свободной автономной личности — человека, который — и только он — знает и решает "за себя".
Вместе с тем индивидуализм как элемент либерализма нужно строго отличать от безудержного, агрессивного себялюбия, слепого эгоизма и даже от "спокойного индивидуализма" сугубо семейно-мещанского типа, который, как верно полагает А.Токвиль, со временем превращается в "эгоизм, когда человек относится ко всему на свете лишь с точки зрения личных интересов"[179].
Еще больше оснований есть для негативных оценок того "взорвавшегося" в посттоталитарных советских условиях индивидуализма, который характерен для российского общества в нынешнее время, — жестокого, ненасытного, обращенного к низменным утехам, неудержимого в личных тратах и роскошестве, во многом, думается, и породившего феномен "новых русских". Здесь налицо, как мне представляется, эффект освобождения энергии социального монолита (об этом ранее уже говорилось): инициатива, индивидуальность, личные порывы, да и простые людские страсти при социализме не находили выхода, загонялись режимом в некий монолит, да так загонялись, что при взрыве монолита — распаде советского тоталитарного режима — накопившаяся энергия высвободилась с необузданной, яростной, неудержимой силой, которую невозможно обуздать.
Тот кошмар коррупции, взяточничества, концентрации сил немалого числа людей исключительно на личном обогащении и многое другое, что ныне травмирует российское общество, — результат вырвавшегося на волю "джинна" постсоветского индивидуализма.
А теперь — главное.
Элементом либеральной цивилизации является индивидуализм, который взращен человеческой культурой, обогащен ею. Как показал Ф.Хайек, такой индивидуализм характеризуется рядом черт; это — "уважение к личности как таковой, то есть признание абсолютного приоритета взглядов и пристрастий каждого человека в его собственной сфере деятельности, сколь бы узкой она ни была, а также убеждение в желательности развития индивидуальных дарований и наклонностей"[180]. Именно такой индивидуализм, выросший из элементов античной философии и христианства, сложился во время Возрождения и является составной частью либеральной цивилизации, его правовой культуры. И здесь нельзя не заметить, что его черты вполне согласуются с неотъемлемыми правами человека, с принципами гуманистического права, началами право законности.
Теория либерализма и рынок.
В формировании теории либерализма в более позднее время (в основном в XX веке) решающую роль сыграла идеология рынка. Поэтому либерализм сегодня нередко отождествляется с рыночной экономикой, а в политической области вдобавок — с либеральной парламентской демократией.
В такой интерпретации либерализма немалую роль сыграли теоретики-экономисты либеральных направлений, ставшие выразителями потребностей развивающейся индустриальной и постиндустриальной экономики в условиях нарастающего технического прогресса, когда "рынок" как поприще экономической свободы предстал как эмпирический показатель эффективности экономики (М. Фридмен), выражение всеобщих черт экономического поведения в свободном обществе, на котором основываются определенные экономические и политические институты (Ф. Хайек).
Конечно, во внимании к "рыночным акцентам" в общественном мнении и в науке сыграли роль и политические мотивы. Главное здесь — это стремление в 1920—1940-х годах противопоставить нечто реальное и доказательное тому пропагандистскому ажиотажу "успехов социализма", который чуть ли не повсеместно сопровождался прославлением "плановой экономики". "План" и "рынок" в этом отношении стали наиболее выразительными показателями системы ценностей каждой из двух конкурирующих социальных и экономических систем.
Вместе с тем нельзя не заметить, что в обстановке назревших перемен, которыми отмечен XX век, потребовались известные коррективы и уточняющие характеристики социальных механизмов свободного демократического общества, направления таких корректив и уточнений в характеристике социальных механизмов с наибольшей определенностью раскрылись как раз в системе институтов и отношений, связанных с рынком.
Самое существенное здесь вот что.
Во-первых, необходимость повышения эффективности и оптимизации экономического поведения, натолкнувшаяся на тенденции к монополизации и усилению государственного вмешательства, со всей определенностью выявила глубину и "силу "кантовского подхода" к свободе, в котором главную роль играет не сама по себе свобода выбора, а состояние конкуренции, соревнования, состязательности — решающий фактор, активизирующий поведение людей. Надо полагать, что этот фактор (который, увы, не в полной мере еще осознан, в том числе и при формировании рыночной экономики в России), по существу, оказал значительное влияние на состав и трактовку либеральных ценностей, на придание большей значимости конкурентоспособной социальной разнородности, социальному, политическому и духовному плюрализму.
Во-вторых, — и на этот пункт хотелось бы обратить особое внимание - необходимость повышения эффективности и оптимизации экономического поведения, натолкнувшаяся на явления стагнации и паразитирования в отношении растущих богатств, заставила с большей основательностью и глубиной оценить активно-созидательную сущность институтов свободного общества, в первую очередь самой его основы — частной собственности. Ту активно-созидательную сущность (которая, увы, также недостаточно понята), которая требует от собственника активно-наступательного, по законам риска производительно-творческого использования потенциала собственности и, главное, не "проедания" доходов, а их "вложения" — обратного возврата доходов в производство для его модернизации.
Эта сторона рыночных отношений стала импульсом к такому пониманию либеральных ценностей, при котором упор делается на сохранении их потенциала, их модернизации (что находит выражение в современных философских трактовках демократии[181]).