For, if he were hard pressed, as he would be, and failed, the fact that he had been trying to invade the city street-railway preserves which they held sacred to themselves, with borrowed city money, and that this borrowing was liable to cost them the city election, would all come out. | При сильном нажиме он неминуемо обанкротится, а тогда выплывет на свет не только то, что он пытался наложить руки на конные железные дороги - эти "заповедники", которые политические дельцы бережно хранили для себя, но еще и делал это при помощи незаконных ссуд из городского казначейства, из-за чего им теперь грозит поражение на выборах. |
They would not view all that with a kindly eye. | На такие дела они не станут смотреть сквозь пальцы. |
It would be useless to say, as he could, that he had borrowed the money at two per cent. (most of it, to save himself, had been covered by a protective clause of that kind), or that he had merely acted as an agent for Stener. | Ему не помогут заверения, что он платил за эти деньги два процента годовых (в большинство договоров он из осторожности включал этот пункт) или же что он действовал лишь как агент Стинера. |
That might go down with the unsophisticated of the outer world, but it would never be swallowed by the politicians. | Люди непосвященные еще могли бы этому поверить, но опытных политиков так просто не проведешь. |
They knew better than that. | Они и не такие виды видывали. |
There was another phase to this situation, however, that encouraged him, and that was his knowledge of how city politics were going in general. | Одно лишь обстоятельство не давало Каупервуду окончательно пасть духом: он слишком хорошо знал, как орудуют политические заправилы его города. |
It was useless for any politician, however loftly, to take a high and mighty tone in a crisis like this. All of them, great and small, were profiting in one way and another through city privileges. | Каждый из них, какое бы высокое положение он ни занимал, в эти критические минуты отбросит свою спесь, ибо все они, снизу и до самых верхов, извлекают для себя выгоды из предоставляемых городом льгот. |
Butler, Mollenhauer, and Simpson, he knew, made money out of contracts-legal enough, though they might be looked upon as rank favoritism-and also out of vast sums of money collected in the shape of taxes-land taxes, water taxes, etc.-which were deposited in the various banks designated by these men and others as legal depositories for city money. | Батлер, Молленхауэр и Симпсон - Каупервуд это знал - наживались на подрядах, как будто бы вполне законных, но распределявшихся только между "своими", и на огромных суммах, взимаемых городом в виде налогов -поземельного, налога на воду и так далее - и депонируемых в тех банках, которые рекомендовала эта тройка и некоторые другие лица. |
The banks supposedly carried the city's money in their vaults as a favor, without paying interest of any kind, and then reinvested it-for whom? | Считалось, что банки оказывают городу услугу, храня его деньги в своих сейфах; поэтому они не платили процентов по этим вкладам, но пускали их в оборот, спрашивается, в чьих же интересах? |
Cowperwood had no complaint to make, for he was being well treated, but these men could scarcely expect to monopolize all the city's benefits. | У Каупервуда не было никаких оснований быть недовольным пресловутой тройкой, эти люди относились к нему совсем неплохо, но почему они считают себя монополистами по использованию всех доходов города? |
He did not know either Mollenhauer or Simpson personally-but he knew they as well as Butler had made money out of his own manipulation of city loan. | Он не знал лично ни Молленхауэра, ни Симпсона, но ему было известно, что они, так же как и Батлер, неплохо нажились на его махинациях с выпуском городского займа. |