Я наблюдала, как уходит Стивен, когда Ника положила мне руку на плечо. Я слышала, как скрипят ступеньки, когда она поднималась в свою комнату.
– Почему ты сделала это? – спросила я. Возникла пауза.
– Сделала что?
– Той ночью. С Харрисом. Ты могла оставить меня в гараже. Почему ты помогла мне похоронить его?
Ника пожала плечами.
– Я все рассчитала.
В ответ на мой непонимающий взгляд она пояснила:
– Я сделала математические расчеты в тот день, когда ты наняла меня няней. Мне нужно было знать, ради чего я пожертвовала работой в банке. Насколько я могу судить, твои шансы найти литературного агента были один к десяти тысячам. А твои шансы заключить договор на издание книги еще меньше. Каким-то образом тебе удалось провернуть и то и другое. Так что избежать наказания за убийство, кажется, проще, верно?
Она начала подниматься обратно в свою комнату, но потом снова остановилась, бросив на меня взгляд через плечо.
– Моя мама была матерью-одиночкой. Она была находчивой и смелой… как ты. Если бы мне нужно было выбрать партнера, ради которого требовалось бы рискнуть будущими доходами, и, может быть, свободой, – добавила она с коварной улыбкой, – я бы решила, что смело могу ставить на тебя. – Она скрылась в своей комнате, и, впервые за долгое время я знала, что, когда сяду за пустой экран этим вечером, я не буду одинока.
Глава 24
– И что мы будем с этим делать? – спросила я вечером воскресенья, поднеся пакет к глазам.
– Он не «это»! У него есть имя! – ответила Делия. Я проглотила все аргументы, которые уже плавали на поверхности. Если этому дали имя, это уже не просто рыбка. Это – домашний питомец. А я бы не сказала, что в последние недели мой послужной список по сохранению вещей целыми и невредимыми был таким уж безупречным.
– Его зовут Кристофер.
– Кристофер? Серьезно?
Нахмурившись, она потянулась, чтобы выхватить пакет, и я подняла его повыше.
– Папе понравилось.
– Кристофер – прекрасное имя, – пришлось согласиться мне. – Я просто подумала, что он выглядит в точности как Кристофер. Родители Кристофера, должно быть, очень гордятся им.
Ника ухмылялась мне из коридора, стоя в проеме комнаты Делии, прислонившись плечом к косяку; ее выразительная поза не позволила мне разобраться с рыбкой.
Я размотала резинку и вылила Кристофера в стеклянную чашу для пунша – забытый подарок на свадьбу от бабушки Стивена, который я выкопала из коробки в гараже. Делия прислонилась лицом к стеклу – нахмурившись от беспокойства, она наблюдала, как Кристофер, выпучив глаза, заваливается то на один бок, то на другой с крепко сжатым ртом. Отлично, вот еще одному существу, привезенному в мой дом, не хватает кислорода. По крайней мере, этого будет легче похоронить. Сверкнув ярко-оранжевой чешуей, Кристофер крутанулся и стал наворачивать круги в чашке. Зак радостно взвизгул.
Внизу раздался дверной звонок.
– Я открою, – сказала я Нике. – Наверное, Стивен забыл что-нибудь.
Ника закатила глаза.
– По крайней мере, на этот раз он позвонил.
– Некоторые животные поддаются дрессировке, – она последовала за мной вниз по лестнице.
Я резко затормозила на нижней ступеньке, увидев через окно машину на подъездной дорожке. Перед домом припарковался обычный темно-синий седан «Шевроле» с несколькими антеннами на крышке багажника и мигалкой над приборной панелью.
Не Стивен.
Вероника врезалась мне в спину, едва не столкнув с ног. Она выругалась и замолчала, проследив направление моего взгляда. Я смотрела на фигуру, стоящую спиной к входной двери. Высокий, темные волосы, широкие плечи. Он даже стоял как полицейский – ноги на ширине плеч, руки на бедрах. Он внимательно просканировал улицу, а затем повернулся к двери. Из кобуры внутри пиджака проглядывал пистолет, на ремне блестел значок.
– Черт, черт, черт.
Ника обошла мое застывшее тело, на цыпочках прокралась на кухню и заглянула в щелку между занавесками.
– Черт, черт, черт, – прошептала она, – что будем делать?
Мир словно сузился до маленького окошка – я могла видеть только полицейского, стоявшего по ту сторону стекла. Пространство для выбора тоже сузилось, так что внезапно мне все стало ясно.
– Мы откроем дверь, – сказала я тихо и спокойно, – и мы ничего не будем говорить без адвоката. Если он арестует меня, ты останешься здесь с Заком и Делией. Затем ты позвонишь моей сестре и скажешь ей, что нужно внести за меня залог.
Ника побледнела. Кивнула.
Я подошла к двери и, поворачивая замок, приказала рукам не дрожать.
Дверь, крякнув, открылась. Стоящий за ней офицер в штатском улыбнулся.
– Господи, да он красавчик, – выдохнула Ника из-за моего плеча. Я пихнула ее локтем под ребра. Прочистила горло.
– Чем могу помочь, офицер?
На его трехдневной щетине показалась ямочка. Он протянул руку, и мне пришлось пошире открыть дверь, чтобы пожать ее.
– Меня зовут детектив Ник Энтони, я из Департамента полиции округа Ферфакс. Я ищу Финли Донован.
Чувствуя, как подкашиваются мои колени, я ухватилась за дверь. Брови офицера сошлись на переносице.
– Если я не вовремя, я могу прийти в другой раз, – его голос звучал как голос человека, который привык командовать, но взгляд темных глаз из-под длинных густых ресниц был мягким, и мое имя прозвучало скорее как просьба, чем как приказ.
– Я Финли, – сказала я осторожно, выискивая взглядом его напарника. Если он пришел арестовать меня по подозрению в убийстве, он наверняка пришел не один.
Его нерешительная улыбка потеплела и стала шире, обозначив морщинки вокруг глаз.
– Я друг вашей сестры. Я работаю над делом, которое вас может заинтересовать, и Джорджия подумала, что поговорить с вами – хорошая идея.
– Со мной? Почему со мной? – Я почти спряталась за дверью, за которой стояла, слушая нас, Вероника.
Детектив почесал затылок, улыбка стала совсем робкой.
– Я зашел в тупик, и Джорджия подумала, что вы сможете мне помочь. – Он оглянулся на окна миссис Хаггерти. – Не возражаете, если я войду?
Он не показывал ордер и не зачитывал мне права. Было непохоже, что он пришел арестовать меня. Я открыла дверь шире, надеясь, что не ошибаюсь:
– Конечно, входите.
Ника подняла бровь, оценив его длинные ноги, когда он шагнул в фойе. Я показала подбородком в сторону лестницы, но она помотала головой. Увидев Веронику, детектив Энтони остановился.
– Простите, я не знал, что у вас гости. Наверное, мне следовало прежде позвонить, – жестом он показал на дверь. – Я могу зайти позже…
– Нет, – сказали мы одновременно с Никой. Если он сейчас уйдет, весь оставшийся день я буду в панике гадать, зачем он вообще приходил. Лучше сразу покончить с этим, как пластырь содрать.
– Это Ника, моя няня…
– Бухгалтер, – вмешалась Ника, пожимая протянутую руку.
– Ника живет с нами, и она просто поднималась наверх.
Я бросила на нее укоризненный взгляд.
– Мы можем поговорить здесь, – продолжила я, направляя детектива на кухню. – Хотите чего-нибудь выпить? Кофе, содовую или что-то еще?
– Содовую, если можно.
Пока я открывала холодильник, он снял свою ветровку. Я подсматривала за ним через дверцу холодильника. Коричневый кожаный ремень от кобуры пересекал спину, и, когда он садился за стол, черная рукоятка пистолета, казалось, смотрела прямо на меня.
Я проглотила комок в горле.
– Итак, детектив Энтони…
– Пожалуйста, давайте на «ты», зовите меня Ник.
– Ник. – Если бы он пришел, чтобы арестовать меня, он бы разговаривал формально, так ведь? И, скорее всего, он бы не улыбался. А может, и улыбался бы. Джорджия говорила, что некоторые копы такие засранцы. – Так ты знаком с Джорджией?
Лед бренчал в стакане, когда я поставила перед детективом содовую.
– Да, давным-давно, мы вместе учились в академии. – Он выглядел не намного старше моей сестры. В густой щетине на его подбородке не было седины, и темные волосы красовались на мускулах под закатанными рукавами его водолазки. – Время от времени мы вместе ходим в бар, выпить пива. А ты писательница. Джорджия много о тебе рассказывала. О тебе и твоих детях.
Прежде чем сесть, я как бы ненароком на несколько дюймов отодвинула стул, сохраняя между нами определенную дистанцию.
– В самом деле?
– Не переживай. Только хорошее.
Я подавила нервный смех. Он рассмеялся. Но я чувствовала, как его внимательный взгляд детально изучает меня, и это немного напрягало.
– Значит… ты работаешь над делом…
Краска залила его щеки, и неожиданно снова показалась та самая ямочка.
– Да, точно. Дело. Мне кажется немного странным обращаться к тебе, – сказал он почти застенчиво, – но Джорджия сказала, что ты не будешь против. И что мы, возможно, сможем помочь друг другу.
Мои подозрения приняли иное направление. Быть может, этот визит не имеет никакого отношения к Харрису или Патрисии. Джорджия уже не в первый раз пыталась познакомить меня с кем-нибудь из своих друзей-полицейских. Я глянула на его левую руку, когда он потянулся за содовой. Никакого обручального кольца. Никакой подозрительной полоски отсутствующего загара на том месте, где она могла быть. Я сощурилась.
– Помочь друг другу? Каким образом?
– Это дело о пропавшей семейной паре из Арлингтона. Возможно, ты видела в новостях? Харрис и Патрисия Миклер.
Во рту пересохло. Наверху скрипнула половица – должно быть, Ника подслушивала в холле.
– Думаю, кое-что я видела, краем глаза.
– У нас пока нет никаких зацепок относительно жены, но мы знаем, что муж пропал двенадцать дней назад в Маклине. Мы нашли его машину на парковке у бара, в машине были его бумажник и телефон. Судя по всему, у него была встреча с женщиной, они заказали выпить, но у нее возникли какие-то непредвиденные обстоятельства, и она отлучилась в туалет. Официант вспомнил, что Харрис Миклер уходил с какой-то другой женщиной. Мы считаем, что нам удалось опознать ее.