Все внутри меня перевернулось. Конечно, Джулиан расстроился. Потому что я солгала ему. В зале он смотрел на меня, как если бы он не был уверен, кто я. Как если бы ему казалось, что он знает меня. Он даже не представлял, как он ошибался. Ника была права. Даже если я позвоню ему, чтобы извиниться, вряд ли мне повезет и он станет со мной разговаривать.
Я спрятала глаза в ладонях.
– Ты не можешь всерьез полагать, что Тереза замешана в этом.
– Но я буду так считать, пока не найдется веских оснований исключить ее из подозреваемых.
Я сунула руки в карманы, поскребла ногтем зубчики ключа от коттеджа Терезы. Должен же быть способ сбить Ника со следа Терезы. И моего.
– Ты в порядке? – спросил он.
– Вполне, – сказала я со вздохом. – Просто устала. У меня выдался трудный вечер. Стивен нарисовался около часа назад, пьяный в стельку.
Ник напрягся. Голос стал жестким, будто наждачка.
– Хочешь, я подам заявление на судебный запрет? Если он доставляет тебе неприятности, я могу…
– Да нет, ничего такого. Он просто хотел поговорить. – Стивен никогда не буянил, даже пьяный. Если на то пошло, алкоголь притуплял его бдительность и делал его чуть более откровенным. – Я позволила ему немного пожаловаться на Терезу, а потом отвезла домой.
В груди Ника забулькал смех.
– Если бы кто меня спросил, я бы сказал, что этот мужик – идиот.
– Потому что он напился и вернулся к старым привычкам?
– Потому что он упустил тебя.
Я вцепилась в пальто.
– Думаю, у него были причины.
– Это не извиняет его.
Ник плотно сжал губы, как будто он хотел сказать что-то еще, но не стал.
– Ты когда-нибудь был женат? – Мне было трудно поверить, что Ник всегда был один.
– Однажды я был близок к этому.
– И что случилось?
Он выдохнул облачко пара.
– Она передумала. Наверное, не захотела всю оставшуюся жизнь провести в одной упряжке с копом.
– Что ж, она явно прогадала. – Он наклонил голову, слегка усмехнулся, как бы ожидая пояснений. – По словам Джорджии, мы все должны выйти замуж за копов ради медстраховки.
Неожиданно он рассмеялся, вокруг глаз собрались морщинки. Затем наступила свинцовая тишина. Я посмотрела себе под ноги.
– Эй, – сказал он, пытаясь поймать мой взгляд. – Не беспокойся об этом слушании по опеке. К концу этого расследования у меня столько всего будет на Терезу, что любой судья спустит дело на тормозах. И Джорджия рассказала мне о твоей сделке по книге. С такими деньгами у твоего бывшего можно быстро выбить почву из-под ног.
Моя вежливая улыбка растаяла.
– Джорджия рассказала тебе?
Мне только не хватало, чтобы Ник спросил меня, о чем книга.
– Она раструбила эту новость по всему чертову отделению. Она очень гордится тобой.
Горло сдавило от чувства вины. Если бы Джорджия имела хоть малейшее представление, откуда взялся материал для книги, она бы не хвасталась мной. Я поднялась на ноги.
– Кстати, об этом. Мне пора пойти домой и сесть за работу.
Ник тоже поднялся, внимательно посмотрев на узкую щель между шторами в спальне миссис Хаггерти.
– Что делаешь завтра? – спросил он, когда я потянулась, чтобы открыть дверь.
– Еще не думала про это.
– Что насчет небольшой экскурсии? – Его глаза сверкнули в темноте.
– Что за экскурсия? – спросила я настороженно.
– Просто небольшие полевые исследования для твоей книги.
Скорее всего, это была идея Джорджии. Скорее всего, она подговорила его. И прямо сейчас у меня не хватило духа разочаровать ее.
– Конечно, я согласна.
Он сунул руки в карманы и сделал несколько шагов спиной к своей машине.
– Заеду за тобой в одиннадцать.
Я смотрела ему вслед, размышляя, радовался ли бы он этой экскурсии, если бы знал, насколько глубоко он уже погружен в мои «полевые исследования».
Глава 30
– Ты отлично понимаешь, что это взлом и проникновение, – упрямо сказала Вероника.
Я зажала мобильный подбородком и, глядя в зеркало заднего вида, поправила парик.
– Это не взлом и проникновение. У меня есть ключ.
– Украденный ключ, – уточнила она.
– Я не крала его, – спорила я в телефон. – Я предложила отвезти Стивена домой, он был в состоянии опьянения и отдал мне ключи добровольно. Я просто забыла вернуть этот конкретный ключ.
– Тогда смотри не попадись. Детектив Энтони заедет за тобой на вашу экскурсию через час.
Насколько я могла судить, у Терезы не было миссис Хаггерти, так что можно было не беспокоиться. И все же я припарковала одолженную Рамоном машину малость подальше, чем того требовали обстоятельства, и надвинула огромные солнцезащитные очки на нос. Голова под париком адски зудела. Я еле сдерживалась, чтобы не сорвать его до того, как окажусь в доме Стивена и Терезы.
Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и, зажав телефон ухом, прислушалась. В доме было тихо, я слышала только лепетание Зака в телефоне.
– Я внутри, – прошептала я.
Сунув парик в карман толстовки, я сняла кроссовки, положила в них ключи и оставила возле двери.
Затем прокралась наверх, в спальню Терезы.
– Найди, что тебе нужно, и уходи оттуда.
Моя тревога возрастала с каждой скрипнувшей половицей, и ворчание Ники не помогало успокоить нервы.
Дверь спальни прошелестела по густому ковру. Жалюзи были задернуты, и в комнате все еще стоял слабый запах пьяного Стивена – застарелого ликера, пота и перегара. Простыни с его стороны кровати были беспорядочно спутаны, на тумбочке рядом с бутылочкой альмагеля лежала пачка аспирина.
– Ты где? – спросила Ника.
– В спальне Терезы и Стивена.
Я открыла тумбочку Терезы и покопалась в содержимом. Я не знала точно, что ищу. Записку, номер телефона или чек. Что-нибудь, чтобы понять, кто такая Эмми Р. Доказательство, что они действительно были вместе во вторник вечером, желательно подальше от «Лаша».
Я закрыла тумбочку и прокралась по коридору, задержавшись возле комнаты Делии. Постель была не заправлена, девчачьи розовые простыни смяты, на подушке остался отпечаток головы взрослой женщины. Возле домика Барби валялись Терезины вечерние туфли на каблуках.
– Похоже, Тереза ночевала этой ночью в свободной комнате.
Ника подавила рвущийся наружу смех.
– Добрая старушка миссис Хаггерти, должно быть, растрепала всему району, что Стивен напился и приходил повидаться с тобой.
– Тогда остается надеяться, что она промолчала про Ника, – пробормотала я.
Веселье Ники как рукой сняло.
– Об этом я не подумала.
Я направилась к конусу света, проникающего сквозь приоткрытую дверь домашнего кабинета Терезы. Ее рабочий стол был чист. Там, где должен был стоять ноутбук, лежал свободный разъем. Никаких антикварных компьютеров. Ни пылинки. Я потянула на себя верхний ящик стола, и часть содержимого едва не посыпалась мне под ноги. Внутри не было ничего такого, что могло бы подсказать, где Тереза или Эмми были в ночь убийства Харриса Миклера, но от увиденного беспорядка мне стало легче.
Я повернулась к книжным полкам на противоположной стене.
– Бинго!
– Что там?
– Ее выпускные альбомы. – Я достала с полки увесистый том в твердом переплете: «Университет Джорджа Мейсона. Выпуск 2009». Опустившись на пол, я открыла оглавление и затем нашла нужную мне страницу с университетскими «сестричками» Терезы. Я вела пальцем по именам в подписи к фотографии. Все девушки были подписаны так, как стояли, и рядом с Терезой стояло имя Эмми.
– Эмми Шапиро, – сообщила я Веронике.
– Но в ее профиле стояло Эмми Р.
– Наверное, она взяла фамилию мужа.
Внизу хлопнула дверь.
– Что это было? – спросила Ника.
Я резко выпрямилась, услышав, как связка ключей брякнула о столик в коридоре. По деревянному полу клацнули каблуки.
Тереза.
Я отсоединилась и поставила телефон на беззвучку. Затем аккуратно вернула альбом на свое место на полке и поднялась на ноги. Мои носки неслышно ступали по плюшевому ковру, и я порадовалась, что додумалась оставить обувь у…
О нет!
Мои кроссовки.
Я вжалась в угол у книжной полки, мое сердце стучало так громко, что миссис Хаггерти могла бы услышать его стук даже за несколько домов. Может быть, Тереза просто что-нибудь забыла. Может быть, она пойдет в ванную комнату, а я незаметно выскользну наружу.
Шаги загрохотали по лестнице.
Мой взгляд метнулся к окну на другом конце комнаты. Это всего лишь второй этаж. Возможно, я могла бы выпрыгнуть и не убиться… если бы на мне были кроссовки. И если бы я не боялась сломать перегородки или залить кровью рододендроны под окном.
Выудив из кармана телефон, я набрала сообщение.
Финн: Нужна помощь. Я в ловушке. Тереза дома.
Вероника: Попытайся через окно.
Финн: Кроссовки с ключами в коридоре.
Вероника: Хреновая из тебя сыщица.
Финн: Я знаю!
Бесконечно много времени экран оставался темным.
Вероника: Есть план. Держись. Десять минут.
Я вжалась в стену, молясь, чтобы стать невидимой. Тереза загрузила стиральную машину и, вернувшись в спальню, включила телевизор. Спальня была рядом с лестницей. Не было никакой возможности проскользнуть мимо нее незамеченной.
У Терезы зазвонил телефон. Она выключила звук у телевизора.
– Слава богу, это ты. И что мне делать? – Тереза ходила по холлу, и ее голос становился то громче, то тише. – Я не могу сказать ему, где я была. Он слетит с катушек. А теперь еще и этот детектив названивает… – Ее голос стал еле слышен – она зашла в спальню, и я затаила дыхание, пытаясь расслышать. – Я не стану так рисковать. Мы сейчас на полпути в деле над опекой, судимся с его бывшей, и он говорит, что она наняла адвоката. – Тереза высморкалась в салфетку. Пауза. Затем она фыркнула. – Видимо, деньги нашлись. Что-то связанное с книгой. Все, что я знаю, это что старая корова видела, как она садилась в машину Стивена прошлым вечером, а к тому времени, как я вернулась домой, он был в стельку пьяный… Можешь завтра приехать? Мне бы поговорить…