Мой позвоночник напрягся.
– Феликса? – Я сорвала бейсболку с лица Ника. – Так ты все это время знал, кто клиент Терезы? И когда ты планировал мне это рассказать?
Ник открыл один глаз, от ленивой ухмылки на щеке появилась ямочка.
– А ты не спрашивала.
– И что ты еще выяснил, а мне не рассказал?
Он открыл второй глаз и потянулся, руки почти коснулись потолка позади него. Он сцепил пальцы за головой, слегка согнул колени по обе стороны рулевого колеса. Куртка была распахнута, пистолет в кобуре прижат к ребрам.
– Я знаю, что клиент Терезы – человек по имени Феликс Жиров. Он очень богат, очень влиятелен и очень глубоко связан с организованной преступностью. И, по словам наших ребят из криминальной разведки, у Феликса на подхвате бухгалтерская фирма Харриса Миклера.
Раздался нервный смешок.
– Это, наверное, совпадение, да?
Ник натянул кепку, надвинув ее на глаза.
– Когда дело касается мафии, совпадений почти не бывает. К сожалению, этот человек сделан из тефлона. Ничего не прилипает. Он должен был сесть в тюрьму дюжину раз, но в штате нет ни одного судьи, у которого хватило бы духу вынести ему обвинительный приговор. Даже если бы к этому шло дело, у него есть друзья, которые могут помочь исчезнуть почти любому человеку… новое имя, новый паспорт, а прежний стерт с лица земли, как будто его никогда и не было. Он выйдет под залог и сбежит, и мы никогда больше не увидим его и не услышим имя Феликс Жиров.
– Но чего он хочет от Терезы?
– Вот это я как раз и планирую узнать. – Словно читая, что написано у меня на лице, он вздохнул и добавил: – Послушай, Финли. Я не стремлюсь разрушить жизнь Стивена или даже Терезы. Если Феликс причастен к исчезновению Миклеров, полагаю, Тереза тоже в каком-то смысле его жертва. Обещаю, мы во всем разберемся. С тобой и детьми будет все в порядке. Я собираюсь держать вас троих как можно дальше от следствия. Джорджия заставила меня поклясться в этом.
– Заставила?
Он поморщился.
– Заставила.
Меня одолело любопытство.
– А что еще она сказала?
Он посмотрел в окно, по затылку пополз румянец.
– Сказала, что у тебя разбито сердце. И что если я причиню тебе боль, она сперва отберет мой значок, а потом расквасит мне лицо.
Я покачала головой, рассмеявшись про себя.
– То Джорджия, то Делия. Тебе, наверное, кажется, что это одна большая подстава. Клянусь, никто не собирался вынуждать тебя приглашать меня на свидание.
– А если бы я пригласил, неужели это было бы так ужасно?
Он отвернулся от окна, его глаза снова «ощупали» меня, как вчерашним вечером на крыльце. Только на этот раз чувствовался интерес, весьма далекий от профессионального.
Мой смех замер. Повисла напряженная тишина, острая и горячая. Ник был привлекателен и холост. Он был другом моей сестры, и это значило, что он прошел самую строгую в мире проверку. Я была уверена на все сто, что он хочет поцеловать меня прямо сейчас, и точно так же я была уверена, что мне бы это понравилось.
Струйка пота стекла по моей пояснице. Я потянулась к кондиционеру на центральной консоли, а он в то же время потянулся, чтобы включить радио. Наши руки соприкоснулись. Я подняла взгляд, его лицо было совсем рядом, козырек бейсболки затенял наши лица. Никто из нас не пошевелился, и мое сердце забилось чуть быстрее, когда Ник переплел наши пальцы.
– Я должен признаться, – сказал он низким голосом, от которого у меня перехватило дыхание. – Это не было на сто процентов идеей Джорджии.
Я не отстранилась, когда скрипнул винил и Ник пододвинулся ближе. Адреналин зашкаливал, воздух казался разреженным. Я не помнила, когда я в последний раз была так близко к мужчине, кроме Стивена.
– Все нормально? – спросил Ник. Наши лбы соприкоснулись под козырьком бейсболки, сдвигая ее вверх.
Нет, это вовсе не было нормально. То, чего я хотела в данный момент, было очень, очень, очень неправильным. Неправильным по тысяче причин. Голова кружилась, но я кивнула. Дюйм расстояния, которое продолжал выдерживать Ник, исчерпывал мой самоконтроль до последней капли. Наши носы столкнулись, когда за окном за головой Ника проехал длинный черный верх.
Я резко отпрянула назад.
– Это она, – сказала я. – Машина Феликса.
Ник тихо выругался и прислонился затылком к подголовнику. Он закрыл глаза и тяжело вздохнул, прежде чем поднять спинку своего сиденья.
«Линкольн» припарковался возле бордюра напротив офиса Терезы.
Андрей открыл перед Феликсом дверь и последовал за ним к зданию.
– Похоже, они пробудут здесь некоторое время. Подожди минутку. Я скоро вернусь.
Ник вышел из машины прежде, чем я успела спросить, что он задумал. Он бодро зашагал в сторону здания и как бы нечаянно выронил ключи возле машины Феликса. Я потеряла его из виду, когда он встал на колени, чтобы поднять их. Секунду спустя он встал, сунул что-то в карман и вытащил телефон. Он прижал его к уху и направился назад к машине Рамона, на ходу делая быстрый вызов.
– И что это было? – спросила я, когда он нырнул на свое сиденье и закрыл дверь.
– Просто проверял догадку, – ответил он, слегка замявшись.
– А что теперь будем делать?
Каждая часть моего тела, начиная с шеи, надеялась продолжить то, на чем мы остановились. Другая часть была полностью уверена, что продолжение – очень плохая идея.
Глаза Ника были прикованы к дверям офиса.
– Ждать.
Мгновение спустя показался Андрей и открыл дверь для Феликса. Феликс вышел с Терезой, улыбаясь и обнимая ее за талию. Когда она садилась в его машину, его рука опустилась ниже.
– Видишь, я же тебе говорила, они спят вместе. Теперь, когда мы знаем, что скрывает Тереза, мы можем ехать, так?
Ник завел двигатель. Он влился в поток, держась позади «Линкольна», но пропустив вперед себя несколько машин. Мы ехали на запад по шоссе, прочь из города; Ник молчал, нахмурив брови. Мы висели у них на хвосте уже почти час, когда нам пришлось притормозить, потому что «Линкольн» свернул с шоссе и дальше поехал по узкой сельской дороге. Они сделали четыре остановки перед большими фермерскими участками, на заборах которых висели объявления о продаже. Каждый раз «Таун Кар» замедлял ход, но Феликс ни разу не вышел из машины. После четвертой остановки «Линкольн» вернулся на шоссе и поехал обратно в город тем же путем.
– По-моему, это была обычная встреча по показу недвижимости. Выглядит достаточно невинно. – Я надеялась, что Ник согласится и отвезет меня домой.
– Феликс Жиров не делает ничего невинного. Он покупает землю.
– И что?
Участки, которые они сегодня смотрели, весьма походили на те, что Тереза нацарапала в своем блокноте. Судя по всему, эти четыре варианта понравились ему не больше других.
– Вопрос в том, зачем Феликсу понадобилась земля. – «Линкольн» двигался к выезду на магистраль, Ник следил за его движением, стараясь держаться в нескольких машинах позади. – Феликс торгует наркотиками, оружием и людьми. Он покупает здания и склады, чтобы держать свое имущество в сохранности и под рукой. Все участки, которые он сегодня смотрел, находятся к западу от Далласа, достаточно близко и к аэропорту, и к двум большим магистралям, и достаточно далеко от города, чтобы быть вне поля зрения. Удобно, чтобы доставить товар самолетом, а потом грузовиком.
Мой желудок сжался при мысли о том, что без-пяти-минут-мачеха моих детей спит с этим человеком.
– Звучит так, будто все у него под контролем.
– Поверь, – сказал он, когда «Линкольн» заехал на парковку перед агентством недвижимости. – Больше всего мне хочется засадить Феликса Жирова за решетку до конца его жизни.
– Мы поэтому здесь?
Ник хрипло рассмеялся.
– У меня больше шансов выиграть в лотерею, чем упрятать Жирова в тюрьму. Мы здесь потому, что каждый грамм бизнеса Жирова грязный и опасный. И если Тереза работает на него в каком-либо качестве, она уже вляпалась по уши.
Мы наблюдали, как Тереза вышла из машины одна и скрылась внутри здания. Ник не поехал за «Линкольном», когда тот снова выехал на шоссе.
– Разве нам не нужно следить за ним?
Ник задумчиво помотал головой, не отрывая взгляда от дверей агентства.
– Мы узнаем гораздо больше, наблюдая за Терезой. Пока она выступает агентом Феликса, я убежден, что она представляет интерес для следствия по делу об убийстве.
– Ты имеешь в виду по делу о пропаже людей, – поправила я его.
– Если что-то выглядит как дерьмо, пахнет как дерьмо, то, возможно, это и есть дерьмо, – отшутился он. – Вчера вечером мы нашли «Вольво» Патрисии Миклер на дне Оккокванского водохранилища.
– Вы уверены, что это ее машина? – Машина, которую я видела в гараже Патрисии, была «Субару».
– Внутри были ее личные вещи, и мы пробили идентификационный номер автомобиля. Он принадлежал ей. – Я откинулась назад. Меня замутило. Ник пожал плечами: – Харрис и его жена в конце концов найдутся. Тела всегда находят.
Я прислонилась лбом к холодному стеклу. Тело Харриса найдут – как раз этого я и боялась. Ник протянул руку и аккуратно подергал шнурок толстовки.
– Эй, все будет хорошо. Я обещаю.
Его рука скользнула по моей, его большой палец медленно рисовал круги по костяшкам моих пальцев. Это было неправильно. Я не могла увлечься Ником. Это бы усложнило все еще больше.
– Ник, – сказала я, разворачиваясь к нему лицом. – По поводу того, что было. Я думаю, может быть…
Я сбилась с мысли, уловив за стеклом красную вспышку.
В дверях агентства показалась Эмми в ярко-красном шарфе, под руку с Терезой. Голова Ника начала поворачиваться, чтобы увидеть, на что я смотрю. Если Ник заметит Эмми и узнает ее по фотографиям Харриса, все пойдет очень, очень неправильно.
Я закрыла лицо рукой.
– Проклятье! Что-то в глаз попало.
Ник повернулся ко мне и наклонился, чтобы лучше видеть. Он осторожно отодвинул мою руку:
– Ты в порядке?
– Не знаю.
Я зажмурила глаз так сильно, чтобы выжать слезу. Вторым я пыталась разглядеть, как Эмми с Терезой садятся в «БМВ».