Ник поднял бровь. Слегка покачался на каблуках парадных туфель. Он сменил свои обычные джинсы и футболку на стального цвета брюки и рубашку.
– Готова к небольшой экскурсии?
– Это эвфемизм?
– Только если ты этого пожелаешь.
Я закатила глаза и жестом пригласила его войти. Он последовал за мной на кухню.
– Доброе утро, детектив. – Ника сидела над своим учебником, глядя на нас поверх очков для чтения. – Можете налить себе кофе. Чашки над мойкой. – Она осмотрела его сквозь длинные ресницы с ног до головы и, когда он повернулся спиной, одними губами произнесла: «Такой горячий».
– Куда мы пойдем? – спросила я немного сердито. Мне было все равно, как он выглядит. Каждый раз, когда Ник появлялся на нашем пороге, я благодарила бога, что он не держит ордер и наручники.
Ник достал чашку из шкафчика.
– У вас молоко есть?
– В холодильнике, – сказала Вероника, не поднимая глаз, проводя текстовыделителем по строчке в учебнике.
– Я возьму. – Я затаила дыхание, когда, опередив меня, он открыл дверцу холодильника и замер перед ней. – Мне позвонил техник из лаборатории, – сказал он, доставая упаковку молока с полки. Я вознесла молчаливую молитву, что под молоком не лежало пакета с деньгами. Ник плеснул молока в чашку. – Я сейчас направляюсь туда забрать его отчет. Думал, ты захочешь поехать со мной.
Ника подняла глаза при упоминании лаборатории.
– Ты иди. Я останусь с детьми.
– Но ты должна готовиться к экзаменам.
– Стивен их скоро заберет. И в доме будет спокойно.
– Но…
– Ты не должна отказываться от того, чтобы побывать в лаборатории, – сказала она с нажимом. – Ты ведь можешь узнать кое-что интересное. Ну, ты знаешь, для твоей книги.
Она сделала особый акцент на последнем слове.
– Ладно, – согласилась я и добавила, так же выделяя каждое слово: – Я уверена, ты будешь здесь в полном порядке, потому что Ник поручил офицеру Родди вести наружное наблюдение.
Рот Вероники сложился в букву «о».
– Это так заботливо с его стороны.
Она выглянула в окно, немного приподнявшись, чтобы разглядеть машину Родди.
– Может, уже пойдешь и соберешься? Я составлю компанию детективу Энтони. – Она толкнула меня к лестнице, несмотря на мои протесты. – Итак, расскажите мне про офицера Родди. Он не женат? – Последний вопрос я услышала, закрывая за собой дверь в комнату.
Замечательно. Просто замечательно. Зная Ника, можно было предположить, что и у дома Терезы тоже был офицер. Но Вероника была права.
О том, как продвигается расследование, я узнаю гораздо больше, сидя в его машине, чем наблюдая из окна.
Я быстро приняла душ, вытерла полотенцем волосы, нанесла тушь и помаду и, обернувшись полотенцем, встала напротив шкафа. Мой гардероб состоял в основном из легинсов и футболок, так что я очень удивилась, увидев, что мои единственные брюки, вычищенные и отглаженные, висят на вешалке рядом с хрустящей белой рубашкой. Должно быть, Ника выстирала и выгладила все это для меня. Я натянула брюки и едва не споткнулась, когда поспешила надеть туфли на низком каблуке. Если мы собираемся в лабораторию судебной экспертизы, я должна по меньшей мере выглядеть так, будто я прибыла на переднем сиденье полицейской машины, а не на заднем.
Я спустилась по лестнице, вставляя на ходу бриллиантовые гвоздики, которые Стивен подарил мне на нашу первую годовщину. Я не носила их со времени развода и с удивлением обнаружила, что дырки в мочках еще не совсем заросли.
Ник и Вероника переглянулись, когда мои каблуки застучали по кухне.
Ника выглядела удивленной.
– Простите, я вас знаю? Я-то думала, что работаю на вампира в легинсах.
Не ответив ей, я повернулась к Нику:
– Готов ехать?
Он встал и криво улыбнулся, его взгляд упал на глубокий V-образный вырез на моей блузке.
– Это эвфемизм?
Жар расцвел у меня в груди, и я резко повернулась к двери.
Ника хмыкнула, не поднимая глаз от учебника.
– Привезите ее домой до темноты, детектив. Финли надо работать над книгой.
– Вернемся через несколько часов, – сказала я через плечо.
Вещи детей уже были приготовлены и стояли в прихожей. От этого зрелища мне стало немного не по себе. Кажется, я никогда не привыкну к этому. Ник подождал, пока я, нацепив убедительную улыбку, поцеловала каждого из них на прощание. Пушистые персиковые волосы Делии мягко прижались к моему подбородку; пухлые щечки Зака пахли хлопьями и теплым молоком, и я вдохнула этот запах.
– Будьте хорошими детками с папой, увидимся в понедельник утром, хорошо?
Я вытерла глаза. Когда я открыла дверь, за порогом стоял Стивен, он как раз хотел постучать. Я метнула панический взгляд на стекла его пикапа, радуясь, что там нет ни Терезы, ни Эмми.
Челюсти Стивена сжались, когда он заметил Ника за моим плечом. Ник обошел меня и протянул ему руку. Стивен неохотно пожал ее.
– Кто это? – спросил он меня.
– Это Ник, – ответила Делия из гостиной, она тащила за волосы голую Барби. – Он друг тети Джорджии.
– О, правда?
На лице Стивена возникла ядовитая улыбка, через карманы толстовки вырисовались контуры его сжатых кулаков.
– Они с мамой встречаются.
Мои глаза расширились, когда я поняла, как все это выглядит с его стороны. Я не могла вспомнить, когда Стивен в последний раз видел меня накрашенной.
И не в пижаме, а в чем-то другом. Я показала на Ника.
– Мы не… Я имею в виду, он не…
– Это и есть адвокат? – оскалился Стивен, с отвращением разглядывая Ника своими голубыми глазами.
– Нет, – сказала Делия. – Он полицейский, как тетя Джорджия.
Я утянула Стивена в сторону и тихо сказала:
– Ты же знаешь Делию. Она не знает, о чем говорит.
– Почему вы все так говорите? – надулась Делия.
– Не забудь покормить Кристофера, – сказала я ей в ответ.
– Кристофера? – спросил Ник, интимно склонившись к моему уху, пока Стивен сверлил его взглядом.
– Ее золотую рыбку, – ответила я.
Делия подошла к нам и потянула отца за рукав.
– Мы можем поехать за Сэмом сегодня?
Стивена перекосило.
– Кто такой Сэм?
– Это собачка в приюте. – Делия смотрела на Стивена умоляющими глазами. – Аарон сказал, что я могу усыновить его. Но мама сказала, что раз с нами уже живет Кристофер, то Сэму придется жить в доме Терезы.
Стивен скрипнул зубами.
– Она так сказала, да?
– Нам пора идти, – пробормотала я, застигнутая врасплох, когда по пути к выходу Ник приобнял меня за талию. Он ухмыльнулся и, широким жестом распахнув дверь, придержал ее для меня, пока я целовала детей и говорила им, что увидимся в понедельник. Стивен наблюдал за нами в окно, когда Ник открыл для меня пассажирскую дверцу. А в зеркале заднего вида, словно привидение, шелохнулись занавески миссис Хаггерти. Ник уселся и завел машину.
– Итак, – сказал он. – Расскажи мне об этом адвокате.
Большую часть пути до лаборатории я провела, уворачиваясь от вопросов Ника о моей личной жизни. Все, что я говорила, было правдой. Я не встречаюсь с адвокатом. По крайней мере, в смысле отношений. В смысле отношений я не встречаюсь ни с Джулианом, ни с Ником. Ник наверняка проверит все мои ответы. И я надеюсь, что эта проверка не приведет его обратно в «Лаш».
К тому времени, как мы заехали на парковку, я была рада, что внимание Ника переключилось на что-то другое. Он прикрепил бейдж посетителя к воротничку моей рубашки, затем прикрепил такой же к своему.
– Что ты думаешь обнаружить? – спросила я, когда мы пересекали просторный светлый вестибюль региональной лаборатории судебной экспертизы.
Ник направился к длинной извилистой лестнице, кивая встречным лаборантам и приветствуя их по имени. Когда рядом не было никого, кто мог бы услышать, Ник ответил:
– В тот день, когда мы следили за Феликсом и Терезой, они подъезжали к четырем различным участкам, но не осмотрели ни один из них. Они даже не останавливали машину. Но перед поездкой на шинах «Линкольна» была земля и трава. Это означает, что они совсем недавно ездили по бездорожью. – Поднимаясь по лестнице, Ник ускорил шаг, его лицо стало сосредоточенным. – Я думаю, он уже нашел участок или по меньшей мере нашел такой, которым серьезно заинтересовался. Если я выясню, где он находится и как он зонирован, можно будет предположить, что он планирует с ним делать. Или, по крайней мере, буду на шаг впереди, когда он его купит.
– Зачем?
– Феликс никогда не регистрирует сделки на свое имя. Он использует подставных лиц или фиктивные компании, и это затрудняет поиски его владений. Если я узнаю имя, которым он воспользуется при покупке этого участка, быть может, я смогу отследить несколько других.
– И что дальше?
– Можно покопаться там. Мало ли что можно нарыть.
– А какое отношение это имеет к Терезе и Харрису Миклеру?
– Возможно, никакого. Но я бы с удовольствием нашел причину доставить Феликса в участок в комнату для допросов и выяснить что-нибудь.
Ник шагал своими длинными ногами сразу через две ступеньки, и чем выше, тем быстрее.
– И парни из лаборатории могут все это выяснить, имея только комок земли? – спросила я, стараясь не отставать.
– Было сомнительно. Но утренний звонок звучал многообещающе. – Ник толкнул дверь и придержал ее для меня. Мы прошли до лаборатории в конце коридора, Ник постучал в стеклянное окно. Лаборант в белом халате помахал нам рукой.
– Привет! – сказал он, встретив нас в середине комнаты, и протянул мне руку. – Финли Донован, вау! – Он с энтузиазмом тряс мне руку, и его рукопожатие было весьма потным.
– Простите, – сказала я, бросив недоумевающий взгляд на Ника, затем снова на лаборанта.
Он был молодой, симпатичный, какой-то трогательно-неуклюжий. Он поправил очки, сползшие на кончик носа. Но даже так я не могла вспомнить, откуда мы можем быть знакомы.
– А вы?
– О, конечно. – Он шутливо хлопнул себя по лбу и покачал головой. – Простите, я Питер. Мы раньше не встречались. Но Джорджия все о вас рассказала. Я ваш большой поклонник, честное слово. – Он вытер ладонь о халат, его уши покраснели. Он украдкой взглянул на Ника и, понизив голос, сказал мне на ухо: – Я читал ваши книги.