— Ну, как впечатления? — как ни в чем не бывало осведомился он у лежащей девушки. — Костя, поди, так тебе попу никогда не подрумянивал.
— О-ох… Может, хватит? А то ощущение такое, будто на задницу горчичники налепили. — Надя повернула голову, стараясь увидеть Дашу с Костей. — Ребята, вам не надоело смотреть? Может, мы лучше чаю попьем?
— Да ты что, такое представление! Где мы еще такое увидим!
— Ты же, Надюша, сама напросилась, — ухмыльнулся Антон. — Не разочаровывай публику. Шлепать я тебя больше не буду, так уж и быть. Но ремешка ты сейчас попробуешь.
— Ой, нет! Уж лучше отшлепай!
— Какая ты эгоистка, Надежда! Не жалко тебе мою руку. Я ведь ее об твою попу совсем отбил. Не-ет, слезай теперь с коленок и ложись на диван.
Стеная и жалуясь на жестокую судьбу, Надя сползла с колен Антона и выпрямилась, машинально растирая ладонями пострадавшее место. Стыда она больше не чувствовала. Антон деловито встал, уступая ей место на диване.
— Погоди, — спохватился вдруг Костя. — Надо под живот подушки подсунуть, чтобы попа сильнее выставилась.
Он ненадолго вышел из комнаты, вернулся с парой довольно внушительных подушек и положил посередине дивана одну на другую. Надя застонала. Антон сделал картинный приглашающий жест.
— Ложись, ложись, не заставляй нас ждать слишком долго, а то твоя попка пострадает еще сильнее.
— Антон, только так, чтобы я потом могла сидеть, — жалобно попросила девушка.
— Сможешь, а как же! У тебя попа крепкая, моя рука до сих пор ноет.
Тяжело вздохнув, Надя улеглась вдоль дивана, подушки заставили ее тело согнуться, так что попка торчала кверху.
— Да, вот еще, чуть не забыл! Костя, одолжи мне какой-нибудь ремешок. А то если я свой сниму, сам без штанов останусь.
— Эх, и классное было бы зрелище, — мечтательно выдохнула Даша.
— Ну, нет, потерпи уж до дома. Хватит с тебя на сегодня зрелищ. Эй, Костя, неси ремень.
— Сейчас принесу, — отозвался Костя. Снова вышел, пошуровал немного в соседней комнате и вернулся с широким кожаным ремнем. — Этот подойдет?
— Вполне. Слушай, а может, ты хочешь сам ее постегать?
— Не-а, мне лень. Я погляжу лучше.
— Давай, Антон, — подала голос Даша. — У тебя хорошо получается.
Антон подошел к Наде и провел кончиком ремня по ее пылающим ягодицам. Девушка напряглась.
— Десять ударов, — объявил он, складывая ремень вдвое. — Сама посчитаешь или ребят попросим?
— Послушай, — взмолилась Надя, испуганно косясь на ремень, — у меня же от попы ничего не останется. Хватит, а?
— Давай, Антон, — повторила Даша. — Мы посчитаем.
Антон размахнулся, и ремень звонко шлепнул по Надиным ягодицам — не слишком сильно, но достаточно, чтобы заставить ее изогнуться от боли и сжать кулаки. Следующий удар пришелся точно на то же место, и Надя тихонько охнула.
— Эй, не будь извергом, — вступилась за нее Даша. — Чего лупишь по одному месту? Попа большая, есть где ремню разгуляться, так что не валяй дурака.
— Ладно, больше не буду.
И он продолжил старательно обрабатывать ремешком Надину попку. Девушка извивалась и ерзала, иногда постанывала, но о прекращении порки больше не просила.
— Десять!
Антон вернул ремень Косте и помог Наде встать. Она сразу же подошла к зеркалу и озабоченно осмотрела ярко-красные полушария. Попка мало что не светилась.
— Если останутся следы…
— Не останутся, не бойся. Я же не так уж сильно тебя порол. — Антон осторожно провел рукой по ее ягодицам. — Видишь, даже полосок не видно.
— На моей попе можно теперь оладьи жарить, — фыркнула девушка, потирая горящие половинки. — Никогда больше не позволю тебе меня выпороть!
— Жаль… — разочарованно протянул Антон.
— Эй, Антон, помоги-ка мне стол обратно придвинуть, — позвал Костя. Надя принялась одеваться.
Через десять минут они опять пили чай и болтали о всякой всячине. Только Надя теперь поневоле смотрела на всех сверху вниз: ведь ей пришлось подложить на стул одну из тех двух подушек, принесенных Костей.
Катя Алова
Чего хочет женщина
Мы заходим ко мне домой, на улице лето и поэтому на тебе только легкое платье, сквозь которое едва заметно просвечивают трусики, на ногах босоножки на высоком каблуке. Ты забыла о том, что я строго запретил тебе являться на свидание в нижнем белье, или не успела переодеться после работы, меня это не интересует, ты нарушила запрет и поэтому сегодня будешь очень жестоко наказана.
Я сажусь в кресло, ты стоишь рядом спиной ко мне. Я приказываю тебе поднять руки за голову и не отпускать их, а сам кладу руку на твое бедро и начинаю медленно гладить тебя, поднимаясь все выше, ты уже сильно возбуждена, тебе нравиться ощущать себя полностью в моей власти. Ты широко раздвигаешь ноги, но высокие каблуки делают эту позу мучительной. Резким движением я срываю с тебя трусики, тонкая материя легко поддается, и вот я держу их в руке, они уже насквозь мокрые, запах от них возбуждает тебя еще больше. Я снимаю с тебя платье и ты остаешься полностью обнаженной. Я опускаю твои руки, завожу их за спину и связываю грубой веревкой, затем плотно завязываю твои глаза и ты полностью теряешь контакт с окружающим миром. Ты беспомощна, это чувство еще пока незнакомо тебе, но оно нравиться, очень нравиться тебе, ты испытываешь невероятное возбуждение.
Я приказаваю тебе опуститься на колени. Ты делаешь это медленно, чтобы не потерять равновесие, я становлюсь перед тобой, беру тебя за подбородок и немного приподнимаю, широко раздвигаю твои бедра и начинаю расстегивать свои джинсы. Ты не видешь того, что происходит, но по звуку молнии сразу все понимаешь. Я слегка приспуспаскую джинсы, мой член уже готов взорваться, но я не спешу, медленно провожу им по твоим губам, твой рот немного приоткравается, я беру тебя за волосы и вставляю член тебе в рот на всю длину. Ты не можешь отвернуться, я наматываю твои волосы на руку и размашистыми движениями начинаю трахать тебя в рот, меняя темп, чтобы не кончить реньше времени. Так длится долго, наконец я не выдержываю и мощным напором кончаю, ты проглатываешь все до капли. Что ж, разминку можно считать удачной, пора переходить к основной части наказания.
Я развязываю тебе руки, затем снова связываю их, но на этот раз спереди. К потолку прикреплен специальный крюк, и я привязываю тебя к нему за руки так, что ты оказываешься с поднятыми вверх руками вытянута в струнку, я снимаю твои босоножки, теперь ты едва касаешься поля пальчиками ног. Твои глаза по прежнему завязаны, зато ты полностью открыта для наказания, каждая клеточка твего тела принадлежит мне. Я достаю кожаную плеть, не очень длинную, ее удары не наносят вреда коже, но причиняют острую боль, поэтому я вставляю тебе в рот кляп в виде шарика, и застегиваю его за головой. Теперь все готово.
Я обхожу вокруг тебя, любуясь зрелищем. Стоять, подвешенной за руки, очень неудобно, и у тебя начинают затекать мышцы, по телу пробегают струйки пота. Я объявляю тебе свое решение, за то, что ты нарушила запрет и пришла на свидание в нижнем белье, ты получишь 50 ударов плетью. Приговор суров, но это твоя первая порка, и ты еще не осознаешь тяжести своего положения. Первый же удар плети, пришедшийся наискось по спине, заставляет тебя резко выгнуться всем телом, ноги отрываются от пола и в комнате повисает твой безмолвный крик. Хорошо, что у тебя во рту кляп, а не то от твоих криков проснулся бы весь дом. Я продолжаю порку, плеть рисует на твоей спине замысловатые рисунки, ты полностью беззащитна перед жалящими ударами, пытаясь увернуться, ты поворачиваешься и плеть впивается в твою грудь, иногда захлестывая между ног. Такие удары ниболее болезненны, и ты стараешься держать тело прямо, опершись пальчиками ног и схватив веревку руками. Тонкие красные полосы переплетаются в красивый узор. Я перехожу на верхнюю часть бедер, здесь твои наиболее чувствительные места, и вот уже твои крики начинают прырываться сквозь кляп, в промежутках между ударами ты пытаешься восстановить дыхание, ты уже потеряла счет ударам и лишь надеяшься, что скоро все закончиться. Наконец, порка остановлена, я развязываю тебе глаза. Ты с благодарностью смотришь на меня, понимая, что на первый раз я не стал наказыывать тебя слишком жестоко, и не вкладывал в удары плети и половины своей силы. Однако, несмотря на это, твоя спина от лопаток и до середины бедер покрыты тонкими красными полосками, которые быстро пройдут. Я не спешу снимать тебя с крюка, подхожу к тебе, обнимаю за талию и начинаю губами ласкать твою грудь, слегка покусывая сосок, я вынимаю кляп у тебя изо рта, и вместе с кляпом наружу выходит глухой стон, в нем смесь боли и наслаждения. Ты скрещиваешь ноги у меня за спиной, насаживая себя на мой член, и мы начинаем двигаться, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее, уже не в силах сдерживаться, ты кончаешь, потом еще и потом мы кончаем вместе. Твои бедра соскальзывают вниз, и ты без сил повисаешь на веревке, умоляя меня закончить наказание. Я освобождаю тебя от привязи, без сил ты опускаешься на пол, но наказание еще не закончено…
---------------
P. S. Если в своих тайных желаниях ты хотела бы оказаться на месте героини этого
рассказа и испытать всю палитру острых ощущений, то пиши, может быть, это твой шанс…
Шлёпка дочери за двойки
Я сидела в гостиной белая, как мел. В школе мне опять поставили две двойки — по алгебре и по химии. А мама чётко дала знать, что, если я не начну хорошо учиться, то она меня накажет. Но как? Запретит выходить гулять? Отберёт сотовый? Или не даст сидеть за компьютером?
Но пока мамы не было дома. Живём мы в огромном двухэтажном особняке на окраине Екатеринбурга. Папа развёлся с мамой, когда я была маленькой, и с нами не жил.
Вот во двор въехала машина — это наш водитель Лёва привёз маму с работы. И вот, дверь отворилась, и вошла мама:
— Привет, дочь.
— Привет, мамуль.
Мама подошла ко мне, нежно поцеловала в щёку, мы обнялись.