еднего франка. Теперь мы не можем ее продать, поскольку не в силах расплатиться с судостроительной фирмой, да и с арендой ничего не выходит. – Дьюлэй вздохнул, пожал широкими плечами и встал. – Может, летом все станет лучше. Надеюсь на это.
Он принялся расхаживать по комнате взад-вперед.
– Сядь, Поль.
Вспыхнув от злости, Дьюлэй поклялся себе, что не станет участвовать в столь рискованном предприятии. Он молча смотрел, как де Джерси теребит в руках золотую ручку «Картье». Потом Эдвард подцепил указательным пальцем браслет и спрятал его в нагрудном кармане.
– Возьму это за все те беспокойства, что ты мне доставил, – сказал де Джерси. – Я не держу на тебя зла. И не переживай – твой секрет останется со мной. Нас ведь многое связывает. Можешь любить меня или ненавидеть, но мы на всю жизнь скованы одной цепью.
Дьюлэй ничего не сказал насчет браслета.
– Как ты решился на подобное ограбление? Это же сумасшествие.
– Мне тоже позарез нужны деньги, а после стольких лет легального бизнеса я не готов пойти ко дну. Я не стану неоправданно рисковать. Не собираюсь оказаться за решеткой, поэтому я предприму необходимые меры, чтобы обеспечить безопасность всех участников этого дела.
Дьюлэй сцепил пальцы в замок:
– В вопросах безопасности ты всегда был щепетильным. Работаешь с той же командой?
– Да. Никто не окажется под угрозой, зато все получат достойное вознаграждение. Полковник всегда был справедлив.
– Да знаю я! – вспыхнул Дьюлэй. – Я наговорил тебе лишнего. Ты же понимаешь, я никогда не выдам тебя или Дрисколла… – Дьюлэй запнулся.
Де Джерси подался вперед и оказался так близко к Дьюлэю, что тот вздрогнул.
– Лучше забудь это имя, Поль. Лучше скажи, кто твой японский клиент? Хочу узнать о нем побольше.
– Ну уж нет!
– Если он скупает то, что ты ему подкидываешь, может, он и моим предложением заинтересуется.
– Я не стану так рисковать и портить с ним отношения. Я не задаю ему вопросов, а его не волнуют подробности о моем товаре. Вряд ли моему клиенту понравится, что я разглашаю его имя. Не хочу закончить свои дни в реке с отрезанными руками.
Де Джерси изогнул бровь.
– Я серьезно, – сказал Дьюлэй. – Он приезжает в Париж всего пару раз в год, вот и все.
– А в Лондон?
– Не знаю. – Дьюлэй закрыл глаза и хрипло прошептал: – Не делай этого, прошу, не втягивай меня. – На его лбу, у линии редеющих волос, появилась испарина. Ювелир облизнул губы. – Слушай, не буду ничего обещать, но когда увижу его в следующий раз…
– Так не пойдет, – сказал де Джерси. – Мне нужно его имя и контактный телефон.
Дьюлэй тяжело вздохнул, открыл ящик стола и достал коробку из крокодиловой кожи с золотыми уголками. Вытащил оттуда визитку и передал ее де Джерси:
– Он компьютерный магнат. Его компания оценивается в миллиарды.
– А он покупал твои золотые изделия? – ненавязчиво спросил де Джерси.
Покраснев, Дьюлэй кивнул:
– Вот номер его почтовой ячейки и адрес электронной почты. Телефона у меня нет.
Де Джерси взглянул на визитку. Сунул ее в бумажник и достал одну из своих.
– Хорошо, – сказал он, вставая. – Теперь я знаю, что могу тебе доверять. Не переживай за мистера Китамо. Вы же давно ведете дела. Ты сам на него вышел?
– Он заглянул в мой магазин в качестве обычного покупателя. Я не один год зарабатывал его доверие, и наконец он стал заказывать у меня различные товары.
– Законные?
– Когда как. Был случай, когда он попросил меня замаскировать камни.
– Замаскировать?
– Установить их в дешевую оправу, а изумруды и бриллианты смешать со стеклянными бусинами. После этого он стал скупать золотые украшения.
– Ясно.
– Надеюсь, что так, Филип. Этот человек – источник моих денег. Не хочу ставить наше сотрудничество под угрозу.
– Если бы еще не яхта, – улыбнулся де Джерси. – Если понадоблюсь, ты всегда сможешь связаться со мной по мобильнику или электронной почте.
Он положил на стол визитку Филипа Симмонса.
– Ты правда думаешь, что сможешь провернуть ограбление?
– Иначе бы не пришел. И я не имею дел с теми, кому не доверяю. Рад был снова повидаться. Значит, без обид?
– Без обид. – Дьюлэй пожал протянутую ему руку.
Дьюлэй неотрывно смотрел, как де Джерси покидает магазин с дорогостоящим браслетом из бриллиантов и изумрудов, но останавливать его не собирался. В конце концов, ювелир был перед ним в долгу, ведь именно благодаря золотым слиткам он начал свой бизнес. Дьюлэй поднял небольшую белую визитку с надписью: «Филип Симмонс, консультант». Он не порвал ее, лишь посмотрел и пошел к себе кабинет. Открыл там маленький холодильник и достал бутылку водки, налил половину стопки и опрокинул разом, словно воду. Потом поставил стопку поверх визитки.
– Бриллиант Кохинур, – прошептал он.
Ему хотелось бы заполучить этот камень.
Кристина пришла в восторг от браслета. Она сообщила мужу, что Ульрика позвонила ей в отель и занесла деньги. Пока они летели на вертолете от аэропорта, де Джерси молчал. Когда зазвонил телефон, он проверил, не смотрит ли на него Кристина, а убедившись, что она занята другим, взглянул на экран. Эдвард был приятно удивлен: ему звонил Поль Дьюлэй. В его сторону глянул пилот – де Джерси, как всегда, поступал неблагоразумно, пользуясь телефоном в воздухе.
– Две минуты, и отключаюсь, – заверил он.
– Все в порядке, сэр. Риск в основном во время взлета и посадки.
Де Джерси ответил на звонок и внимательно выслушал Дьюлэя. Они договорились о встрече в Лондоне через неделю. Де Джерси улыбнулся: Дьюлэй клюнул быстрее, чем он ожидал.
Глава 12
На следующее утро де Джерси покинул поместье и отправился в Лондон. Оказавшись в «оранжевой» квартире в Килберне, он взялся за работу над собранными файлами. Эдвард уже составил списки имен и досье на людей, с которыми хотел переговорить. Открыв электронную почту, он удивился количеству накопившихся там сообщений. Он распечатал всю информацию и просмотрел ответы на свои интернет-запросы. Одно сообщение стояло особняком. Пришло оно от лорда Вестбрука, который, по его словам, располагал исчерпывающими сведениями о монаршей семье и принятых при дворе обычаях. Сперва он был мелким служащим, а позже – королевским конюшим. Вестбрук добавил, что в течение семи лет его принимали в качестве «гостя ее величества». Это и заинтересовало де Джерси.
Он распечатал некоторые вопросы, которые отправлял довольно опытному хакеру, и ответы на них. В одном говорилось, что компаниям стоит опасаться не людей извне, а инсайдеров. Они имели доступ ко всей информации и могли намного быстрее просочиться в систему. В девяти случаях из десяти безопасность крупных компаний оказывалась под угрозой из-за их же сотрудников; правда, данные о таких случаях редко выходили за стены организаций.
Де Джерси сделал себе кофе и задумался. Такие инсайдеры ему понадобятся, чтобы решить некоторые моменты своего плана, связанные с королевской семьей. Эдвард не сомневался, что будет непросто взломать систему безопасности при дворе, поэтому ему требовался доступ к ежедневнику ее величества и, что важнее, к ее охране.
Кофе был противным на вкус – де Джерси забыл купить молока. Он вылил содержимое чашки в раковину и сосредоточился на сообщении, которое отложил в сторону. С восемьдесят четвертого года по восемьдесят шестой лорд Генри Вестбрук был королевским конюшим. Вскоре после того, как закончилась его служба, он получил семь лет за «мошенничество с налогами», что довольно мягко описывало поджог родового поместья с требованием у страховой компании возместить стоимость уже проданных на тот момент предметов искусства. Теперь, спустя восемь лет, лорд Вестбрук все так же сидел на мели. Он обитал в небольшой студии квартала Мейфэр, принадлежавшей его престарелому родственнику, и постоянно искал возможность подзаработать. Де Джерси решил, что лорд станет идеальной кандидатурой для его плана.
Несмотря на долги и небезупречную репутацию, лорд Вестбрук до сих пор был вхож в общество, и не только из-за титула. В свои пятьдесят четыре он оставался галантным красавцем, человеком остроумным и харизматичным. После освобождения из тюрьмы он напрашивался на все званые ужины. Конечно, ему помогал титул: многие женщины желали пройтись с ним рука об руку, даже если взамен пришлось бы разбираться с его нескончаемыми долгами. Лорд Вестбрук не был глупцом и знал, что следующая его невеста должна иметь приличное состояние. Он флиртовал направо и налево, души не чая в симпатичных девушках, которые таяли от его внимания, но жениться на ком-то из них не получалось. Все юные особы из высшего общества знали о его репутации, и дальше заигрываний дело не заходило, поэтому в его распоряжении оставались вдовы или зрелые женщины в разводе.
Де Джерси вспомнил, как видел Вестбрука на различных благотворительных мероприятиях, хотя знакомы они не были. Эдвард обзвонил несколько закрытых джентльменских клубов, потом попытал счастья в ресторанах и жокейском клубе. Затем он связался с бывшим поместьем лорда, понимая, что тот больше там не живет, и в итоге вышел на управляющего. Де Джерси сказал, что договорился пообедать с Вестбруком, но не мог явиться на встречу, а номер телефона, увы, потерял. Ему дали адрес и телефон.
Наконец он все же нашел лорда Вестбрука. Де Джерси предпочитал позвонить, а не писать тому на электронную почту. Ему больше нравилось личное общение с людьми, особенно в отношении столь важного вопроса.
Вестбрук почти сразу ответил на звонок. Он говорил с протяжными интонациями и хрипел, как заядлый курильщик.
– Меня зовут Филип Симмонс, – представился де Джерси. – Я пишу роман, а вы ответили на мое объявление в Сети…
– Ах да. Откуда у вас мой номер? – перебил его лорд.
– Достать его было не так трудно. Спросил кое у кого.
– Ясно. И чем же я могу вам помочь? В объявлении вы говорили, что хотите провести исследование.
– Да. Не могли бы мы встретиться и все обсудить? У меня поджимают сроки, поэтому я хотел бы как можно быстрее повидаться с вами.