Дьюлэй раздумчиво постучал по столу костяшками пальцев:
– И когда компания решит арендовать мою роскошную яхту?
– Подготовь ее к первой неделе мая.
Дьюлэй встал и прошел к мини-холодильнику. Внезапно он лишился всяческой уверенности в этой затее.
– Значит, май?
– Точной даты пока нет. Я еще не решил, как именно использую яхту, но нужно подготовить само судно и экипаж.
Дьюлэй кинул в водку пригоршню льда и вернулся к столу.
– Филип, я хочу в качестве вознаграждения довольно крупную сумму. Если я захожу так далеко, то рассчитываю получить большие деньги. Я нашел для тебя покупателя, а теперь еще должен подготовить яхту. Как будем разбираться с оплатой?
– Ты получишь свою долю. Не вознаграждение, а именно долю. Мы без тебя не сможем. Что скажешь?
Дьюлэй с жадностью опустошил бокал.
– Хорошо, но мне понадобятся наличные, чтобы подготовить мастерские к предстоящей работе. Дополнительные печи, горн для плавки золота. Все это дорого стоит.
Де Джерси пообещал заплатить ему десять тысяч.
– Я бы хотел получить гарантии от покупателя, – сказал он. – Пока есть лишь твое слово о его заинтересованности в деле. Не пойми меня неправильно, я тебе доверяю.
– Это важно, учитывая, как далеко я зашел, – отозвался Дьюлэй.
– Не переживай. Все в разумных пределах. Нам нужно, чтобы покупатель оказался с нами в одной упряжке. Если он хочет получить Кохинур, то пусть предоставит денежную гарантию своей надежности.
– Мы можем ему доверять. Его состояние насчитывает миллиарды. Ради всего святого, я готов за него поручиться.
– Мне этого недостаточно. Скажи, что мы просим миллион за карат, а также миллион наличными вперед в качестве гарантии или же продадим камень кому-то другому.
– Он на это не пойдет, – сказал Дьюлэй, снова опустошив бокал.
– Если он хочет обладать этим камнем, то должен быть сказочно богат, – заметил де Джерси.
– Хорошо, я передам ему, – ответил Дьюлэй, пригладив свои жидкие волосы, – но не смей подводить его. Как я уже сказал, мне вовсе не хочется превратиться в ливерный паштет.
Де Джерси поднялся, разминая ноги.
– Передай ему мои слова, а если не хочешь, это сделаю я.
Дьюлэй замешкался:
– Ладно, посмотрим, что он скажет.
– Он все еще в Париже?
– Да. Я улетаю днем.
Оказавшись в машине, де Джерси позвонил Вилкоксу и дал поручение проверить Дьюлэя и, что важнее, его клиента. Джеймсу требовалось проследить за ювелиром из лондонского отеля до Парижа.
– Париж?
– Сегодня во второй половине дня. Ты ведь никогда не пересекался с Дьюлэем, так?
– Нет, это Тони один раз видел его. Во сколько мне приехать?
– Отправляйся в аэропорт и жди там.
– Эдди, я только вернулся из Лестера, – вздохнул Вилкокс.
– Так устрой путешествие. Прихвати с собой свою подругу.
Осмотрев склад, де Джерси арендовал его на год и заплатил за шесть месяцев вперед от имени Филипа Симмонса. Далее с помощью денежного вознаграждения он получил через агентов доступ к чертежам здания, где располагался секретный дом «Д’Анконы». В целях безопасности ни одна из сторон не хранила подробного плана, поэтому де Джерси узнал лишь информацию о размере здания, пространстве у черного входа и заднем дворе. На схеме было четыре этажа и подвальное помещение. Де Джерси не нашел никаких данных о внутреннем устройстве. Однако он отметил, что четыре года назад владельцы подавали запрос на изменение планировки в целях установки неразглашаемых мер безопасности и местный совет его одобрил. «Д’Анкона» ловко раскинула сети: любой, кто попытался бы разузнать об этих «неразглашаемых мерах безопасности», предупредил бы компанию о возможной угрозе. Де Джерси понял, что придется выяснить внутреннее устройство секретного дома иным способом.
Поехав обратно через Альдгейт в Ист-Энд, он позвонил Дрисколлу и велел установить слежку за секретным домом «Д’Анконы». Де Джерси нашел прекрасное место для наблюдения. Благодаря плоской крыше склада Дрисколл мог следить за зданием, оставаясь незамеченным.
– У меня сейчас полно дел, – устало проговорил Тони.
– А у меня разве нет? – огрызнулся де Джерси.
– Почему не Джимми?
– Он следит за Дьюлэем, который встречается с нашим покупателем. Просто хочу убедиться, что он честен с нами.
– Покупатель или Дьюлэй?
– Оба.
– Значит, сейчас мне нужно притащиться на этот твой склад? Жена просто взбесится.
Де Джерси не терпелось завершить разговор. Он сказал Дрисколлу, где найти ключи от склада, и повесил трубку.
Вернувшись домой, де Джерси был удивлен реакцией Кристины. Она разнервничалась после звонка ирландским заводчикам: ей сказали, что они не ожидают приезда Эдварда. Когда он все-таки объявился, тревога Кристины сменилась яростью: жена отчитала его за то, что он бессовестно уехал, не оставив контактного номера телефона. Каждый раз, когда она звонила, мобильник был отключен. После Кристина рассказала, что заболела ее мать, поэтому ей придется уехать в Швецию.
– Дорогая, нужно было сразу же поехать, – сказал де Джерси.
– А тебе нужно было просто позвонить домой!
– Я и не подумал.
– Вот это правда. Но почему ты соврал насчет Дублина?
– Я не врал.
– Нет, врал. Фредди сказал, что они тебя не ждали.
– Я ездил не к нему.
– Не понимаю.
– Я покупаю лошадей не только у Фредди. Иногда я предпочитаю держать в тайне свои планы. Извини, такого больше не повторится.
– Ты всегда умело оправдываешься, – вздохнула Кристина, – но я очень волнуюсь за маму. Ты поступил по отношению ко мне несправедливо. – Кристина замешкалась, потом все же озвучила свои подозрения: – Может, ты с кем-то встречаешься?
Де Джерси искренне поразился тому, что жена могла такое подумать:
– Конечно нет! Ни одна женщина не смогла бы…
– Тогда зачем ты в каждую поездку берешь с собой столько одежды? А назад не возвращаешь. Я заметила это, когда отбирала вещи для химчистки. Не хватает двух костюмов и нескольких рубашек.
Кристина сплела руки на груди.
Она застигла де Джерси врасплох, ведь он оставил все вещи в килбернской квартире, но он быстро нашелся что ответить:
– Я отдал их кое-кому из тренеров. Кристина, если хочешь, можешь спросить, но это так на тебя не похоже! Я никогда не давал повода думать, что у меня роман на стороне.
Кристина расплакалась, а де Джерси обнял ее и прижал к себе:
– Слушай, мне кажется, тебе нужно упаковать чемодан и первым же рейсом отправиться к своим родным. Поверь, я ни за что не взглянул бы на другую женщину.
Он помог жене собраться и велел пилоту отвезти ее в аэропорт. Прежде Кристина никогда не волновалась из-за отсутствия де Джерси, и он понял, что с этого момента стоило быть осторожнее, ведь ему требовалось проводить все больше времени вне поместья. Начался февраль, а значит, следовало ускориться, чтобы подготовить ограбление ко второму мая. У команды по-прежнему не было плана, как поступить с сигнализацией секретного дома.
Внутрь они попадут, а вот как беспрепятственно выйти – другой вопрос.
В начале пятого из Парижа позвонил Вилкокс. Они с Рикой сели на тот же самолет, что и Дьюлэй, и Джеймс проследил за ювелиром до отеля «Ритц».
– Эдди, мне пришлось заселиться туда на одну ночь. Рика наконец от меня отстала. Дьюлэй не стал бронировать номер. Он подошел к стойке регистрации и там переговорил с кем-то по стационарному телефону, затем направился в кофейню. Через десять минут явился громила, похожий на Одджоба из фильма о Джеймсе Бонде. Они обменялись несколькими фразами, после чего Дьюлэй направился за ним в фойе.
Вилкокс проследил за Дьюлэем на выходе из отеля: тот подсел в припаркованный возле дверей «мерседес» к какому-то мужчине, предположительно покупателю.
– Высоковат для японца, – сказал Вилкокс. – Около метра восьмидесяти, хорошо сложен, стильно одет. «Одджоб» торчал снаружи – должно быть, его телохранитель.
Де Джерси как раз шел на конный двор, приложив телефон к уху и слушая Вилкокса.
– Джимми, у тебя есть его адрес? – спросил Эдвард, остановившись. – Кто, черт подери, этот парень?
– Да, я узнал у швейцара. Он постоянный гость. Приезжает пять-шесть раз в год. Компьютерный магнат. У него многомиллиардная компания, расположенная в Токио. Зовут его мистер Китамо…
– Хорошо. Это пока все, что мне нужно знать. Почему бы тебе…
– Вот куда стоило вложить деньги – в программное обеспечение!
– Что ж, мы этого не сделали. Поговорим, когда ты…
– Вероятно, у него есть веб-сайт…
– Джимми, заканчивай болтать и хорошего тебе вечера.
– Ты сам занялся этой компьютерной ерундой. Попробуй набрать в поисковике «программное обеспечение Китамо», три буквы «К» и…
– Джимми, иди уже и займись любовью со своей подружкой! – резко сказал де Джерси и завершил звонок.
Остаток дня он провел в общении с жокеями, тренерами и управляющими. Денег катастрофически не хватало, а затраты на организацию ограбления наносили большой ущерб ограниченным финансовым ресурсам. Эдвард знал, что возместит убытки благодаря продаже недвижимости Морено, но пока теми средствами он воспользоваться не мог. Де Джерси распорядился продать еще двух лошадей. Это решение далось ему непросто и к тому же ошарашило управляющих и тренеров. Они не стали ничего говорить, лишь отметили про себя, что раньше босс так не тревожился о текущих расходах. Позже, просматривая счета, де Джерси понял, что сможет содержать поместье еще месяца четыре – и это с продажей еще восьми скакунов и двух кобылиц. Его будущее зависело от успеха предстоящего ограбления, иначе пришлось бы продать все еще до участия Флэш-Рояля в дерби.
Днем Флеминг вывел скакуна прогуляться галопом, чтобы показать его де Джерси. Конь был в превосходной форме. Несмотря на это, ночью Эдварду не спалось. Он переутомился, голова раскалывалась от мыслей о плане ограбления. Встав, де Джерси направился к себе в кабинет выпить бренди, а после решил прогуляться.