– Но она же моя! Ты купил ее для меня!
– Это так, но в некотором смысле она по-прежнему твоя. – Де Джерси поднялся, обнял жену и поцеловал в шею. – В последнее время ты многое пережила, особенно утрату матери. Я не хотел лишний раз беспокоить тебя и… – Эдвард посмотрел на часы. – Если мы не поторопимся, то опоздаем на спектакль девочек. Тогда нам точно не поздоровится. Давай переодеваться?
Кристина кивнула и поцеловала мужа, прикоснувшись ладонью к его лицу:
– Все-таки странный запах, похоже на клей. Представляю, если следом выяснится, что ты лысый и носишь парик.
Де Джерси заулыбался, подхватил жену на руки и направился к двери. Но их остановил телефонный звонок.
– Не отвечай! – вскрикнула Кристина. – Это наверняка Хелен Лионс.
Де Джерси понес жену вверх по лестнице, но на полпути поставил ее на ступеньки: давало о себе знать травмированное колено. Телефон не переставал трезвонить. Эдвард хотел ответить, если вдруг дело касалось его, но Кристина не позволила:
– Она каждый день названивает. Хочет, чтобы я позвонила ее сестре.
– Зачем?
Де Джерси перегнулся через перила и глянул на столик, где все еще звонил телефон.
– Когда Хелен обнаружила правду об их с Дэвидом романе, то решила больше не общаться с Сильвией. Просила меня позвонить ей. Ты знал об этом?
– О чем?
– Что Сильвия встречалась с Дэвидом, и, похоже, много лет.
– Боже всемилостивый! Конечно нет. И чего она хотела? Это касалось Дэвида?
– Дело в страховке. Кажется, Сильвия занималась всеми вопросами, а сейчас у Хелен заканчиваются средства.
Телефон смолк.
– Ты говорила с Сильвией?
– Нет. Я даже в офис ей звонила, но мне сказали, что она уехала. Кажется, в Нью-Йорк. Хелен снова позвонила мне как раз перед твоим возвращением, и я не сдержалась. Сказала ей, что, учитывая поступок Дэвида, пусть она сама и звонит Сильвии. – Настроение Кристины изменилось. – Эдвард, без тебя мне было так одиноко!
– Прости, но я не мог приехать.
Он погладил жену по щеке и нежно поцеловал.
– Но ведь сейчас все в порядке? Только ответь искренне. Прошу, больше не лги мне. Мне не нравится взламывать ящики, словно ревнивая фурия. Когда я поняла, сколько денег мы потеряли, то ужасно разозлилась из-за твоей лжи.
– Правда в том, что самое тяжкое позади. Учитывая мои надежды на Флэш-Рояля… Если он выиграет в дерби, то все встанет на свои места. Этот скакун будет стоить миллионы. – Де Джерси снова поцеловал жену. – Мы почти выкарабкались, милая.
– И тебе не придется повторно закладывать поместье?
– Нет. Я из кожи вон лез, чтобы этого не случилось. Теперь мы в безопасности.
Кристина прижалась к нему, и они вместе пошли вверх по лестнице.
– Нужно кое-что изменить в наших отношениях, – тихо сказала жена. – Больше не ври мне.
– Не буду. Черт побери, вдруг ты в следующий раз набросишься с отверткой на меня!
Эдвард привлек Кристину к себе, поднимаясь с ней в спальню. Он внутренне радовался, что прихватил с собой в Париж паспорт на имя Филипа Симмонса. Иначе Кристина обнаружила бы его вместе с другими.
Спустя час они отправились в колледж и высидели длинный спектакль «Укрощение строптивой». Обе девочки пришли в восторг, что приехал их отец, правда, Кристина не рассказала им, что весь последний акт Эдвард проспал. Вместе с другими родителями супруги де Джерси угостились вином и сыром и вернулись домой. В машине вместо новостей они слушали классическую музыку, а к дому подъехали ближе к часу ночи.
Де Джерси так вымотался, что сразу же отправился в постель и крепко уснул. Кристина лежала рядом с широко открытыми глазами, гадая, сколько еще небылиц рассказал ей муж. Она поняла, насколько была наивной. Впервые за время брака она усомнилась в их отношениях и задумалась о прошлом Эдварда. До нынешнего момента Кристина не ощущала разницы в возрасте, но сейчас размышляла над тем, что за жизнь он вел до встречи с ней. Вид безмятежно спящего мужа вызвал в ней раздражение. Сколько они уже не занимались любовью? А ведь он даже не поцеловал ее перед сном. Не в силах уснуть, Кристина перевернулась на бок. Она ощущала, как семена недовольства начинают расти.
Дрисколл сидел перед телевизором с огромным бокалом джин-тоника. Он смотрел новостные выпуски отчасти из любопытства, отчасти потому, что не желал принять совершенное им. Опасность еще не миновала. Правда, его радовало их с Вилкоксом преимущество: раньше они не имели проблем с законом, и даже если бы Морин могла их опознать, ей пришлось бы пересматривать снимки до второго пришествия, ведь на учете они не состояли. В новостях говорили о разыскиваемых автомобилях, давая номера горячих линий и вновь обращаясь к тем, кто располагал какой-либо информацией. Сейчас полиция выслеживала Вестбрука – на его арест выписали ордер. В новостях то и дело показывали интервью с вереницами его молоденьких подружек-аристократок или сотоварищей, рассказывавших про его любовь к женщинам и аферы в высшем обществе. Лицо лорда Вестбрука стало не менее известным, чем пропавшего без вести лорда Лукана.
– Чем ты, черт возьми, весь день занимался? – спросила жена Дрисколла, ставя на стол миску с морковью.
– Бизнесом, – ответил Тони.
Лиз захрустела морковкой.
– Бог ты мой, обязательно это делать? – спросил он.
– Я на диете.
– А я голоден. У меня не было времени пообедать.
– Что тебе приготовить? – спросила Лиз, поднимаясь на ноги.
– Омлет. Ничего жирного. У меня в животе и так ураган.
– Стоит сменить врача. Будешь еще что-нибудь к омлету?
– Немного сыра.
– От него толстеют.
– Да плевать!
– Тони!
– Дай послушать новости. Слышала, что случилось? – оживленно произнес он.
– Я только зашла домой – принимала грязевые ванны в новой водолечебной клинике.
– Произошло крупное ограбление.
– Ох, об этом я знаю. У Сандры работал телевизор. Сделать к омлету салат?
– Конечно.
Дрисколл посмотрел вслед жене, когда та вышла из комнаты. Жаль только, Сандра не знала, подумал он, что муж ее последней клиентки участвовал в похищении королевских регалий.
Вскоре после прибытия домой Памела вернула своим волосам ярко-рыжий цвет. Вестбрук лежал у нее на диване, не переставая извиняться за доставленные неудобства и заверяя хозяйку, что как только немного поправится – сам о себе позаботится. Полковник выдал ему фальшивый паспорт и наличные, чтобы покинуть страну, но пока лорд не стоял на ногах, он не мог воспользоваться этой возможностью. Он до ночи смотрел телевизор, но даже новостные выпуски не могли полностью удержать его внимания, и время от времени он впадал в беспамятство. Однако Вестбруку стало любопытно, где прессе удалось найти столько его фотографий, не говоря уж про так называемых товарищей. Где же были все эти друзья за последний год, пока он страдал от болезни?
Вилкокс прибыл домой к вечеринке в честь дня рождения близнецов, о котором совершенно забыл. Сейчас ему было не до праздника: хотелось лишь расслабиться и посмотреть новости, но вместо этого пришлось надувать шарики и сидеть с детьми за столом, пока они поедали сосиски, яйца и картофельные чипсы.
Оставив ненадолго это веселье, он сходил в местный видеомагазин и взял напрокат несколько детских фильмов. Вернулся, нагрузившись батончиками «марс», конфетами «Смартиз», мультиками, научной фантастикой и всеми вечерними газетами, которые смог найти. Страницы пестрели заголовками об ограблении, даже в видеопрокате все только об этом и говорили. Граждане страны, шокированные таким поступком, воспринимали его не иначе как кощунство, ведь кто-то посмел посягнуть на национальное и культурное наследие Великобритании.
Поздно вечером Вилкокс скрылся у себя в спальне и посмотрел новости по телевизору. Репортажи были посвящены интервью и поискам Вестбрука, но о личности других участников налета ничего не говорилось. Однако полиция все же предоставила их описание в общих чертах, основываясь на собранной информации, пусть и незначительной. Вилкокс облегченно выдохнул. Он хотел позвонить Дрисколлу, но знал, что этого делать нельзя. Джеймсу не терпелось узнать, как справляется с ситуацией его напарник. Позже Вилкокса охватила паника, что наверняка полиция в этот момент занята сбором улик. Он достал последнюю дозу из запасов кокаина и закрылся в ванной, где его и застукала Рика. Они шумно поскандалили, что помогло Вилкоксу сбросить напряжение.
После бурного секса он лежал рядом с Рикой, глядя на ее покрытое испариной тело и улыбаясь.
– День рождения прошел отлично. Спасибо тебе, Рика, вы с близняшками правда поладили. Не знаю, что бы и делал без тебя. Правда, скоро они уедут в пансион. Их мать захотела, чтобы они провели следующие каникулы у нее и…
Рика резко повернулась к нему:
– О чем ты говорить? Ты больше не хотеть меня?
– Нет, я совсем не это пытался сказать.
– Тогда зачем так говорить?
– Я ничего особенного не сказал! Почему ты придираешься ко всем словам?
– Неправда.
– Правда.
– А почему так поздно приехать? Говорить же тебе: «Приготовь все для вечеринки!»
– Я продавал машину. Почти все уже распродал.
Рика надула губы:
– Все еще терять деньги?
– Да, но ненадолго.
– И мы пожениться? Ты жениться на Рике?
Вилкокс закрыл глаза:
– Да, возможно… Просто дай мне немного поспать. Я ужасно устал.
Рика встала с постели и набросила на плечи халат. Она завязала его на пояс и вышла из комнаты. Вздохнув, Вилкокс взял пульт. Он хотел посмотреть, не появились ли новые сведения по ограблению. Джеймс щелкал каналы, пока не уснул с пультом в руках.
Вскоре после ограбления полиция обнаружила, что банда налетчиков предварительно выдернула штекеры из блока питания охранной системы. Через угольный подвал офицеры вышли на склад, ставший базой преступников. В два часа ночи полицейские ворвались туда с ордером на обыск. У них появилась следующая важная зацепка. Они нашли там облитый кислотой «даймлер», который использовали во время налета. На место прибыли криминалисты и двадцать офицеров, чтобы обыскать помещение дюйм за дюймом. Полиция попыталась выяснить, кто арендовал склад, и через пять часов у них появилось имя: Филип Симмонс.