– Ясно... Да, прокололась... Но почему же ты ничего не сказал? Получается, ты тоже вел двойную игру?
– С кем поведешься, – фыркнул Леха. – А мне понравилось. Оказывается, это прикольно – общаться с девчонкой, как с пацаном. Кстати, у тебя отменные актерские способности! Не хочешь попробовать себя на сцене?
– Ах, ты... – Я сыпанула в него снегом, он не остался в долгу, и некоторое время мы гонялись друг за другом, пока наконец не выбились из сил.
– Погоди-ка... Но ведь тогда, в пятницу, ты только и делал, что оборачивался и смотрел на нее, – задыхаясь, проговорила я.
– Да не на нее я смотрел! А на тебя! – рассмеялся Леха. – У меня плохая память на лица, и я все пытался вспомнить, где же я тебя видел...
– А когда... Ну, когда ты понял... Про меня? – отважилась спросить я.
– Что ты мне нравишься? Когда догадался, что Санек – это ты. Я вдруг понял, что ты прикольная и с тобой не соскучишься. Собачья драка, флешка, сумочка... И все остальное. Так и оказалось. Ты веселая, неунывающая, находчивая, фантазерка... Да еще и с характером! К тому же знакомства водишь со всякими знаменитостями... И в футболе просекаешь! Так что ты – просто диковинка, редкость. Не то девчонка, не то парень... Два в одном флаконе! Даже когда я уже знал, что ты девчонка, мне все равно все время казалось, что со мной рядом мой приятель, какой-нибудь мелкий пацан.
– Мелкий? – Слово больно царапнуло. Мне казалось, что я чуть-чуть выросла! Вернее, повзрослела. И когда только я избавлюсь от своих комплексов? Наверное, когда вырасту по-настоящему.
– Да, мелкий. Ну и что? Разве в этом дело? Ты еще та заноза. Кнопка, колючка, репейник, шип, липучка, булавка, комар, москит ...
– У тебя отлично получается придумывать ласковые прозвища! – оскорбилась я. – Еще скажи – блоха и вошь!
Мы снова надолго замолчали.
А потом настал его черед задавать вопросы.
– А ты? Когда ты поняла? – Его голос прозвучал так робко, что я почувствовала прилив нежности. Он тоже ранимый и уязвимый! И сильно зависит от меня... И нуждается во мне!
– В самый первый момент. Сразу же. Когда Бамбук сожрал мой букет, – прошептала я, и наши руки снова встретились.
И снова букет
Никогда в жизни не забуду эти минуты. Мы говорили и молчали, говорили и молчали. И неизвестно, что было лучше.
А потом я потянулась, чтобы взъерошить ему волосы, и нащупала на лбу большую шишку.
– Получил от своего собственного фонарика, – прошипел, скривившись, Леха. – Фонарем поставили фонарь. Одна очень импульсивная и нервная особа...
– Маньяк! – ахнула я. – Так это был ты! Ты за мной гнался! Но почему же ты сразу не сказал?
– Я сказал! И не один раз! Но разве ты слушала? Орала как резаная, кидалась снегом и дралась фонариком. Очень больно, между прочим!
– Бедненький! – Я приложила к Лехиной шишке комочек снега. – Теперь лучше?
– Лучше, – он вздохнул и улыбнулся.
– Давай рассказывай, как ты тут очутился, – потребовала я. – С самого начала! Мы расстались во дворе, когда ты пошел искать Мэджа, а я отправилась к Клементине... Что было дальше?
– А дальше... Мэджа я не нашел, вернулся домой и обнаружил, что из Мурманска наконец приехал мой бинокль. Ну и я решил тут же его опробовать. Тем более что окна одной непредсказуемой особы были как раз напротив...
– Ты хочешь сказать... – потрясенно прошептала я.
– Ну да. Я следил за тобой. В бинокль. А что такого? Многие занимаются этим. В Москве столько окон... У одной моей взбалмошной знакомой, между прочим, тоже есть бинокль.
Я в ужасе представила, ЧТО он мог увидеть, и чуть снова не грохнулась в обморок. Господи помилуй...
– Ага! – торжествующе воскликнул Леха. – Вот и я о том же. Теперь понимаешь, что я почувствовал, когда узнал, что ты за мной следишь?
– Повешу двойные шторы... – пробурчала я.
– Я тоже, – вздохнул он. – Но хорошо, что сегодня ты их не задернула! Иначе я не смог бы проследить за тобой и не узнал, куда ты свинтила с такой скоростью.
– Так ты преследовал меня! – ахнула я.
– Ну да... По всей Москве... А потом в электричке и в автобусе... И даже почти догнал на кладбище! Правда, оказалось, что ты прекрасно дерешься чужими фонариками... Так что я немного отстал! И заблудился. Но потом услышал собачий лай, автомобильную сигнализацию и пошел на эти странные в здешних местах звуки. Местные духи были добры ко мне и вывели прямо к нужному месту.
Я слушала его и совершенно не могла поверить, что все это происходит со мной. Со мной, которую и девушкой-то назвать нельзя – просто девчонкой, малолеткой, пигалицей. Я так и сказала Лехе, на что он ответил, что ему всегда нравился карманный вариант.
– Очень удобно – засунул подружку в рюкзак и всюду таскаешь с собой. Не потеряешь!
С этими словами он неожиданно наклонился ко мне... Я и ахнуть не успела, как очутилась в его объятиях, и мы закружились. И звезды в небе завертелись вместе с нами...
– Даже легче, чем я предполагал, – сказал он, аккуратно поставив меня обратно на пенек. – Двадцать килограмм вместе с рюкзаком!
– Тридцать восемь, – поправила я. – Без рюкзака.
Вот так Сашуля Алешина стала Алешиной девушкой!
Приключения продолжаются
Однако долго смаковать перемены в наших отношениях не получилось: из машины раздался голос Сени:
– Наигрались? А теперь слушай сюда! Важная инфа! Шалый где-то здесь, недалеко.
В ответ на наши удивленные возгласы он пояснил:
– А зачем, вы думаете, мы сюда приперлись?
– Как – зачем? – удивилась Танюсик. – Ты же сам сказал: поедем покатаемся за город! Там сейчас так красиво!
– Ну да, сказал, – отмахнулся Сеня. – Для отвода глаз, чтобы ты мне голову не морочила.
– Ах так! – взвилась Танюсик. – Ах вот ты как заговорил!
Мы с Лехой снова залезли и машину. Я нащупала в темноте его руку, крепко сжала и спросила у Сени:
– А откуда ты знаешь про Шалого?
– Я полдороги гнался за ним.
– Гнался за Шалым?! И мне ничего не сказал? – снова взвилась Танюсик, но ее возмущение осталось без ответа – все переваривали информацию Брыкалы.
– Ты знаешь его машину? – деловито поинтересовался Леха.
– Ну да. Гоночная. «Мицубиси Эклипс», красная.
– Ух ты! – восхитился Леха. – Класс! Таких всего три штуки в Москве!
– Вот потому и знаю. Прикинь, такая тачка у тебя во дворе! Номер быстро запомнишь. Но я на эту трассу тоже не случайно заехал: ребятишки нашептали, что Шалый тут часто мотается. Вот я и решил проверить. Рулю, а тут вдруг эта самая тачка! Сел на хвост. До развилки пас. А потом Шалый вперед упылил, и я не заметил, куда он свернул. Ткнулся сюда, залез в болото...
– А развилка – это у кладбища? – спросил Леха.
– Типа того. А что?
– М-м-м... На карте там охотничье хозяйство...
– На какой карте? – заинтересовался Сеня. – В сети?
– Ну да. Спутниковая! Там даже крыши отдельные видно. Эх, мне бы сейчас GPS-ку!
– GPS-ку? На, держи! – Я вытащила из ранца папин навигатор. – Годится?
– Ух ты! То, что надо!
Парни принялись колдовать над прибором, а Танюсик шепнула:
– Спасибо!
– За что? – тоже шепотом удивилась я.
– Что помогла избежать сцены ревности!
Вначале я не поняла, а потом до меня дошло. Точно! Ведь в машине собрались оба Танюсикова ухажера! Правда, один из них оказался совсем даже не ее...
В любом случае парням сейчас было явно не до нас. Вглядываясь в GPS, они что-то оживленно обсуждали. А потом последовало приказание:
– Вылезайте! Быстро!
– Вы че, с ума сошли? – воспротивилась Танюсик. – Там же темно! И холодно! И... и духи!
– Если не хотите тут заночевать, вылезайте! – последовал непреклонный ответ.
Ворча и ругаясь, мы с Танюсиком выползли из машины. После нагретого салона показалось невероятно холодно, зато небо прояснилось, появились полная луна и куча звезд.
– Ух ты! – задрав голову, Танюсик восхищенно замерла. – Вот это да!
Но радовались мы недолго: от созерцания звездных красот нас оторвал голос Лехи:
– Чего клювами щелкаете? Машину толкать надо! Идите, помогайте!
Совместными усилиями под лай Урагана мы быстро вытолкали машину из болота и вскоре уже мчались по трассе.
У развилки остановились. Три извилистые дороги вели в разные стороны, теряясь среди заснеженных деревьев.
Мы снова вылезли из машины и теперь в растерянности топтались посреди шоссе.
– Вот тебе и приехали! – Сеня в досаде сплюнул. – И куда дальше, скажите на милость?
Леха в замешательстве почесал затылок:
– По GPS не совсем понятно... Третьей дороги вообще нет, наверное, недавно проложили и не внесли в маршрут.
– Тогда поехали по второй! – капризным голосом потребовала Танюсик. – У меня уже каблуки отморозились!
– Каблуки? – удивился Сеня. – Ну, так разотри их снегом!
– В том-то и дело, что я не знаю, какая дорога вторая, а какая третья, – Леха виновато развел руками.
– Так что? Махнем наугад? – предложил Сеня.
– Погодите! – Кое-что вспомнив, я достала айфон. – У меня же есть отпечатки протекторов Шалого!
– И ты молчишь?! – воскликнул Леха, выхватывая телефон.
Мы наклонились к земле и при свете фар начали изучать отпечатавшиеся на снегу следы. К счастью, машин в этом глухом месте ездило немного, так что вскоре мы выяснили, что машина Шалого проехала по дороге № 2.
– Залезай! – скомандовал Брыкало, и вся гурьба втиснулась в машину.
Поездка по заснеженной дороге, по ухабам и рытвинам была настоящим Форт Байярдом. То и дело приходилось вылезать из машины и снова выталкивать ее из заносов. Мы уже порядком устали, а прибор предсказывал еще несколько километров пути.
Шутки в сторону
Это случилось за два километра до пункта назначения. Во время очередного выталкивания машины мне вдруг показалось, что я слышу невдалеке собачий лай. Тоненький голосок несколько раз тявкнул и затих, и я на сто процентов была уверена, что это голос Мэджика: за время прогулок с Лехой я настолько хорошо запомнила его, что не спутала бы ни с каким другим. Но боевые товарищи не поверили, тем более что, кроме меня, никто ничего не услышал. Даже Ураган, который все время, пока мы толкали машину, мирно спал в салоне.