- Да не, Тём. Отдохнул я уже. Нужно в себя приходить и к Белке идти.
- Блин, старик, ты же понимаешь...
- Все я понимаю, - прервал я его. - Может, и нет ее в живых уже, а может, к тому времени, как я до Москвы доберусь, не будет. Сейчас жизнь очень опасная, причем везде. Понимаю. Так же понимаю, что дойти до нее будет непросто. Что монстров много, и они разные. Да и люди никогда душками не были. Это я тоже по себе знаю.
Я невольно потянулся к пустой глазнице.
- Ладно, как скажешь. Ты мне только вечером напиши, какие тебе ножи нужны. Я так понимаю, все они тебе тут ни к чему?
- Верно понимаешь.
- Вот и ладушки. Через четыре часа подойди. А пока все. Мне пора.
- Давай, старик.
Я встал и прислушался к своим ощущениям. Вроде ничего так, но легкое головокружение есть. Ладно, нужно размяться. Так, идем прямо, наступаем между плиточками. Хорошо. Вроде бы получается, но к этому нужно привыкнуть.
- Циклоп, ты куда намылился? - окликнул меня в коридоре Валера, больной из соседней палаты.
- Прогуляться, как обычно. А вы чего? В карты опять режетесь?
- Ну, можно и так сказать. Правда, уважаемый Валерий Павлович опять проиграл, - заявил оппонент Валеры, Ефим Федорович, после чего положил на стол три карты, затем еще одну и еще две.
Я присмотрелся. Три короля, туз червовый и две шестерки.
- Это вам на погоны, Валерий Палыч, - приспустив очки, посмотрел поверх них победитель.
- Да ну тебя в задницу, Фима! Еврейская твоя рожа, - проигравший встал и ушел к себе в палату.
- Не хотите присоединиться? - тут же обратился ко мне Ефим.
- Нет, спасибо. Нужно прогуляться. Косточки размять.
- Тогда позвольте, я составлю вам компанию? В шахматы со мной давно все отказались играть, теперь вот и в карты. А мне скучно до ужаса.
- Понимаю, - улыбнулся я. - Присоединяйтесь, конечно.
Пожилой уже мужчина встал, опираясь на трость, и проследовал за мной.
- Это вы хорошо придумали. Пешие прогулки, говорят, для сосудов полезны, да и не только.
- Да и погода хорошая.
- Верно. Весна так и шепчет: «пройдись, развейся». Оп, аккуратно, - он придержал меня за руку, отодвигая от стены.
- Спасибо, все никак не привыкну, что зрение у меня уже не бинокулярное.
- Это верно. Мир внезапно стал для вас плоским, но это ничего. Как говорил один мой знакомый фрезеровщик: «Бог не для того дал мне десять пальцев, чтобы я за каждый из них переживал».
Ефим улыбнулся своей шутке, я же в ответ только хмыкнул. Если хочешь насытиться черным юмором, иди в больницу. Здесь подобных шутников много.
- Хорошо! - вдохнул чистый воздух полной грудью мой собеседник, когда мы выбрались в небольшой парк на улице.
- Это да. Во всем этом конце света есть свой несомненный плюс. Дышать стало легче.
- Верно молвите, товарищ Ганнибал.
- Вы знаете мое прозвище? - удивился я.
- Да, к вам частенько приходили студенты, пока вы были в коме. Приходилось слышать.
- А вы что, так долго тут лежите?
- Нет, конечно. Просто ложусь часто. Здоровье совсем не то. А во всем виновата эта сидячая работа, - вздохнул мой собеседник. - В последние годы я работаю на дому. Ручки собираю. А я ведь картограф. Сейчас моя специализация никому не нужна. Сами понимаете, компьютеры заменили людей. Хотя, возможно, именно сейчас она и станет вновь востребованной.
- В этом вы правы, - почесал я подбородок. Блин, надо попросить Тёму, захватить мою бритву. - Наверное, это очень интересно - составлять карты?
- Конечно, - посмотрел на меня с неким превосходством старик. - Моя работа требует постоянных путешествий. Правда, это было раньше, когда я был молод. Сейчас я уже слишком стар. Но эти ощущения, когда ты изучаешь каждый кустик, измеряешь расстояние...
Ефим Федорович начал рассказывать мне про свою работу. Я слушал внимательно и не перебивал. Между делом он старался придерживать меня, чтобы я не уходил постоянно влево. Мы так заболтались, что едва не пропустили обед.
После трапезы я нашел Артёма и поприсутствовал во время его «Возложения рук». Умения у меня нового от этого не появилось. Однако, посмотрев на «Ученика», я заметил, что он получил три процента прогресса. Очень интересно. Значит, смысл от наших стараний все-таки какой-то есть. Если я смогу перенимать вот так легко умения, то со временем стану просто непобедимым.
После посещения друга я снова встретился с Ефимом Федоровичем, и мы продолжили наш разговор. Картограф с огромным удовольствием вспоминал свои молодые годы и путешествия. Частенько он уходил в детали профессии, забывая, что общается с обычным обывателем, но потом возвращался к реальному миру и извинялся. Так прошел весь день. Мы ходили, сидели на лавочке и болтали. Вечером, после ужина, я снова сходил к Тёме и порадовался прогрессу умения. Затем, я вернулся к интересной беседе с Ефимом.
- О, это был отличный поход! Правда, очень опасный. Мы были в Афганистане, и требовалось составить точную карту ущелья с тропинками, ручейками и прочими деталями...
Перед глазами мелькнула надпись, но раздавшийся звон разбитого стекла, привлек мое внимание. Из окна в нашу обитель залетела какая-то тварь. Больше всего она напоминала летучую мышь. Такие же крылья, плоская морда и большие уши. Вот только размер, клыки, выступающие из пасти, и огромные когти говорили об обратном.
- Ах, ты ж!
Ефим оказался довольно смелым человеком, причем еще и ловким. Он заехал своей тростью прямо по лицу прыгнувшего на него существа. Но это был единственный его успех. Следующий удар монстра распорол его живот.
Я же схватил стул, на котором до этого сидел, и прислонился к стене. Можно было бы прыгнуть на тварюгу, но это было бы просто глупой смертью.
Она не спешила нападать. Ходила из стороны в сторону. Я поворачивался вслед за ней, не позволяя зайти со спину.
- Аслан, я держу его! - крикнул Ефим, вцепившись в лапу твари.
Надолго он его не удержал, но того мгновения, что дал мне картограф, уже хватило с головой, чтобы нанести удар стулом по башке монстра. Чудовище слегка просело, после чего я нанес еще один удар. Затем еще. Я бил по голове монстра стулом, боясь остановиться. Было трудно, но ярость и страх брали свое. Они заставляли наносить один удар за другим, пока тело твари окончательно не прекратило дергаться. Я обернулся на своего помощника, но увидел лишь труп. Последним ударом тварь разбила ему череп. Я выпрямился и посмотрел в коридор, около четырех «мышей». Сколько их всего бродит здесь, я не знаю. Но той четверки, что обратила на меня внимание, мне хватит за глаза. Перехватив дрожащими руками стул, я выдохнул. Помирать так с музыкой.
Внезапно возле моего уха что-то просвистело, и между глаз одной из тварей вонзилась стрела.
- В сторону! - крикнул кто-то позади, и меня отбросили к стене.
В бой вступили военные. Их было пять, и каждый знал свое дело очень хорошо. Они разобрались с четверкой «мышей» за то время, пока я просто пытался встать.
- Работаем по двое! Не спим, не хватало еще потерь. Ленусь, осмотри товарища, - тут же начал раздавать приказы один из них.
- Вы как? - подбежала ко мне девушка.
Я обернулся к ней, из-за чего она побледнела и сделала шаг назад. Только сейчас я понял, что повязка спала. Да, не самое аппетитное зрелище представляет в данный момент мое лицо. Я прикрыл пустую глазницу ладонью.
- Простите, все хорошо.
- Я бы так не сказала, - тихо проговорила она. - Давайте я попробую восстановить?
- Не стоит. Эта травма получена до апокалипсиса. Вы лучше посмотрите, может, его как-то можно спасти? - показал я на Фиму.
Девушка зажала рот рукой и отбежала в угол. Да, моему недавнему собеседнику точно уже не помочь. Не знаю, почему у меня это не вызвало такой же реакции как у нее. Может, потому что кровь я видел с детства. Разделывал и коров, и овец, и даже лошадей. А может, потому что стал более жестоким с тех пор, как очнулся. Не знаю.
- Лен, тут раненый! - крикнули из соседней палаты, и девушка, превозмогая дурноту, отправилась на помощь.
- Вы как? - подошел ко мне старший из группы. Именно он раздавал команды до этого.
- Нормально, - кивнул я, продолжая смотреть на тело Фимы. - Спасибо.
- Да не за что, - устало произнес он. - Работа у нас такая.
Я протянул ему руку и представился.
- Аслан.
- Лёха, - ответил он на рукопожатие.
- Товарищ полковник, в левом крыле чисто! - подбежал к нам один из бойцов.
- Отлично, тогда идем дальше. Бегом, мать вашу! - рявкнул вояка и обратился уже ко мне. - Выздоравливайте.
- Еще раз спасибо, - кивнул я ему в ответ.
Спасители удалились, а я присел на стул, которым совсем недавно превратил в фарш голову какого-то монстра. Мысли блуждали в голове, пытаясь хоть за что-то зацепиться, и как итог, все-таки нашли опору. Я открыл сообщение, которое появилось в момент нападения.
«Поздравляем! Вы изучили навык Картограф. Хотите принять навык?»
Вот оно, значит, как работает...
***
- Да бесполезно это, Тёма, - я похлопал товарища по спине.
- Поче... - договорить он не успел. Новый рвотный позыв заставил его согнуться над ведром.
Да, не самое приятное умение досталось моему другу.
- Потому что не так оно работает, - вздохнул я. - Когда с Ефимом про картографию разговаривали, у меня процент прогресса рос. А вот от наблюдений за твоим умением ни на единицу не сдвинулся.
- Хреново, - Артем принял у меня из рук кружку с водой, умылся и сполоснул рот. - А с другими пациентами ты по поводу их профессий не общался?
- Общался. И со слесарем, и даже с кузнецом одним. Только они не фанаты своего дела, каким Ефим был. Ты бы видел его глаза, когда он рассказывал о своей профессии. В этом все дело. Учить должен мастер, а не абы кто. А мастеров тут я больше не нашел.
- А картография твоя как?
- Слабенько, - я отрешился от окружающего мира и сосредоточился на карте в моем интерфейсе. - Нарисовано все словно ручкой, причем ни о каком объеме не идет и речи. Вот мы с тобой сейчас на втором этаже, и только его схема у меня перед глазами и есть, а все, что на других этажах или на улице, недоступно.