ствовал себя таким счастливым. Он наконец совершил что-то достойное, — никто теперь не скажет, что Гарри Поттер — известное имя и ничего больше. Вечерний воздух никогда не был так сладок. Он шёл по мокрой траве, вновь и вновь переживая события последнего часа, слившиеся в одно счастливое мгновение: гриффиндорцы подбегают к нему и поднимают на руки, Рон и Гермиона подпрыгивают и машут ему издали, Рон радостно кричит, утирая идущую носом кровь.
Подойдя к домику, Гарри прислонился к деревянной двери и взглянул на Хогвартс; в окнах замка отражались алые лучи заходящего солнца. Теперь Гриффиндор лидировал. Он сделал это, он показал Снейпу…
Кстати о Снейпе…
По ступеням замка быстро спустилась фигура в плаще с капюшоном. Явно не желая быть замеченным, человек стремительно зашагал к Запретному Лесу. Победа мгновенно выветрилась из мыслей Гарри. Он узнал эту скользящую походку. Снейп направляется в лес, в то время как все остальные на обеде, — в чём дело?
Гарри оседлал «Нимбус-2000» и взлетел. Паря над замком, он видел, как Снейп, перейдя на бег, исчез в лесу. Гарри последовал за ним.
Чаща была настолько густой, что Гарри не мог понять, в каком направлении движется Снейп. Он кружил над лесом, спускаясь все ниже и слегка задевая верхние ветви деревьев, пока не услышал голоса. Он бесшумно приземлился на высокий бук.
Крепко зажав метлу под мышкой, он осторожно уселся на одну из ветвей, пытаясь разглядеть сквозь листву, что происходит.
Внизу, на тенистой прогалине, стоял Снейп, но не один. С ним был Квиррелл. Лица последнего Гарри не было видно, но заикался он сильнее обычного. Гарри напряг слух.
— …н-не знаю, почему вы решили в-в-встретиться им-менно здесь, С-северус…
— О, я подумал, что нам стоит поговорить наедине, — ледяным тоном отозвался Снейп. — В конце концов, студентам не положено знать о Философском Камне.
Гарри чуть наклонился. Квиррелл что-то невнятно бубнил. Снейп перебил его.
— Вы уже выяснили, как приструнить зверушку Хагрида?
— Н-н-но, С-северус, я…
— Вам не нужен такой враг, как я, Квиррелл, — произнёс Снейп, шагнув к нему.
— Н-не знаю, чт-то вы…
— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду.
Поблизости громко заухала сова, и Гарри чуть не свалился с дерева. Он успел взять себя в руки, как раз когда Снейп договаривал:
— …ваши фокусы. Я жду.
— Н-н-но я н-не…
— Очень хорошо, — оборвал его Снейп. — Скоро мы ещё побеседуем, — у вас будет время поразмыслить и расставить приоритеты.
Он набросил на голову капюшон и удалился. Уже почти стемнело, но Гарри ясно видел Квиррелла, — тот стоял неподвижно, словно оглушённый.
— Гарри, где ты был? — пищала Гермиона.
— Мы победили! Ты победил! Победа! — орал Рон, хлопнув Гарри по спине. — А я подбил Малфою глаз, а Невилл в одиночку пытался справиться с Крэббом и Гойлом! Правда, он всё ещё без сознания, но мадам Помфри говорит, что с ним всё будет в порядке. Все ждут тебя в гостиной, у нас там небольшой пир, — Фред с Джорджем стащили из кухни пирожков и всяких вкусностей…
— Не до того сейчас, — покачал головой запыхавшийся Гарри. — Пошли найдём пустую комнату, я вам такое расскажу…
Прежде чем захлопнуть за собой дверь, он убедился, что в комнате нет Брюзга, — и затем поведал друзьям обо всём.
— Мы были правы, это Философский Камень, и Снейп хочет, чтобы Квиррелл помог ему. Он спросил, знает ли Квиррелл, как пробраться мимо Пушка — и ещё сказал что-то про «фокусы» — думаю, кроме Пушка, у Камня есть и другая защита — наверное, какие-то чары — и Квиррелл, должно быть, сам наводил какие-то из них, а Снейпу нужно их преодолеть…
— Ты хочешь сказать, что Камень в безопасности лишь до тех пор, пока Квиррелл сможет противостоять Снейпу? — в ужасе уточнила Гермиона.
— Тогда Камень исчезнет к следующему вторнику, — заключил Рон.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯНОРБЕРТ, НОРВЕЖСКИЙ ГРЕБНЕСПИН
Однако Квиррелл, видимо, оказался куда храбрее, чем они полагали. В течение следующих недель он бледнел и худел, но, судя по всему, не сдавался.
Каждый раз, проходя мимо коридора на третьем этаже, Гарри, Рон и Гермиона прижимались ухом к заветной двери, проверяя, слышен ли за ней рык Пушка. Снейп расхаживал по замку в дурном настроении, — так что Камень точно был в безопасности. Теперь, встречаясь с Квирреллом в коридорах, Гарри ободряюще улыбался ему, а Рон стыдил всякого, кто смеялся над заиканием профессора.
У Гермионы, впрочем, были заботы и помимо Философского Камня. Она начала составлять расписания внеклассных занятий и выделять все записи разными цветами. Гарри и Рон бы не возражали, но она чуть ли не заставляла их делать то же самое.
— Гермиона, до экзаменов целая вечность.
— Десять недель, — парировала та. — Это не вечность, а для Николаса Фламеля и вовсе как одна секунда.
— Но нам не по шестьсот лет, — напомнил ей Рон. — И вообще, тебе-то зачем всё повторять, ты и так знаешь всё на «отлично».
— Зачем повторять? Ты рехнулся? Ты понимаешь, что мы должны сдать эти экзамены, чтобы перейти на второй курс? Это очень важно, мне нужно было начать готовиться ещё месяц назад, не знаю, что на меня нашло…
К несчастью, учителя рассуждали так же, как и Гермиона. Они неустанно нагружали их домашней работой, так что пасхальные каникулы выдались далеко не такими весёлыми, как рождественские. Трудно расслабиться, когда Гермиона рядом цитирует двенадцать способов применения крови дракона или отрабатывает движения палочкой. Зевая и стеная, они проводили большую часть свободного времени с ней, в библиотеке, пытаясь продраться сквозь дебри домашней работы.
— Я никогда не запомню, — не выдержал однажды Рон, отшвыривая перо и тоскливо глядя в окно. Впервые за несколько месяцев выдался действительно погожий денёк. Небо было ясным, незабудково-голубым, а в воздухе ощущалось приближение лета.
Гарри искал ясенец в «Тысяче магических растений и грибов» и не поднимал голову, пока не услышал возглас Рона:
— Хагрид! Ты-то как тут оказался?
Хагрид прошаркал к ним, пряча что-то за спиной. В своём кротовом пальто он был здесь совершенно не к месту.
— Я-то… просто посмотреть кой-что, — как-то уж очень неуверенно ответил он. — А вы чего здесь делаете? — он вдруг подозрительно глянул на них. — Вы, часом, не Фламеля всё ищете?
— Да мы сто лет назад выяснили, кто он такой, — авторитетно заявил Рон. — А ещё мы знаем, что стережёт пёс — это Философский Ка…
— Чшшш! — Хагрид беспокойно огляделся по сторонам. — Ты чего кричишь-то?
— Мы, если честно, хотели тебя кое о чём спросить, — вспомнил Гарри, — в смысле, кто охраняет Камень, кроме Пушка…
— Чшшш! — снова шикнул Хагрид. — Слухайте — приходите ко мне попозже, не обещаю, что расскажу всё, но нельзя трещать об этом здесь, студентам не положено знать. Они решат, что я вам разболтал…
— Тогда увидимся позже, — согласился Гарри.
Хагрид потопал прочь.
— Что он такое прятал за спиной? — задумчиво спросила Гермиона.
— Может, что-то, связанное с Камнем?
— Пойду-ка посмотрю, в какой он был секции, — решил Рон, которому занятия уже поперёк горла стояли. Он вернулся минутой позже, с кипой книг в руках, и сгрузил тома на стол.
— Драконы! — прошептал он. — Хагрид искал материал о драконах! Смотрите: «Драконы Великобритании и Ирландии», «От яйца к преисподней: помощник драконовода»…
— Хагрид всегда мечтал о драконе, он мне об этом говорил, ещё когда мы только встретились, — не удивился Гарри.
— Но это противозаконно, — пояснил Рон. — Разведение драконов было запрещено конвенцией чародеев 1709 года, это всем известно. Трудно скрываться от магглов, держа дракона на заднем дворе, — да по-любому, это опасно, дракона же нельзя приручить. Видел бы ты, какие ожоги заработал Чарли, изучая диких драконов в Румынии.
— Но ведь в Британии нет диких драконов? — с надеждой спросил Гарри.
— Конечно, есть, — просветил его Рон. — Уэльский зелёный и гебридский чёрный. И прятать их — работа у Министерства ещё та, скажу я тебе. Нашим приходится накладывать заклятия Забвения на магглов, которые видели драконов.
— Так что же всё-таки задумал Хагрид? — покачала головой Гермиона.
Постучав часом позже в дверь хижины, они с удивлением обнаружили, что шторы задёрнуты. Хагрид напряжённо спросил: «Кто тама?», прежде чем впустить их, и затем быстро захлопнул за ними дверь.
Внутри было невероятно душно. Несмотря на то, что день и так был тёплый, в камине пылал огонь. Хагрид заварил чай и предложил бутерброды с мясом горностая, — от последних они отказались.
— Ну дык, вы хотели мя о чём-то спросить?
— Да-да, — живо ответил Гарри. Не было смысла ходить вокруг да около. — Мы тут думали, может, ты нам расскажешь, что защищает Камень, кроме Пушка?
Хагрид нахмурился.
— Конечно, нет, — отрезал он. — Нумер раз, я и сам не в курсе. Нумер два, вы и так уже знаете слишком много, так что я бы не сказал вам, если бы и мог. Этот Камень здесь не просто так. Его чуть не стащили из «Гринготтса» — я так понимаю, вы всё разузнали? Хоть убейте, не знаю, откуда вам известно про Пушка.
— Да ладно тебе, Хагрид, ты, может, и не хочешь нам говорить, но ты ведь знаешь, ты знаешь обо всём, что происходит в замке, — вкрадчиво возразила Гермиона. Борода Хагрида шевельнулась, — лесник наверняка улыбался. — Мы просто хотели понять, кто именно охраняет Камень, — продолжала Гермиона. — Нам интересно, кому так доверяет Дамблдор, — кроме тебя, конечно.
При последних её словах Хагрид приосанился. Гарри и Рон мысленно аплодировали Гермионе.
— Ну, наверн, ничаво страшного, ежели я вам расскажу… дайте-ко подумать… я одолжил ему Пушка… потом некоторые учителя установили чары… профессор Саженс, профессор Флитвик, профессор Макгонаголл, — он загнул три пальца, — профессор Квиррелл — и сам профессор Дамблдор, конечно. Погодите, кого-то забыл. Да, точно — профессор Снейп.