Я сосредоточил энергию в голове, ускорил сознание и начал выстраивать образ «контракта».
Итак, чего я вообще хочу добиться? Нужно создать общество волшебников, которые сами будут пытаться развить свои способности, как через создание новых заклинаний и других способов волшебного воздействия, так и за счёт прямого обращения к Системе и выполнения всех её прихотей. Естественно, эти маги-волшебники должны быть высокоморальными индивидами, но только с точки зрения Системы. Жрать младенцев живьём им никто не запрещает, если только это не младенцы редких полезных для Системы подвидов людей. Высокоморальность должна заключаться в том, что интересы Системы у этих магов всегда должны быть на первом месте. А вот осознанного понимания того, в чём же эти интересы заключаются, им не надо. Обойдутся.
В общем, требуется воспитать ядро следующего поколения улучшенных волшебников и дать им возможность развиваться и размножаться дальше. И самый первый самый перспективный подопытный сейчас лежит прямо передо мной. Это Гарри Поттер. В будущем он станет ключевой фигурой во множестве важных событий, а потому сможет влиять на судьбу всего мира, следуя естественной природе вещей! Последние три слова были чуть ли не высшей религиозной ценностью для Системы. Она от таких ситуаций чуть ли не оргазмировала. Потому что делать ничего не надо, а оно само всё работает, как завещал Творец.
В общем, картина будущего величия ясна и очевидна, за исключением одной мелкой детали — нужно предотвратить преждевременное раскрытие моих планов, связав Поттера и вот этого кота узами фамильяра. А заодно можно разместить в магическом ядре кота крестраж Гарри Поттера в качестве страховки на случай, если тот скопытится раньше времени. То есть раньше, чем отработает на Систему все вложенные в него ресурсы.
Я же, как архитектор и руководитель всего этого плана по возрождению магов-волшебников, должен получить административный доступ к реальности, чтобы суметь в нужные моменты подправлять естественное течение событий в нужную сторону, не допуская катастроф, аварий и перекосов в работе Системы. Я в ближайшей округе единственный такой специалист, а потому — лучший возможный выбор.
Сформировав все эти мысли в один «пакет информации», я открыл Сахасрара-чакру и вытолкнул это послание навстречу вниманию Системы. Она с радостью сожрала подношение и задумалась. А через секунду поток внимания ко мне усилился в десять раз. Я не стал сопротивляться ему, а превратился в идеальный проводник воли Системы, позволяя ей влиять на окружающий мир через моё астральное и физическое тела. Но вместе с тем, моё сознание оставалось за границами этого процесса. Я проводил воздействие, но не был его целью или частью.
Магическая энергия, скопившаяся в моём теле, вырвалась наружу и окутала Поттера и кота. Яркий золотой свет пролился на меня сверху, а на полу под ногами возник магический круг с золотым узором невероятной сложности. Послышался звук голосов, произносящих заклинания на неведомом языке, недоступном для понимания простых смертных, а потом… всё прекратилось, и я грохнулся со стула, судорожно глотая воздух. Сердце заполошно билось в груди, кровавая муть застилала взор, а тело подёргивалось в судорогах от прошедшей через него мощи.
1.06 Кража Века
В себя я пришёл только минут через десять. Поттеру и Мистеру Лапке было проще — они как лежали на постели, так и отрубились, не успев даже мяукнуть напоследок. Поднявшись на ноги, я подошёл к зеркалу и осмотрел себя. От уголков глаз по всему лицу проходили полосы от кровавых слёз. Волосы до сих пор стояли дыбом, потрескивая от статического электричества. Хорошо хоть не поседел и не облысел. Хотя с таким экстримом до этого недалеко уже. Нужно пойти умыться и заесть стресс. Чего-то меня уже не тянет заниматься магией и спасением Вселенной. Самому ноги не протянуть бы.
Через час мы втроём, то есть я, Гарри и кот, знакомились с моими родителями, которые нагрянули домой как раз в тот момент, когда мы уже заканчивали ужинать. Пришлось мне сочинять слезливую, но почти правдивую историю о том, что моего друга злобные Дурсли морят голодом, а его кота вообще на улицу выгнали. Предки повздыхали и распечатали стратегические запасы колбасы, дабы откормить двух задохликов. И если Поттер под это определение подходил полностью, то лоснящийся сытый кот едва ли. Что не помешало ему съесть больше колбасы, чем я и Поттер вместе взятые.
Под конец, я проводил Гарри и кота до окрестностей парка и вернулся домой. Из-за дневного сна режим у меня сбился, и мне пришлось до двух часов ночи читать книжки по рунической магии. Начал я с книжки для детей, и не успокоился, пока не прочитал её от корки до корки. Уж больно информация там была полезная и интересная.
А утром, которое наступило для меня около полудня, Гарри позвонил мне на домашний телефон и сообщил о том, что письмо у него, и он его даже прочитал. Забив стрелку в парке, я умылся, позавтракал и пошёл на встречу.
— Ну что, рассказывайте. — Обратился я к Поттеру и его коту, которого тот расчёсывал массажной щёткой. Кот балдел, и его хозяин балдел вместе с ним.
— В общем, я вчера выяснил, что могу видеть и слышать то, что видит Мистер Лапка. Я как раз спать лёг и подумал, что уж больно странный сон мне снится, что я стал котом и живу в доме у мисс Фигг. А потом туда пришёл этот… Дамблдор. — С этого момента рассказ меня заинтересовал. — Весь такой в халате с бородой. И давай расспрашивать мисс Фигг о том, как я живу. Посокрушался, что Дурслей посадили, но сказал, что свою задачу они всё равно выполнили. Так что завтра он пришлёт мне письмо, а Фигг должна проследить, как на него отреагирует Петунья.
На этом былинный сказитель Поттер прервался, вычёсывая кота и набивая себе цену. Но я не повёлся на этот развод и сделал вид, что мне вот ну ни капельки не интересно.
— После этого старик ушёл, а утром вместе с почтой подкинули письмо из школы. Но я его сразу под половик закинул, и тётя его не увидела. А через полчаса достал письмо и прочитал. Там этот Альбус-много-имён писал, что я типа зачислен в школу и всё такое. И в конце сказано, что они ждут мою сову. Что за сова, я так и не понял.
— Совы у волшебников почту носят. Ну, как почтовые голуби, но только совы.
— И где мне эту сову взять? Родить, что ли?
Кот посмотрел на возмущённого Поттера и хитро зевнул, всем своим видом показывая, насколько он умнее тупого хозяина.
— Так в том и суть. Они и не ждут, что ты сможешь отправить письмо с совой. А потом предъявят претензии, что как же так, молодой человек, вам же зелёным по грязно-жёлтому написали, что ждём сову. Я вот что думаю, Дамблдор так просто от тебя не отстанет. Ему же нужно, чтобы Петунья накричала на тебя и запретила заниматься магией. Так что завтра он наверняка пришлёт ещё письмо. Или даже парочку. Или вообще мешок. А мы сделаем ход конём.
— Чем? — Не понял моего афоризма Поттер. Ну да. Это же фраза из русской культуры.
— Лошадью.
— Какой лошадью? Волшебной? Её с письмом отправим?
Я представил себе эту картину и заржал как лошадь. Открывает Дамблдор утром окно, а в него залетает запущенный из катапульты конь с письмом в пасти. Вот это был бы номер.
— Эх ты, темнота. Сделаем неожиданный ход. Пойдём и сами купим тебе всё, что нужно для школы. А когда к тебе придёт представитель Хогвартса, ты скажешь, что, как чистокровный потомственный волшебник, уже давно сам всё купил.
— А деньги где взять? Там такой список. И котлы, и телескопы, и жаба.
— Жаба тебе не нужна, у тебя уже кот есть. — Отмахнулся я. — А деньги возьмём в банке. У тебя там должен быть открыт детский счёт, в котором как раз деньги на обучение лежат. Это такая традиция у чистокровных магов. Как только родился ребёнок, они сразу хлоп и деньги в банк кладут на детский счёт. Чтобы, значится, если все резко копыта отбросят, то ребёнок не остался без образования.
— Что за копыта?
— Ну от лошади которые.
— Чего?
Что-то у Поттера совсем всё сложно с чувством юмора. Ничего, будем дрессировать.
— Когда коровы или лошади собираются умирать, они предварительно отбрасывают копыта. После этого их уже можно не лечить. Поэтому и говорят про человека, что он отбросил копыта, то есть умер.
— А-а-а. Понятно.
— В общем, сейчас нужно будет собраться, и поедем в Косой Переулок. Только кота с собой не возьмём. У нас будет тайная операция, как у настоящих шпионов. А кот — это улика.
— Ну, ладно. — Протянул Гарри с сомнением.
Кот сердито махнул хвостом, но возмущаться не стал.
— И вот ещё что. Чтобы никто раньше времени не догадался, что ты Гарри Поттер, нужно будет замаскировать тебе шрам. И будем говорить всем, что ты мой троюродный племянник Коннор Маклауд. И очки тебе надо будет сменить. А то ты на всех плакатах в этих уродливых круглых очках.
— А в банке как?
— А в банке гоблины. Они не имеют привычки обсуждать дела клиентов со всеми подряд.
— Какие гоблины? — Вылупился на меня Поттер так, что это даже в очках было видно.
— Страшные, коварные и бешеные. Самое то для работников банка.
— Да ты издеваешься?
— Нет, конечно. Вот придём в банк и сам всё увидишь. Главное, улыбаться гоблинам пошире и делать вид, что ты весь такой крутой. И молчать. А я уже с ними договорюсь, чтобы они деньги тебе отдали. Ладно, чего лясы точить. Пошли уже. Время — деньги.
Я сгонял домой и взял сумку, в которую запихал два комплекта школьной одежды. Эти комплекты включали и прикольные шапочки, которые должны были скрывать шрам Гарри. Да и выглядели мы из-за одинаковой одежды более похожими, что должно было помочь моей легенде о непутёвом троюродном племяннике.
Переодевшись в парке, мы выбрались на дорогу, идущую мимо него в стороне от Литтл-Уингинга. Это было новое шоссе, проложенное буквально пару лет назад, чтобы разгрузить соседние магистрали. Я запомнил претензии кондуктора к качеству дороги, так что выбрал самую благоустроенную дорогу на шесть полос. А ещё, люди пока не привыкли этой дорогой пользоваться, и транспорта тут было немного.