Во время обеда по школе разнеслась новость — Поттера и Малфоя взяли в сборную Гриффиндора на роли ловца и загонщика.
— Дункан, не хочешь занять место второго загонщика? — Насел на меня Малфой. — Я поговорю с Оливером, и тебя возьмут. — Попытался изобразить он покровительственный тон.
— Не, это вы без меня как-нибудь. Это вам делать нечего. Вот вместо того, чтобы хулиганить, будете тренироваться по четыре часа три дня в неделю. А у меня и так дел полно.
— В этом году нам обязательно нужно победить, так что тренировки будут четыре раза в неделю по пять часов. — Заметил со своего места довольный Оливер Вуд.
— Что?!! — Шокировано выкрикнули два будущих чемпиона.
Я на это коварно улыбнулся.
— А вдруг у меня не получится? — Попытался дать задний ход Поттер.
— Не беспокойся. Квиддич у тебя в крови. — Самоуверенно заявила Гермиона. — Твой отец был ловцом во время обучения в Хогвартсе. Я тебе потом покажу кубок с его именем.
После обеда у нас было ещё две пары: травология и зельеварение. Нагрузки постепенно повышались, и теперь у нас зачастую было по восемь уроков в день. Ошалевшие от уроков, мы выбрались из подземелий. Поттер напомнил Грейнджер об обещании, и мы вчетвером пошли смотреть на кубок. Я уже мысленно был в библиотеке, но решил не отрываться от коллектива. Всё-таки кубок с именем отца — это важный эмоциональный якорь для Поттера, и в такие моменты стоит быть рядом с ним. Чтобы потом, вспоминая счастливые моменты жизни, он понимал, что в каждом из них я был поблизости. Немного эгоистично с моей стороны, но приложенные сейчас усилия в будущем позволят мне влиять на решения «героя Магической Британии».
После посещения зала наград мы направились в Башню Гриффиндора по необычному маршруту. И так уж получилось, что путь наш пролегал мимо входа на третий этаж — тот самый, куда был запрещён вход. И конечно же, по закону подлости, то есть с подачи Дамблдора, нужная лестница начала поворачиваться, едва мы зашли на неё. А когда мы вышли на лестничную площадку у входа на третий этаж, лестница тут же свалила прочь, оставив нас рядом с ничем не огороженным обрывом в пропасть.
— И что теперь делать? — Грустно поинтересовался Гарри, провожая лестницу обиженным взглядом.
— Это же третий этаж! — Возбуждённо зашептал Малфой. Он уже несколько раз предпринимал попытки посетить запретное место, но не смог до него добраться.
— Тот самый запретный этаж, где нас ждёт мучительная смерть? — Уточнил я. — Пошли посмотрим, что там.
— Нам же запрещено туда заходить. — Подала голос разума Гермиона, тем не менее стараясь пройти первой, чтобы первой же всё увидеть.
— Можешь остаться тут и ждать, пока не вернётся лестница. — Оттеснил её от двери Малфой, первым пробираясь в запретную область.
— Вау! Вот это обстановочка. — Подивился Гарри, когда мы вошли в тёмный коридор. По углам и на статуях скопилось огромное количество пыли и паутины. Создавалось впечатление, что уборкой тут не занимались уже лет сто.
— Интересно, тут есть сокровища? — Подал я идею, настраивая юных расхитителей гробниц на нужный лад.
Но не успели мы отойти от входа на этаж и пяти метров, как из освещённого проёма двери позади нас выскочила кошка Филча.
— Мяу! — Сказала она довольным голосом.
— Это кошка Филча. — Тут же опознал любовницу своего питомца Гарри. — Значит, завхоз где-то рядом.
— Бежим! — Добавила паники Гермиона, которая категорически не хотела попадать на отработки.
Мы всей компанией рванули прочь, летя по едва освещённому коридору. Свет солнца не доходил до этих помещений, поэтому единственным освещением тут были едва заметные блики света на стенах. Никаких поворотов в округе не наблюдалось, так что довольно быстро мы добрались до конца коридора и закрытой двери.
— Закрыто. — Подёргал ручку Малфой. — Нам конец!
— Отойди. — Пихнула его в сторону Гермиона, отыгрываясь за сцену на входе. — Можешь остаться тут и принести себя в жертву завхозу. А меня таким не остановить. Алохомора!
Замок клацнул, и дверь немного приоткрылась. Непуганные школьники тут же рванули вперёд, а я пропихнул их сзади, гарантируя, что никто не пройдёт мимо этого небольшого приключения.
— Всё, спасены! Колопортус. Импедимента. Петрамуро. Юнитатес Атернам. Теперь эту дверь точно никто открыть не сможет.
— Ду-ду-дункан! — Прошипел заикающийся от страха Малфой. — Тут собака. Открывай дверь.
— Ну, собака, ну и что? Кинь ей косточку. — Ответил я оборачиваясь.
— Чью?
— Свою. Бедренную. Вместе с ногой. — Усмехнулся я, оттесняя паникующих школьников в стороны и рассматривая щенка трёхглавого цербера. — Думаю, милая собачка оценит этот акт самопожертвования.
Собачка открыла глаза, шумно принюхалась и зарычала, поднимаясь на ноги. Даже лёжа она была больше двух метров в холке. А поднявшись, начала царапать спиной потолок на высоте четырёх метров.
— Лежать! — Скомандовал я чётким уверенным голосом.
Увы, цербер не оценил артистизма моей речи и бросился на меня разевая пасть. В ответ я приложил животину ударом Депульсо. Хоть и с сопротивлением, но заклинание сработало, откидывая цель назад и ударяя её о стену.
— Как всё запущено. Что ж, будем дрессировать. — Улыбнулся я под дикие визги школьников, сопровождаемые заполошным лаем «собачки».
Через час забитая собака уже уверенно исполняла мои команды «лежать», «сидеть» и «стоять». А в комнате добавилось строительного мусора, в который превратились стены после того, как псина пролетела из угла в угол пару сотен раз.
— Ну вот, а вы боялись. — Самодовольно посмотрел я на забившихся в дверную арку школьников.
Стоило мне отвернуться, как цербер сделал очередную попытку сожрать меня, но закончилась эта попытка так же, как и две сотни предыдущих — коротким, но стремительным полётом монстра до ближайшей стены.
— Надо наградить собачку и накормить её косточкой с мясом. У кого-нибудь есть лишнее бедро? Нет? Ладно, своим обойдусь.
С этими словами я вытащил из сумки огромный окорок с костью. Это была целая задняя нога коровы. Чтобы достать такую, пришлось «ограбить» мясокомбинат, потому что в магазины такие ноги попадали уже порубленными на куски, а то и вовсе без костей. Пушок принял моё подношение с энтузиазмом. Для него этот окорок был как куриный окорочок для волкодава: вкусно, но мало.
— Ну теперь-то мы можем уже выйти отсюда? — Поинтересовался поседевший Малфой.
Они втроём уже битый час пытались открыть дверь, но так и не смогли пересилить моего заклинания вечного приклеивания, после которого дверь и окружающие камни стали единым целым на молекулярном уровне.
— А как же сокровища? — Задал я провокационный вопрос.
— Какие сокровища? — Вяло поинтересовался Поттер, наблюдая за цербером, грызущим уже обглоданную кость.
— Ну ты сам подумай. Зачем ещё нужно было размещать этого монстра в покинутом запретном коридоре? Конечно в качестве охранника. Вон, смотри, люк в полу. Наверняка, под ним целая гора золота. Никто не хочет пройти и хотя бы одним глазком глянуть, что там такое спрятано? Никто? Ну что вы скучные такие? Драко, вперёд!
Я вытолкнул Малфоя прямо под оскаленную пасть цербера, который уже догрыз кость и принюхивался к нам. Ничему тупая животина не учится. Память у неё как у золотой рыбки.
— А-а-а-а! Нет. Вон, пусть Поттер идёт. Он тёмного лорда пережил. Уверен, ему и с этой собакой повезёт. — Отказался он от этой чести, впихивая вперёд героя Магической Британии. — Отделается ещё одним шрамом на лбу.
— Сидеть! — Скомандовал Гарри.
Ко всеобщему удивлению, цербер выполнил этот приказ. Судя по роже, даже он сам был удивлён подобным развитием событий. По крайней мере две крайние головы с удивлением косились на довольную среднюю, которая взирала на Поттера с лёгким радостным повизгиванием.
— Думаю, он хочет, чтобы ты спел ему песенку. — «Перевёл» я эти собачьи нежности на человеческий.
— Уверен?
— Спой, птичка, не стыдись. Ну вот так, вот так. — Начал я перебирать струны гуслей, которые только что вытащил из сумки. Зная об уязвимости цербера перед музыкой, я озаботился несколькими вариантами ненасильственного получения доступа к люку.
— Гхм-гхм-гхм. — Прокашлялся гениальный оперный певец Поттер под заинтересованными взглядами голодных слушателей. — Давным-давно я не давил кишки наружу. Давным-давно кишки наружу не давил. И вот совсем недавно обнаружил, что я давно кишки наружу не давил.
Эту песенку в вольном переводе на английский я напевал во время посиделок в парке ещё в самом начале нашего общения с Гарри. И вот, поди ж ты, запомнил. Цербер тут же успокоился и прилёг поспать. Хотя вокальные данные Поттера оставляли желать лучшего, аккомпанемент на гуслях сыграл свою роль.
— Продолжай. — Прошипела Гермиона на ухо Гарри, стоило тому замолчать.
— Я дальше слов не помню. — Так же тихо прошипел тот в ответ.
— Драко, твоя очередь радовать нас вокальными данными. — Решил продолжить я концерт по заявкам слушателя. Слушатель недовольно заворчал во сне, что подстегнуло мыслительный процесс блондина в нужном направлении.
— Спи моя радость, усни-и-и. В доме погасли огни-и-и. Рыбки утопли в пруду. Кошки застыли в гробу. — Начал он скатываться в какую-то чёрную меланхолию. — Звёзды на небе блестят. Волки в окошко глядят. Глазки навеки сомкни. В могиле кровавой усни. Спи-и-и, усни-и-и. Спи-и-и, усни-и-и.
Если ему подобные колыбельные в детстве пели, то неудивительно, что Малфой таким психом вырос. Скорее удивляться надо, почему он ещё вполне адекватный.
— Гермиона, твоя очередь. — Передал я «право голоса». — Он уже почти уснул.
Девочка возмущённо посмотрела на меня, но потом смирилась и вышла вперёд.
— Тили-тили-бом, закрой глаза скорее. Кто-то ходит за окном, и стучится в двери. Тили-тили-бом, кричит ночная птица. Он уже пробрался в дом к тем, кому не спится. Тили-тили-бом. Ты слышишь кто-то рядом. Притаился за углом, и пронзает взглядом. Тили-тили-бом. Всё скроет ночь немая. За тобой крадётся он, и вот-вот поймает.