лнено в своём стиле, что делало меня похожим на малолетнего вора, натырившего красивые цацки по карманам. А ещё, все вместе они тянули магию с такой скоростью, что почти перекрывали реген от крестража. Так что я оставил только защиту от легилиментов, маскировку ауры и персональный щит, остальное спрятав до лучших времён.
На этом я закончил с основными покупками и смог сосредоточиться на самом главном — книгах.
Всё в том же секонд-хенде я купил сборник защитных и атакующих заклинаний. В нём не было ничего запретного, только светлая добрая магия, разрешённая министерством. Но и этого хватало, чтобы расчленить противника на куски, а потом избавиться от этих кусков и замести следы. А уж наличие в сборнике магло-отталкивающих чар, Конфудуса и Обливейта делало его незаменимым для любого волшебника, имеющего дело с маглами.
Подобрав ещё парочку книг по теории магии, я наткнулся на древний талмуд, в котором описывалась технология создания волшебных палочек.
— Сколько стоит? — Спросил я у продавца, стряхивая пыль с обложки книги под названием «Создай свою волшебную палочку».
— Пятнадцать галеонов. — Махнул рукой тот.
— Чего так дёшево? — Удивился я, просматривая страницы, наполненные схемами и графиками.
— Чтобы разобраться в том, что тут написано, нужно быть мастером рунной магии.
— А книги по рунам есть?
— Сейчас посмотрю. Недавно почти всё выгребли по этой теме.
Через пять минут я смог стать обладателем ещё двух книг: «Руны для малышей» 1789 года издания и «Рунические схемы заклинаний: как создать своё заклинание и прославиться в веках». За последнюю пришлось выложить ажно три сотни галеонов.
Эта покупка подкосила мой бюджет, и после неё я отправился в книжный магазин «Флориш и Блоттс», чтобы прикупить несколько книг, одобренных министерством. Каждая книга в этом магазине имела соответствующую печать министерства на первой странице. Правда, на некоторых не самых популярных образцах это были печати ещё позапрошлого века. Тут я приобрёл недостающие книги по рунической магии, том по нумерологии, пару книг по законам и традициям магического мира, книгу о магических животных и сборник бытовых заклинаний, толщиной под двадцать сантиметров. В последней книге было всё, необходимое магу для выживания в любом окружении, начиная с джунглей Амазонки, и заканчивая лунной поверхностью. И надо сказать, это выживание должно было быть весьма комфортным, за что отвечала чуть ли не треть всех чар в сборнике.
Закончив с покупками, я завалился в кафе Фортескью и заказал себе мороженое. Само кафе, может, и было чем-то выдающимся с точки зрения магов, а вот на мой непритязательный магловский взгляд было той ещё сраной дырой. Лет триста назад оно отлично выделялось бы на фоне убогих крестьянских лачуг. Но в конце двадцатого века такое оформление постеснялись бы оставить даже в самой дешёвой рыгаловке. Единственным, что заставляло меня смириться с обстановкой, было мороженое — настоящий стопроцентно натуральный продукт, созданный по «многовековой технологии». Ни одно современное мороженое не могло сравниться с ним. Ведь тут не использовались красители, загустители, консерванты и вкусовые добавки. Всё то, чего маглы добивались с помощью химии, тут было результатом использования редких и качественных ингредиентов.
Поглощая уже третью вазочку с мороженым, я думал, что делать с преследователями, которые уже почти час сидели у меня на хвосте, внимательно следя за моими покупками. Потраченная мной сумма наверняка возбуждала сознание местных бомжей идеей получения лёгкой прибыли. В конце концов, тысяча галеонов — это внушительная сумма по меркам как маглов, так и волшебников. Да и чисто визуально тысяча галеонов — это приличная груда золота. Над такой начать чахнуть не стыдно.
Отложив в сторону ложечку и отодвинув уже пустую вазочку из-под мороженого, я перешёл к активным действиям. Первое — это отвод глаз. Не волшебный, а магический. Я уплотнил свою ауру и начал проявлять в ней качество выхода за грань реальности.
Вообще, под понятием «качество объекта» в истинной магии имелось в виду проявление некоторой абстрактной идеи о том, каким этот объект является. Например, основное качество воды заключается в том, что она жидкая. И мокрая. Можно было рассматривать воду как физический объект, а можно было видеть в ней некий ментальный образ. Своего рода повседневное представление людей о том, что такое вода и какой она бывает. И вот эта собирательная «идея воды» имела не меньшее влияние на реальность, чем её физико-химические свойства.
Сейчас я начал придавать своей ауре качество объекта, существующего за границей реальности. В сознании людей имеется инстинктивное представление о том, чем является «реальность». «Нереальность» же не существовала сама по себе, но являлась отрицанием реальности. Любая человеческая мысль и концепция существует внутри нашего мира, а потому стоило вам что-то представить себе, как оно становилось «законной» частью мироздания. Я же напирал на ощущение «незаконности» происходящего. Или даже скорее «беззакония».
В результате этого воздействия я «проваливался» в пространство с изменёнными законами бытия. Или можно сказать, что я «вываливался» из нашего мира. Конечно же, реальный переход в другое измерение мне не требовался. Но даже намёки на него заставляли окружающих отводить от меня взгляд. Ведь вглядываясь в меня, они получали в своё сознание «заряд» законов бытия другого мира. В результате, уже их сознание начинало работать по изменённым законам, из-за чего мысли у людей путались или вообще останавливались. Местные непуганные волшебники по сути были маглами с палочками, а потому противопоставить такому воздействию могли немногое. Законы магии менялись вместе с законами всего мира, а потому и заклинания начинали сбоить.
Неощутимой тенью я выскользнул из-за стола и вышел из кафе. На столике осталась оплата за последнюю порцию мороженого. Люди не просто не замечали меня, когда я проходил мимо, а наоборот отворачивались или показательно игнорировали. Народу на улице уже было порядочно, так что мне приходилось вилять в толпе, чтобы двигаться вперёд. Двое «наблюдателей» отвалились сразу же, даже не заметив моего ухода из кафе. Один потерялся в толпе. Но последний самый упорный бомж преследовал меня, не отводя глаз. Что ж, он сам напросился.
Я проскользнул через Дырявый Котёл и вышел в Лондон. Отойдя от бара на сотню метров, я подошёл к проезжей части и поднял палочку вверх. Конечно же, ничего не произошло, и автобус так и не появился. Но зато я увидел кривую ухмылку на лице бомжа, что шёл метрах в двадцати за моей спиной. Посмотрев ему в глаза, я спрятал палочку и опрометью бросился бежать прочь. Тот не разочаровал меня и побежал следом, лавируя между прохожими. Простые смертные не обращали на нас внимания. Волшебник находился под магло-отталкивающими чарами, а я вообще выпадал из восприятия людей. Сейчас я уже частично находился в «параллельной реальности». Чем-то это напоминало «уход в сумрак» из книг Лукьяненко. И наивный бомж уходил в сумрачное измерение вслед за мной, даже не замечая этого.
Свернув в ближайший переулок, я оказался в безлюдном закутке между домами. В отличие от Петербурга, в Лондоне люди попадали во дворы не через арки тоннелей, а через вот такие вот узкие проходы. Стоило моему преследователю добежать до угла, как он вскинул палочку и выкрикнул:
— Ступефай!
Это был самый опасный элемент моего плана. Ещё на подлёте я начал «раздербанивать» заклинание, разрушая его структуру. А потом оно столкнулось с защитным амулетом и погасло, не причинив мне вреда. Но я запнулся и свалился на землю, перед этим успев развернуться лицом кверху, так что смог из-под опущенных век наблюдать за приближением бомжа.
— Вот ты и попался, мелкий паршивец. — Довольно высказал бомж, подходя поближе. — Акцио сумка!
Увы, к разочарованию грабителя, моя сумка и не подумала влетать ему в руки. Заклинание он бросил слабенькое, и я «выпил» всю энергию из него ещё на подлёте. Выругавшись, бомж подошёл ко мне вплотную и наклонился. Этот момент я и выбрал для атаки. Кинжал легко скользнул из рукава мантии в руку. Резкое движение рукой, одновременно с подъёмом на ноги, и лезвие вошло прямо в поджелудочную железу жертвы. После этого я сделал рывок рукой в сторону, рассекая брюшную полость. Бомж завизжал и начал заваливаться вперёд. Я выскользнул из-под его левой руки, зашёл за спину, схватился за волосы левой рукой и резким движением проткнул горло насквозь. А ещё один рывок кинжалом «от себя» распорол горло, выпуская наружу поток крови из артерий.
Бомж рухнул на землю, содрогаясь в конвульсиях. Палочка вылетела у него из руки, лишая малейших шансов на выживание. Но мне этого было мало. Стряхнув кровь с клинка, я спрятал его в ножны, наклонился над телом и приложил руку к спине бомжа, накладывая на него метку жертвы.
Жизнь уже покидала это тело, но душа всё ещё была связана с ним. Это был идеальный момент, когда душа была уязвимее всего. Именно ради таких моментов и устраивают жертвоприношения на алтарях. У меня алтаря не было, но жертва была на загляденье. Отойдя на пару шагов назад, я приступил к ритуалу. Или можно сказать, к процедуре. Я сконцентрировался на жертве, внимательно изучил её астральный образ и запомнил его.
Дальше я сосредоточился на астральном уровне бытия и начал сдвигать качества энергии вокруг умирающего в сторону «беззакония», используя в качестве «топлива» исходящую из него магическую энергию. Это воздействие было похоже на то, что я делал с собой в кафе, но сейчас я не осторожничал, буквально выдавливая цель из нашего мира. А когда была пройдена некоторая граница, я начал транслировать образ жертвы и настройку на ту самую метку, что я наложил на неё минуту назад. Это был своего рода «астральный GPS». Некоторое время ничего не происходило, а потом «рыбка клюнула».
Тени вокруг налились темнотой и загустели. Из-под тела начала вытекать чернильная тьма, из которой в воздух взвились тонкие чёрные щупальца. Сейчас был полдень, но в переулке стояли глубокие сумерки, в которых сложно было разобрать подробности происходящего. Но мне эти подробности не требовались, потому что я и так знал, что тут происходит. Спустя всего несколько секунд тело утонуло в чернильно-чёрной луже, не оставив после себя и следа. Даже натёкшая кровь была поглощена вся до последней капли.