В конце марта распогодилось, снег окончательно смыло дождями даже с северных склонов гор, а мой голем-шпион доложил, что Хагрид достал с чердака большой котёл и «поселил» в нём яйцо дракона.
Во время очередных посиделок в библиотеке я поднял давно замалчиваемую тему.
— Гермиона, ты как, нашла информацию про Фламеля?
— Нет. Я уже всё перерыла, но нигде ничего нет. — Расстроено поведала она.
— Эх ты, темнота. — Махнул я рукой. — Впрочем, неудивительно. Все самые интересные книги из библиотеки забрали. В запретной секции тоже половина полок пустует. Но ты бы ради интереса попробовала почитать что-нибудь неинтересное. Вдруг, поможет?
— Это ты так намекаешь, что я дура? — Продемонстрировала нам пример женской логики Гермиона.
— Заметь, что это не я сказал. — Поддержал я скандал.
— Ах так! Может, ты тогда сам нам расскажешь, кто такой этот Фламель и в какой книге о нём можно прочитать?
— Да легко. Вот сейчас встаёшь, идёшь вон к той полке и ищешь там книгу «Букварь Волшебников». И тащи её сюда.
Гермиона закатила глаза, но выполнила моё поручение. Букварь был огромным и толстым, что компенсировалось крупным рукописным шрифтом, множеством картинок и толстым пергаментом страниц. С раздражением водрузив этот талмуд на стол, Заучка так хлопнула им, что звук удара разнёсся по всей библиотеке.
— А теперь открываешь букварь на букве «Ф» и пропускаешь пару страниц.
Гермиона с подозрением посмотрела на меня, а потом принялась перелистывать страницы.
— Фрукты, феникс, фигура, Фантомас… Фламель. — Последнее слово девочка произнесла с растерянностью. — Известен как единственный создатель философского камня! Ну конечно! Вот что Дамблдор прячет на третьем этаже.
— Листай дальше. — Поторопил я её.
— Что? Философский камень. Неведомая субстанция, способная превращать любые металлы в золото. Используется для приготовления эликсира бессмертия. Почему это всё пишут в букваре? — Возмутилась Гермиона.
— Потому что волшебники должны знать об этом с пелёнок. — Нравоучительно ответил ей я.
— Так что там с этим камнем? — Поторопил нас Поттер, которого история и культура волшебников интересовали куда меньше, чем деньги.
— Единственный камень, существующий ныне, хранится у Николаса Фламеля, родившегося четвёртого июня одна тысяча триста двадцать шестого года.
— То есть этим летом ему исполнится шестьсот шестьдесят шесть лет. Скорее всего, на дне рождения его душу заберёт себе сам дьявол. Так что Фламель решил умереть, не дожидаясь этого момента, и отдал камень на хранение Дамблдору. — Высказал я свою теорию.
— А разве волшебники верят в дьявола? — Удивилась Гермиона, листая букварь до буквы «Д».
— Что значит, верят? — Возмутился я. — Вот ты веришь в существование английской королевы?
— Ну ты сравнил тоже! — Пришла очередь возмущаться Гермионе. — Королева точно существует. Это факт.
— Да ну? Ты её лично видела? — Поинтересовался я.
— Нет, но… — Смутилась Заучка. — Я видела её в новостях по телевизору.
— Тоже мне аргумент. А я дьявола видел по телевизору.
— Ну ты сравнил новости и художественные фильмы.
— Да ещё неизвестно, где больше выдумки в новостях или в фильмах ужасов.
— Можно прийти на приём к королеве и лично её увидеть. — Не желала сдаваться Гермиона.
— Ну конечно. Так тебя к ней на приём и пустили. Да проще вызвать дьявола, чем простому смертному попасть на приём к высшей знати. Они же для этого приёмы и устраивают, чтобы показать, что есть избранные, которые туда попадают, а есть простое серое быдло, которому никакие деньги в этом не помогут. А вот дьявол помочь сумеет. Так что, если и вправду захочешь попасть на приём к королеве, ты знаешь, через кого об этом можно договориться.
— Хмф! — Вздёрнула нос Гермиона, не желая признавать поражения в споре.
— Так чего там с камнем? — Опять поторопил нас Поттер. Сатана его тоже не заинтересовал, отправившись в ту же мусорку, что и традиции волшебников.
— А чего с камнем? Он лежит в запретном коридоре, а Дамблдор его охраняет. Там наверняка кругом сигналок понатыкано. Поэтому, и Квиррелл не спешит туда лезть. Ждёт, пока директор свалит из школы по каким-нибудь особо важным делам.
— Может его того? — Предложил Поттер.
— Кого его? — Поинтересовался я предполагаемой жертвой заказного убийства.
— Камень того. — Расстроил меня Гарри своими мирными намерениями мелкого жулика. — Пока все ждут непонятно чего, пробраться и забрать его себе.
— Идея оригинальная. А что с сигналками?
— Да там как-нибудь разберёмся. — Выдал Поттер концепцию, на сто процентов свойственную магам огня.
Вначале надо забить на подготовку и планирование, шумно вломиться на охраняемый объект, а потом пафосно превозмогать, кроша всю охрану и ловушки только для того, чтобы в конце обнаружить, что все сокровища спёрли хитрые маги Воздуха. Да, именно так оно всегда и бывает. Но не в мою смену. Потому что надо этих бестолочей приучать планировать будущее и хоть как-то разбираться в ситуации до того, как совать голову в ловушку. Как минимум, следует удостовериться, что голова достаточно крепкая и способна выдержать давление тысячетонного камня.
— Нет, Гарри, ты конечно немного улучшил свои навыки превозмогания, но не до такой степени, чтобы выходить с голой жопой против Дамблдора, да ещё и один на один.
— Почему один на один? — Обиделся превозмогатель.
— Потому что деньги нужны тебе, а не мне. А Гермиона девочка и маг Воздуха. Её надолго не хватит. Противник твоего уровня — это Квиррелл. Вот когда он залезет в сокровищницу и соберёт на себя все ловушки, тут-то ты и выйдешь весь такой пафосный и завалишь его. А под шумок утараканишь философский камень. А когда Дамблдор начнёт тебя спрашивать, где камень, ты переведёшь стрелки на Квиррелла. Скажешь, что он чего-то с камнем сделал, из-за чего тот взорвался, испарился и пропал с концами.
— Э-э-э-э… — Поразился гениальности моего плана Поттер. — А если он у меня карманы проверит?
— А на этот случай и нужен я. Потому что я заберу камень и незаметно свалю, оставив тебя отдуваться перед начальством. А потом, когда отсидишь срок, мы честно поделим все деньги.
— Ка-ка-какой срок? — Ажно начал заикаться Гарри, становясь похожим на Квиррелла.
— За убийство преподавателя, естественно. — Отмахнулся я. — Но там много не дадут. Лет двадцать в Азкабане.
— Чего?
— Но если сможешь правильно аргументировать, чего это ты тут делаешь, и почему у Квиррелла голова за спину смотрит на воткнутый под лопатку кинжал, то пройдёшь как свидетель и отделаешься парой недель допросов в пыточной.
— В пыточной? — Уверенность Поттера в своих силах таяла как снежок на раскалённой сковороде.
— Да, надо будет тебя в пыточную сводить, чтобы потом ты особо не пугался. Известное зло пугает куда меньше, чем неизвестное.
— А, может, не надо?
— Хочешь простить Дамблдору своих родителей, счастливое детство и упёртые деньги?
С такой постановкой вопроса Гарри завис, не в силах принять решение. А потому, решение за него принял уже я.
— Ты же вообще собирался просто вломиться в запретный коридор и всем там навалять. После такого тебе придётся объяснять, почему копыта отбросил Дамблдор, а не Квиррелл. И объяснять не директору, у которого на тебя планы, а дознавателям из Министерства Магии, которым на тебя насрать. Им ведь главное — дело поскорее закрыть. Но ты не боись, если отмазка с Квирреллом не прокатит, то я буду тебе передачи в Азкабан носить. Так что готовься. Как только преподаватель ЗОТИ полезет за камнем, я тебя сразу вслед за ним отправлю. А там ты уже разберёшься в своей излюбленной манере превозмогатора.
В следующее воскресенье мы как всегда отправились в гости к леснику. Но тот встретил нас неприветливо, не дав даже зайти за порог.
— Хагрид…
— Привет, детишки. Не хочу показаться грубым, но сегодня я не принимаю гостей. Проваливайте. — Вид при этом у лесника был такой, будто он три дня не спал, а только и делал, что внимательно наблюдал за яйцом.
— Мы знаем про яйцо. — Выдвинул я контраргумент уже было собравшемуся захлопнуть дверь леснику.
— Оу! — Подозрительно посмотрел он на нас, после чего молча прошёл вглубь избушки.
Мы также молча прошли за ним, прикрыв за собой дверь.
— Что за яйцо? — Прошептал Поттер мне на ухо.
— Яйцо в котле, котёл в очаге, очаг в доме, дом в лесу. Что это? — Задал я ответный вопрос.
— Яйцо дракона! — Восторженно пискнула Гермиона, рассматривая содержимое котла, который стоял над открытым пламенем очага. Внутри котёл был пуст, если только не считать упомянутое яйцо.
— Хагрид, а где вода? Так ты яйцо не сваришь. — Прокомментировал я этот способ готовки зародышей дракона.
— Какая вода, ты что? Мне жар нужен. — Возмутился лесник. — Рекомендуемая температура для высиживания яиц дракона — четыреста пятьдесят один градус по фаренгейту. Это температура горения книг по магии. Первые драконы так и появились. Какой-то безумный мастер химерологии выводил новый вид гигантских ящериц, а потом у него чего-то рвануло, и он сгорел дотла вместе со всеми своими трудами. А из пепла пожарища вылезли два дракончика. Маги потом долго пытались понять, как их вывели, и как драконов собирался контролировать их создатель, но так ничего и не нашли. Всё сгорело! А что само не сгорело, то потом подросшие драконы спалили. Умные это твари, да. Я давно хотел завести себе дракона, а потом спалить дотла всё Министерство Магии. Так они меня достали своими указами.
— А что за указы? — Поинтересовался я, пока Гермиона и Гарри осматривали яйцо.
— Да понапридумывали всякого. Что великанам нельзя есть детей маглов. Что каждый великан должен мыться не реже, чем три раза в год. Совсем они не ценят наших великаньих традиций. Или вот, что великанам, чей рост превышает три метра девятнадцать сантиметров запрещено пользоваться волшебными палочками. А у меня рост всего на сантиметр больше. Сантиметр! У-у-у, бюрократы поганые. Всех изведу! Дайте только дракона вырастить.