Агент удивился — зачем, мол, ехать в Бразилию? Вернее, зачем ехать далеко в Бразилию? Вот она — рядом, до нее меньше часа езды на катере, и он найдет для таких хороших туристов самый лучший катер в городе. Но Генри твердо ответил:
— Нам нужны на понедельник билеты на самолет в Бразилию. До Манауса или ближайших к нему городков на Риу-Негру. Дама хочет с комфортом прокатиться по Риу-Негру до Манауса. А на завтра мы хотели бы посетить парк Мундо Амазоника и, если останется время, прокатиться мимо островов в районе Гамбоа.
К его удивлению Игнасио выдвинул новую идею:
— Да, можно, например, долететь до Коари, там сесть на теплоход и за сутки добраться до Манауса. Но так сеньорита почти не увидит Амазонку. Проще сесть на теплоход в Табатинга. До Манауса он дойдет за три дня, и сеньорита Джессика на всю жизнь насмотрится на пейзажи Амазонии.
— Игнасио, ты, возможно, прав. Но я смотрел по Интернету рассказы путешественников по Амазонке. Плавающие здесь пароходы — просто развалюхи, а пассажиры вынуждены ночевать в гамаках в большой тесноте. Это не вариант для Джессики.
— Но я, клянусь, достану билеты в каюту. И не все теплоходы — развалюхи, как вы их назвали. В понедельник уходит вниз теплоход «Вояжер 5». Это очень приличный корабль. Конечно, это обойдется значительно дороже, чем на гамаках, но я уверен, что для вас это не проблема.
Генри сдался:
— Ладно, если купишь билеты в каюту, мы поплывем на теплоходе. Но в индейскую деревню не поедем.
Перу.
Игнасио быстро смирился с уменьшением своих доходов и уверенно заявил, что почтенные туристы обязательно посетят завтра оба эти места. А сегодня он рекомендовал бы поездку в Санта-Роза. Там можно отведать чудесное блюдо из большой амазонской рыбы пирарука. И тогда можно будет уверенно сказать, что вы посетили не только Колумбию и Бразилию, но и Перу.
Санта-Роза оказалась островом на перуанской территории. Там Генри и Джессика появились уже в восемь вечера, доставленные шустрым агентом на обычной моторной лодке. Генри успел заметить, что Игнасио отдал лодочнику меньше половины суммы, которую он ему вручил перед поездкой. Но только усмехнулся: не все ли равно, платить за поездку в одну сторону один евро или три? Кстати, большая пирарука обоим понравилась, может быть, потому, что обедали в Вильянуэва более шести часов назад. И все, больше смотреть или делать в Санта-Розе нечего.
Вернулись в отель и договорились, что рано утром поедут с агентом в парк Мундо Амазоника.
08:00. 10 июля, воскресенье. Отель «Анаконда».
Игнасио появился еще раньше. Но Джессике очень не хотелось вставать, и выехали только через час — не ехать же неизвестно куда, не позавтракав.
Прогулки.
Вся дорога до парка заняла меньше десяти минут, хотя последняя часть дороги была испорчена глубокой колеей. Игнасио рассказывал, что стандартный поход по парку длится три часа, но Джессика воспротивилась:
— Три часа бродить по этим тропинкам? Еще подцепим какую-нибудь пакость.
— Сеньорита, но здесь можно увидеть так много животных! Например, мармозетки. Таких маленьких обезьян вы не увидите в других странах. Глазастые, пушистые, их можно носить в кармане, если они прирученные. Все время играются, недаром их называю игрунки. А тут у нас львиные игрунки, самые маленькие и потешные. Но лучше их не трогать: они здесь дикие. Или коати, их в Европе называют носухи. Это еноты, но лазающие по деревьям. Здесь можно увидеть их целыми стайками по тридцать-сорок штук. Очень симпатичные. А птиц в парке великое множество: туканы и попугаи всех видов и расцветок. Нигде вы не увидите такое изобилие этих птиц. И фрукты всех видов, лекарственные и даже ядовитые растения.
— Подождите, а зачем нам ядовитые растения? Генри, может быть, мы не будем рисковать лишний раз?
— Ну, что ты, Джессика. Он шутит. Да мы и не будем трогать никакие растения. Зачем это нам?
— Хорошо, но больше двух часов я не согласна бродить здесь.
Да, бродили два часа. Кое-что из того, о чем рассказывал Игнасио, видели. Даже заходили в помещение музея посмотреть одежду различных индейских племен. Но Генри заметил, что Джессика все время посматривала на часы, мечтая поскорее закончить прогулку.
А после небольшого послеобеденного отдыха агент, который, скорее, представлял собой гида, уговорил их все-таки проехать на моторной лодке вдоль перуанских островов около индейской деревни Гамбоа и заехать в нее.
Трехчасовая поездка обошлась в полсотни евро, из которых хозяину лодки досталось двадцать, — это тоже заметил Генри. Но экскурсия стоила того: вдоволь насмотрелись на жизнь индейцев. Они охотно разрешают за мизерные деньги глазеть на их быт, жилища, немудреную утварь. Пытались даже угостить вином из юкки, но и Джессика, и Генри отказались. Однако Джессика с удовольствием сфотографировалась рядом с гигантским котлом, в котором готовят эту юкку.
Долго пробирались по небольшой речке, раздвигая сплошные ковры растений. Когда же в лодку неожиданно прыгнула маленькая змейка, Джессика категорически потребовала возвращаться. Лодочник мгновенно огрел змею веслом и выбросил за борт, но Джессику это не успокоило. Тем более что Игнасио, не подумав о результате, уже успел ее застращать амазонскими муравьями, которые могут очень быстро обглодать человека. Пришлось вернуться, да и время уже поджимало, пора было думать об ужине.
14:00. Поместье Патрона — одного из «наследников» империи Виктора Карранса.
Патрон сидит на веранде, курит настоящую кубинскую сигару, наслаждаясь заслуженным воскресным отдыхом. Дождя нет, но на небе легкие облака почти все время закрывают солнце, и поэтому совсем даже не жарко. Не хочется думать ни о делах, ни о дочке, о которой из Лос-Анджелеса, этого центра всех грехов, доходят не слишком хорошие слухи, ни о красотке, ждущей его в отдаленном имении. Кстати, пора бы съездить к ней, развлечься.
Но приятное ничегонеделание прерывает Диего, советник Патрона — тот, кого принято называть «consejero».
— Патрон, нехорошие вести от Густаво. Вернее, он не выходит на связь, и это плохой знак.
— Зачем ты нарушаешь мой воскресный отдых? Кто такой этот Густаво?
— Густаво мы посылали забрать у индейцев их изумруды. Он докладывал, что дело сделано. Но мы велели ему затаиться, пока и в Боготе, и у нас в Бояко идут обыски и интенсивные поиски.
— Да, ты говорил, что нашли старые изумруды на миллионы долларов. Так что, он удрал с ними? Глупец, куда он денется? Немедленно начни поиски. И примерно проучи этого Густаво, его семью и всех, кто с ним связан.
— Да, Эдуардо отправил вертолет с людьми к их последней стоянке. Думаю, что сегодня вечером будем знать, что там случилось.
— Случилось? Что ты имеешь в виду?
— Думаю, что он не такой идиот, чтобы удрать с изумрудами. И я проверил — вся семья его на месте. Если бы он собрался украсть у тебя изумруды, спрятал бы своих детей. И жена у него на сносях. Боюсь, что в деле замешаны люди этого чертового Франциско. Он давно копает под вас. И это отличный случай для него посмеяться.
— Если подтвердится, что это его люди, скажи Эдуардо, чтобы забросил в его поместье хороший отряд — пусть там все приведут в «порядок». И почему ты не отправил изумруды сюда?
— Кто-нибудь проболтался бы: у полиции везде есть доносчики. Полиция стоит на ушах после этой истории с вырезанным Густаво племенем. Были бы вынуждены нанести к нам визит, а нам это не к чему. А про Франциско… подождем, что скажут посланные.
— Хорошо, но Эдуардо все же скажи, чтобы готовил отряд для визита к Франциско.
— Да, Патрон. Но немного подождем, узнаем сначала, что там произошло у Густаво.
09:30. 11 июля, понедельник.
У отеля «Анаконда».
Прежде чем сесть в такси и ехать в порт Табатинга, Игнасио предложил Генри купить пару кубинских сигар. Недоумевающему Генри агент объяснил, что, хотя на границе проверка чисто формальная, при пересечении границы и при посадке в самолет подарить полицейским по сигаре будет совсем не лишним.
Генри не курит, но с ценами сигар в Европе вполне знаком. Поэтому удивился, что агент предлагает ему сигары всего лишь по цене 25 евро за штуку, даже на Кубе найти сигару ценой менее 50 долларов невозможно:
— Игнасио, что это за сигары?
— Кубинские. Видите, сеньор, марка: Romeo Y Julieta. Самые лучшие кубинские сигары.
— Вижу, но я прекрасно знаю цены на сигары. Это подделка?
— Что вы, сеньор, они настоящие, только делают их в Доминикане[2]. Их выпускают из такого же табака, как и на Кубе — на фабрике бывших владельцев производства на Кубе. Кто же здесь может курить сигары из Кубы! Разве что наркобароны.
— Если это доминиканские, то почему цена такая высокая?
— Сеньор Генри, но мне ведь они тоже не дешево достаются, и кормить семью нужно. Я ведь у вас ничего не просил за то, что сопровождаю везде. Но я могу сбросить цену до сорока евро за пару.
— Ладно, Игнасио, бери полсотни. Ты хорошо занимаешься нами.
10:00. Кабинет Патрона в его поместье.
Патрон сидит в кресле, читает бумаги. Входит без стука Диего:
— Патрон, наши люди сообщили, что нашли стоянку Густаво.
— Камешки нашли?
— Нет, камни найти не удалось. Все наши перебиты. Нашли шесть трупов, седьмого раньше убили индейцы. Докладывают, что группу Густаво перебили бандиты, приехавшие на машине. Ужасно: троих застрелили, двоим, в том числе Густаво, перерезали горло, одному раскроили чем-то голову. Не ясно пока, кто выдал убийцам место стоянки. Но Эдуардо клянется, что найдет всех. Нашли отпечатки шин машины. По ним ясно, что машина — «Land Rover». Я приказал нашим людям в Касанара немедленно подключиться к поискам. Думаю, что завтра мы будем знать, откуда приезжали эти бандиты.
— Хорошо, но не забудь о подготовке группы для визита к Франциско. Нельзя допустить, чтобы у людей возникали мысли, что у меня можно что-то воровать.