-- Понимаете, я стал... сердиться. Один из повстанцев отказался налить мне чаю... смешно, честное слово, но мне хотелось дать ему по шее. Я... ощутил, вспомнил, в каких условиях я работал, я как-то легко терпел все это, но теперь -- лучше улю Горгонерру не встречаться со мной. И, стыдно сказать, почувствовав что-то новое в себе, я... плакал, рыдал.
-- Уль Владимир, -- сказал Алург, -- можно ненадолго взять ваш лазер?.. Вот это курок? Все понял. Скоро увидимся. -- Он уполз в лес, спрятав в карман лазер, потом вдалеке взлетел. Мы только пожали плечами.
На лицах ученых было явное смущение. Мы вновь смотрели на группу на поляне. Все геллы сели, стоял только говорящий.
-- Продолжай, -- сказал ему а,Шарт. -- Считаешь ли ты, что обрел полную свободу и каким образом?
-- О да! -- сказал гелл. -- То, что я ощущаю, ни с чем не сравнимо. Как я обрел ее? Очень просто. Вот оттуда, -- он показал пальцем на круг бывшей ямы, -- извлекли... не знаю, что, снаряд какой-то.
Я видел, как напряглись лица ученых.
-- Этот снаряд, -- продолжал гелл, но в этот момент все услышали стрекот быстро приближающегося винтокрыла, вскоре он показался над деревьями и быстро сел недалеко от политоров на поляне, и из него скользнул на землю Алург, а за ним... да, я узнал его -- спрыгнул пилот Фи-лол, тот самый, который прилетал к Малигату и привез врача в лагерь а,Тула. Ши-лол держал в руках явно тяжелый ящик, Алург помог ему. Все на поляне, кто видел, как исчез Алург, молчали, пожалуй что, пораженные. Фи-лол и Алург положили ящик на землю, и Алург сказал:
-- В этом ящике, как догадываюсь я, и вряд ли догадывался пилот, -- тот же передатчик биополя, что был в яме, только новый, не включенный, разумеется.
-- Вы не договорили, -- сказал один из ученых геллу, который рассказывал о том, как он и остальные были освобождены. -- Простите, -добавил он Алургу.
Гелл сказал:
-- Технически все было просто. Этот снаряд рассекли на три части лазером -- и все.
Алург протянул Рольту лазер, показав курок, а Рольт передал его одному из ученых.
-- Если вы поверили нам, если вы по чужой воле ошибочно считали, что у вас другая, и благородная, задача, и если тем более вы и вправду за освобождение геллов, и это не пустые слова, -- уничтожьте ящик. Ни геллам, ни вам новый передатчик вовсе не нужен, а вам не нужна несвобода геллов.
-- Меня зовут Олиф, -- сказал тот, беря из рук Рольта лазер. -- И я готов. -- Он посмотрел на второго.
-- Давай, Олиф, -- сказал второй. -- Кстати, меня зовут Кирст.
Олиф подошел к ящику и в два приема рассек его.
Все молчали. Мне это молчание показалось долгим. Наконец, а,Шарт и Рольт крепко пожали руки Олифа и Кирста, после а,Шарт что-то тихо сказал геллам, и они, каждый пожав ученым руку, улетели все, кроме Алурга.
-- Мы очень признательны вам, -- сказал Рольт Олифу и Кирсту. -- Более изысканно и длинно я вряд ли смогу выразить вам нашу благодарность. Что же дальше? Разумеется, вы уже не пленники, вот ваша машина и ваш пилот. Вы можете лететь. Это не мое дело, но, вероятно, квистору вы скажете, что задание выполнено, и он вам поверит. Возможно, после Горгонерр получит сведения, что линия вновь не в порядке и вновь пошлет вас. Вы либо сыграете с ним снова в эту же игру, либо, простите меня, вдруг воткнете в землю новый передатчик, а мы, зная, где это возможно, и уже умея отыскивать передатчики, вновь его уничтожим. Такая вот игра. Но мы искренне благодарны вам, а я рад, что указал вам на ваши заблуждения и ложь квистора, в которую вы поверили. Вы можете побыть с нами и перекусить или можете лететь: вы -- свободны.
Олиф сказал:
-- Мы тоже вам благодарны. Важно, что мы узнали, что занимались вовсе не тем, чем бы нам хотелось. Мы благодарны вам, хотя, честно говоря, что-то в душе у меня перевернулось и не скоро успокоится. Я не герой и не хочу оказаться за решеткой только потому, что скажу квистору в глаза, что знаю, как он водил нас за нос, и никогда бы не согласился заниматься машиной и передатчиками против геллов. (Кирст кивнул.) Но продолжать игру с квистором, делая вид, что все в порядке, -- не в моем духе. Да и не в духе Кирста, я думаю.
Рольт сказал:
-- А перейти в отряды повстанцев -- это мысль для вас абсолютно новая, а решение, возможно, неприемлемое. Но я не осуждаю вас.
-- Да, это сложная для меня мысль, -- сказал Олиф, -- она лишь Мелькнула у меня в голове -- и ушла. Однако не знаю, как у Кирста, но у меня есть склонность, сказав "а", сказать и "6".
-- То есть? -- спросил Рольт.
-- Я, уничтожив передатчик и желая геллам свободы, практически замахнулся на саму идею, на саму машину. Мы думали с Кирстом, что у нее иное назначение. Не скрою, у меня, может, не хватит духу и смелости уничтожить главную машину, но я не против того, чтобы вы узнали, где центр этой затеи и где эта машина, главная. Ты как, Кирст?
Кирст снова кивнул. Я видел, как Рольт положил им свои огромные лапищи на плечи и сказал:
-- Я не имею права желать от вас столь многого, позвольте, я сам скажу, где она, эта гадина, а вы меня поправите.
-- Давайте, -- сказал Олиф.
-- Она в Тарнфиле, -- сказал Рольт.
Кивок согласия.
-- В квистории.
Тот же кивок.
-- Дверь тайная, скрытая и без всякой надписи.
Кивок.
-- Сама эта дверь -- в кабинете квистора.
Энергичный кивок.
-- А дальше -- варианты. Она, дверь, а точнее, вход в помещение, где машина, в сейфе или в...
-- Точно, -- сказал Кирст. -- Это сейф.
-- И сейф связан с сигнализацией.
-- Конечно, -- сказал Кирст. -- Поразительно, откуда вы все узнали. И почему при вашем неприятии этой мерзкой машины она до сих пор еще жива?
-- Пока мы не знаем способа борьбы с сигнализацией, способа вскрытия сейфа. -- Рольт помолчал. -- Кстати, если вы не желали бы стать повстанцами, но захотели уйти от ситуации с квистором, вы могли бы быть моими гостями на то время... Вы же чувствуете, какова атмосфера над Политорией? Вы женаты, дети есть?
-- Женаты, -- ответили оба ученых, -- а детишек нет.
-- Тем проще, ваши жены тоже могут найти у меня приют. Я капитан подлодки, которую квистор давно проклял.
-- Это та самая, неуязвимая? Лодка-призрак?
-- Да, это она, -- сказал Рольт, -- но... -- Он сделал огромную паузу. -- Одной вещи я вам, как мужчинам (согласись вы, как нейтральные люди, поселиться на моей лодке), гарантировать не могу никак.
-- А именно? -- спросил Олиф.
-- К моим военным действиям под водой вы не будете иметь никакого отношения. Но, если вдруг лодка причалит к берегу и мой экипаж начнет вести бой на суше, я не стану запрещать вам взять в руки оружие. Это ваше дело.
Олиф и Кирст чуть грустно и понимающе улыбнулись.
В этот момент Ир-фа уже шел к ним, мы и не заметили, как он "сорвался". Пилли так и не вышла, не "раскрылась".
-- Привет, Фи-лол, -- сказал Ир-фа, подходя к ним.
-- О, уль Ир-фа! -- воскликнул Фи-лол. -- Рад вас видеть.
-- Мы тоже, -- улыбаясь, сказал Олиф. -- Что наш хозяин комет и планет делает в этих диких лесах?
-- Немного охочусь, -- сказал Ир-фа. -- Работа в городе однообразная -я подустал. А здесь... возможно, я подстрелю крупного кольво, а шкуру -- в подарок моим друзьям.
-- Уж не тем ли славным землянам, уль Ир-фа?
-- Вы угадали. Они славные люди... политоры.
-- Если вы с ними иногда видитесь, -- сказал Олиф, -- передайте им от нас лучшие пожелания. Похоже, они абсолютно не склонны к войне с нами.
-- Все передам, -- сказал Ир-фа. -- Не склонны. Кирст сказал:
-- Пора лететь. Долгой жизни всем вам. Летим, Фи-лол. -- Прощание было коротким, и все трое направились к винтокрылу.
-- Возьмите ваше оружие! -- крикнул а,Шарт, и мы увидели, как Олиф и Кирст вернулись и подхватили с земли свои пистолеты. Через минуту они были возле винтокрыла, и вскоре тот взлетел и исчез за деревьями.
10
Мы завтракали в нашем палаточном лагере почти в полном составе: только Ир-фа перекусил на ходу и отправился с ружьем в лес, один. Я готовился к подводной охоте, черт возьми, -- как это так вышло, что на новом месте я еще ни разу не эанырнул? А все вместе мы -- даже не искупались.
Папа вдруг расхохотался:
-- Сижу и думаю, Рольт. Конечно, думаю, на подлодке уля Рольта есть мастерские, и нельзя ли создать ма-аленький сварочный аппаратик... для разрезания сейфа? Дурная голова -- а лазер на что?!
-- Вот именно, -- сказал Алург.
-- Кое-что я постеснялся почему-то спросить у Олифа и Кирста, -- сказал Рольт.
-- Хотите, Рольт, я произнесу это? -- сказала Пилли.
-- С вашим-то умом, милая Пилли, -- сказал Рольт.
-- Ну, хотите?
-- Хочу, Пилли. Ваш голос -- это уже праздник! -- сказал Рольт. (Я улыбнулся: ну и праздник -- нежный скрежет металла.)
-- Вы, Рольт, постеснялись спросить у Олифа и Кирста, как далеко от сейфа сама машина.
-- Все точно, -- сказал Рольт. -- Плюну на вежливость, свяжусь с Филолом, пусть у них спросит: геллы дороже.
А я вдруг стал размышлять о фотографировании в кабинете квистора. Сижу я потом, скажем, на Земле, на переменке в нашем классе, показываю моим девочкам и ребятам портрет, цветной, уля Горгонерра и говорю: "Верно, симпатяга, да? Он, между прочим, цветы обожает, а во внучатах своих не чает души. И в женах. Миляга, старикан, а красавец какой?!"
-- В общем, -- сказал Рольт, -- мы с Ки-ланом скоро двинем на лодку, а вечером, Орик, давайте свяжемся, вы сами решите, когда нам плыть. Кстати, если а,Тул пошел к Тарнфилу, -- здешним отрядам, как и южным, этой
же ночью пора начать медленное движение. Медленное, чтобы геллы не скоро "уткнулись" в соседнее опасное биополе. Я спросил у Орика:
-- Заметили ли вы систему открывания и закрывания окон в кабинете квистора?
-- Х-м. Пожалуй, нет, -- сказал Орик.
-- Если иметь в виду, что они несколько выпуклые, как и в планетарии, и в нашем доме, то система одна: нажимаешь кнопку -- стекло "ползет"... Это очень важно!