умно рухнули на пол.
Ким улыбнулся:
– Впечатляет. Но вынужден предупредить – у меня четвертый дан по тхеквондо.
И встал из-за стола, снимая пиджак.
– А я мастер спорта по шахматам, – рассмеялся батя. – Как там в старых фильмах говорили: «Мое кунг-фу лучше, чем твое, мастер Ким», – и тоже снял пиджак.
Я посмотрел, как мягко перетекает по полу кореец, и был вынужден мысленно поставить на него. Впрочем, в азартные игры, пари и лотереи мне всегда не везло. Противники обменялись ударами, результат которых оказался крайне неожиданным для двух присутствующих в кабинете (вырубленная охрана не в счет): отец потирал костяшки пальцев, а сидящий на полу кореец пытался поймать вышибленный из легких воздух.
– Поговорим? – предложил батя миролюбиво.
– Я лучше подожду полицию, – ответил Ким, все еще сражаясь со своим дыханием.
– Питерская полиция очень коррумпированная и ленивая, пока она сюда приедет, мы успеем содрать с вас кожу, сделать хороший барабан и провести рок-концерт. Я буду задавать вам вопросы, а в случае отсутствия вразумительных ответов ломать по пальцу каждые тридцать секунд.
В кабинете был настоящий камин, возле которого стояла кочерга. Отец легким движением рук соорудил из нее некое чугунное подобие ромашки.
Последний аргумент убедил корейца:
– Заказ пришел с родины предков. Из южной части, разумеется. От некоего господина Чена. Имя наверняка не настоящее. Я сам ему известен как мистер Иванов. Заказ на поиск невосприимчивых людей, готовых за некое ежемесячное содержание играть в «Дрим кингдом» за расу орков. Задачи у них две. Первая – как можно быстрее прокачиваться, вторая – за полученные от заказчика деньги покупать крафтовое оружие и распространять его среди своих соплеменников. Логично предположить, что через некоторое время будет поставлена третья задача – по команде начать войну с людьми и эльфами. Нечего на меня так смотреть. Заказ, конечно, с душком, но все в рамках закона. Зачем это все заказчику, я не в курсе.
– Скольких ты завербовал?
– Семерых. – Кореец поднялся с пола, достал со шкафа папочку и протянул отцу.
Батя быстро ее просмотрел:
– Адреса игроков, выплаты… Очень хорошо. Кто еще в городе работает на господина Чена?
Кореец пожал плечами:
– Мне он, что неудивительно, не докладывал, да и остальные занятые в нашем бизнесе люди тоже предпочитают не делиться информацией. Я могу только назвать десятка два человек в городе, которые могли бы взяться за это дело. Но это вряд ли вам сильно поможет – таких только по стране тысячи, а в мире – десятки тысяч.
Отец усмехнулся:
– Я передам эту информацию в службу безопасности «Королевства». Они очень скоро приедут к вам и, полагаю, доходчиво объяснят, почему следует воздерживаться от подобного рода заказов в отношении их игры. Вы, если захотите жить, прекратите сотрудничество с южнокорейским коллегой. Таким образом, немалые затраты господина Чена на развитие семерых игроков окажутся выброшенными в мусорную корзину. Если служба безопасности «Королевства» найдет в Питере еще нескольких посредников, то южнокорейский товарищ зря потратит деньги на прокачку уже десятков игроков. В масштабах страны и мира эти цифры, надеюсь, вырастут в десятки раз. Какой бы ни был бюджет у мистера Чена – подозреваю, что он все-таки не резиновый, а деньги имеют свойство заканчиваться.
Ким пожал плечами, показывая, что ему в общем-то все равно, а батя продолжил:
– Еще нам нужны адреса известных вам посредников в Питере. Чистосердечное сотрудничество наверняка зачтется вам при дальнейшем общении с дримкингдомцами.
Кореец в течение трех минут что-то писал на листе А4, затем протянул отцу. Я из-за его плеча полюбопытствовал и усмехнулся: первым в списке стояло имя Камиля Шарафутдинова. Видимо, этих двоих связывала давняя нелюбовь.
Мы сердечно попрощались с Александром и с чувством выполненного долга отправились обедать.
– Передадим Карине, – сказал батя, хлопая по папке.
– Первым делом самолеты, бать. – Я нетерпеливо махнул рукой. – Сначала колись, с какого это времени ты стал круче Чака Норриса. Или ты всегда был таким, но успешно маскировал работу на контору глубокого бурения под маской простого российского бизнесмена?
– Мое юношеское увлечение боксом, полагаю, за удовлетворительное объяснение не проканает? – усмехнулся отец. – Давай пока пообедаем, Вит, я должен подумать, что имею право тебе рассказывать, а о чем должен умолчать.
Мы молча поработали ложками, затем ножами и вилками, а когда принесли кофе, батя вздохнул и велел мне:
– Сними браслет и положи на стол.
Я подчинился.
Отец тоже расстегнул свой и положил рядом.
– Найди отличия.
Я озадаченно почесал затылок и стал сравнивать два агрегата, похожих друг на друга как две капли воды. Вроде бы все одинаково: цвет, размер, вес, а затем обратил внимание на маркировку. На моем браслете было написано: «Model 2030-с, made in China», а на батином: «Модель 2030-р, сделано в России». Именно так, кириллицей, то есть девайс был произведен сугубо для внутреннего пользования.
– Молодец, – похвалил отец, – наблюдательный. Мой браслет нашего производства, и костюм, который я надеваю при входе в вирт, тоже сделан в России в одном малоизвестном НИИ.
– Наши девайсы помогают подружиться с медихлорианами и открывают доступ к Силе? – пошутил я.
Батя кивнул. С насквозь серьезным видом.
Мои глаза едва не вылезли из орбит от изумления.
Отец быстро сфотографировал меня на телефон, затем рассмеялся:
– Смотри, какая у тебя глупая физиономия, сынку, – и показал на экране меня красивого: с выпученными глазами и широко распахнутым от удивления ртом. В общем, дебил на прогулке. – Постарайся каждый день хотя бы пять – десять минут тренировать перед зеркалом умное выражение лица. Тебе, как будущему юристу, пригодится. Особенно это полезно при катастрофическом недостатке нейронных связей в черепушке. Что касается твоего вопроса: российское оборудование, увы, не дает доступа к Силе, Люк, зато позволяет задействовать в более полном объеме обучающие способности виртуальной реальности.
Я не специалист и могу только попробовать объяснить с чужих слов так, как сам это понял.
Существующая во всех играх виртреальность, условно называемая «один – ноль», имеет ряд существенных недостатков, вызванных, как ни странно, желанием создать максимум комфорта для геймеров и снять такие негативные моменты настоящей реальности, как усталость, боль, лишний вес. Однако, убрав вредное, разработчики невольно удалили все позитивные обучающие бонусы вирта. Ведь, как известно, без боли в мышцах не добиться их роста, а без синяков защитные блоки учатся гораздо медленнее.
Кроме того, неподвижное часами тело – тоже огромный минус виртуальных игр. Затекают мышцы, связки. Единственная польза, да и то весьма сомнительная – психологическая разгрузка, отдых от серых будней.
Поэтому-то любая «прокачка» в обычном вирте один – ноль приносит столько же пользы, как занятие карате на Марсе. Другая сила тяжести дает навыки, невероятно «полезные» в земных условиях.
– Точно, – подтвердил я, – вылезаешь из вирткостюма, а ощущения, будто мешок песка на плечи кинули.
– Это потому, что твое тело испытывало неправильные нагрузки во время игры.
В реальности «Дрим кингдом», созданной на оборудовании «С», сделанном в Китае, достижим вирт второго поколения, или два – ноль.
В нем почти полностью снята проблема обычного вирта, чувствуется усталость и боль, правда, в сильно уменьшенном объеме, так как целью является все же развлечение, а не учеба.
Чтобы в полной мере задействовать обучающие возможности виртуальной реальности, была создана версия, условно называемая «три – ноль». В ней игрок испытывает те же ощущения, что и в реале, без смягчений, зато благодаря непосредственному воздействию вирта на мозг обучение ускоряется в десятки раз по сравнению с обычной реальностью. В нормальной жизни ты всегда на что-то отвлекаешься: у тебя чешется правая пятка, девушка на соседней парте «засветилась» нижним бельем или под потолком противно жужжит большая жирная муха. В виртуальности есть возможность исключить все посторонние факторы.
– Так это ж золотое дно, – сказал я, подумав. – Странно, что компания не делает на этом деньги. Доходы от игры – ерунда по сравнению с тем, что создатели могли бы получать от обучающих программ. Подготовка пилотов, солдат…
Батя задумался, затем ответил осторожно:
– Игра и так приносит очень приличные деньги, позволяющие участникам проекта не бедствовать и оберегать новые возможности вирта три – ноль от широкой огласки.
– Все равно не понимаю, – развел руками я. – «Дрим кингдом» с подобной обучающей технологией мог бы запросто бросить вызов «Эппл» и «Майкрософт». Это уже не миллиарды, а сотни миллиардов долларов.
Отец вздохнул:
– Не все упирается в деньги, сын, тем более когда их более чем достаточно. Попробую объяснить. Пять лет назад Влад Киреев изобрел очень интересный принцип ИИ. Он был гениальным ученым, но без копейки денег и с полным отсутствием деловой хватки. Наши чиновники от науки отказались его финансировать, потому что он, мол, прожектер и шарлатан, а вернее, совершенно не понимает намеков про откаты. И ушла бы задумка Влада на Запад за пять копеек, если бы этот проект не попал на глаза членам некоего закрытого клуба российских бизнесменов средней руки. Концепция ИИ была признана интересной и получила хорошее финансирование, в результате которой три года назад был создан наш российский суперкомпьютер, на годы опередивший подобные разработки на Западе. Электронное разумное существо было прозвано Умником. ИИ занялся биржевой игрой, позволившей окупить все расходы по его созданию за три месяца, а впоследствии неплохо заработать всем вложившимся в проект. Но, кроме всего прочего, он смог проанализировать существующую виртуальную реальность и предложить усовершенствования, способные создать вирт два – ноль и три – ноль. Так появилось «Королевство».