Его доводы сочли разумными, и группа направилась в столовую. Спецназовцы шли мимо клуба-библиотеки, когда их ушей достигли чудовищные звуки. Марконя, претендовавший на утонченность, страдальчески скривил физиономию. Даже абсолютно лишенный музыкального слуха Дед с удивлением отметил:
– А это что за джазовые импровизации?
В импровизации угадывалось некое отдаленное подобие дембельского марша, известного так же как «Прощание славянки». Жуткий рев трубы перемежался совершенно не попадающим в такт музыки барабанным боем. Население базы старалось обходить эту музыкальную шкатулку как можно дальше. Здесь спецназовцам снова попался на пути майор Злобунов.
Поручик не удержался, чтобы не поинтересоваться у него:
– Это что, гастроли местной филармонии?
Тот в раздражении отмахнулся:
– Нет, там наш полковой оркестр репетирует.
– Значит, живой, – облегченно вздохнул Поручик.
Его понял один Малыш. Остальным пришлось объяснить.
– Наш новый друг библиотекарь, он же флейтист, по его признанию, является единственным музыкантом на все подразделение. Чтобы дуть в дудку и одновременно бить в барабан, нужно как минимум два человека. Подозреваю, что соло на барабане исполняет Войтович. Он мужик умный, с воображением, поэтому прячется там, где его никто и никогда не будет искать.
Он оказался прав. Заглянув внутрь клубно-библиотечной палатки через дырку в брезенте, бойцы увидели увлеченно музицирующих ефрейтора и журналиста. Странным было то, что в трубу дул Войтович, а флейтист-библиотекарь колотил в барабан. Уши у обоих были плотно заткнуты ватными тампонами.
Кэп не стал входить внутрь и других придержал.
– Погодите. Присядем? Надо тему перетереть.
В тени палатки было относительно прохладно, только постоянно приходилось орать, чтобы товарищи могли услышать говорившего.
Тритон взял слово:
– Командир, растолкуй в двух словах, что мы вообще тут делаем? Кабель проверили, закладку нашли, «Дайану», хоть и не по своей вине, прощелкали. Что нам теперь делать? Отбивать «Дайану» или сидеть и ждать, когда этот Гурий свистнет. Я не совсем понимаю, чего именно хочет от нас вице-адмирал Старостин?
За Кэпа ответил Марконя:
– Козе понятно, что хочет Старостин. Чтобы мы помогли Войтовичу освободить заложников.
Дед согласно кивнул:
– Войтович нормальный мужик. А остальных, и первым Гурия, я бы придушил собственными руками. Поэтому они Войтовича и выселили с базы, и хотят отправить куда-нибудь в Хадибу или еще подальше, в Мури.
– Надо его с собой на свадьбу взять, – предложил Поручик. – А там посмотрим.
Кэп задумался:
– Тут такое дело. По пути домой мы с Марконей сообщение приняли от Лумумбы. Я не совсем понял, в чем дело. На «Дайане» высадились арабы, похоже – террористы. И наш Глок с ними. Получается, они всеми делами и заправляют, а пираты там просто для отмазки. Но у этих террористов из-под носа пропало что-то важное. Лумумба назвал это «ковчегом пророка Мусы».
– Наверное, это вроде ковчега Моисея, – догадался начитанный Марконя.
Кэп кивнул и продолжал:
– Вероятно, но что именно – оружие, драгоценности или что-то еще, пока неясно. И еще. Лумумба слышал от своих, что Глок, когда отправлял этот «ковчег», говорил о какой-то скале. Там у него штаб-квартира. Неплохо было бы туда наведаться. Так что на свадьбе долго не засиживаться и много не пить.
– Так это же комсомольская… тьфу ты, мусульманская свадьба! – расстроенно произнес Дед. – Там много и не нальют.
– Ты не путай, это на еврейской много не нальют, а на мусульманской вообще не наливают, – поправил его Тритон.
– Тогда все в библиотеку, – скомандовал Кэп. – Справа по одному – марш.
Войтович, увидев входящих в палатку спецназовцев, вздохнул с нескрываемым облегчением и крепко пожал протянутые руки. Ефрейтор выглядел героем при вручении высокой правительственной награды. Кэп протянул ему трубу и попросил:
– Поиграй еще немножко.
– Я на трубе не умею, – развел руками библиотекарь.
– Хуже не будет. Нам надо посовещаться.
Войтович принялся излагать новости.
– Не нравится мне Сайрус, – сказал журналист. – Он как посредник ничего не делает. Я сам нашел деньги. Оказывается, судовладелец и владелец груза готовы заплатить. Я связался с Находом Али, назвал сумму, и он на нее согласился. Говорит, что отдал бы «Дайану» и даром, слишком уж она ему надоела. Но надо покрыть издержки. И в этот момент, когда все было на мази, меня вдруг взяли и отстранили!
Кэп приблизился к его уху, чтобы перекричать трубный рев.
– От вас просто хотят избавиться, потому что вы мешаете. Если вы не уйметесь, они вас убьют.
Войтович не был удивлен. Он был поражен.
– Но почему? Владельцы согласны, пираты согласны. В чем же дело? Я ведь не срываю переговоры, а наоборот…
Капитан второго ранга покрутил головой:
– В том-то и дело. И владельцы, и пираты – не главные. За теми и за другими кто-то стоит. Они устроили этот захват вовсе не для того, чтобы разрешить его по-быстрому. Тут как детей делать – важен не результат, а процесс. Но для того чтобы изобличить истинных преступников, нам придется использовать вас в качестве живца. И себя тоже, поскольку мы будем вас охранять. Так что сейчас едем на свадьбу, немного расслабимся, а завтра с утра – в бой!
И командир поведал Войтовичу о приглашении капитана Омара.
– Он пришлет за нами машину, – пообещал Кэп. – А там посмотрим.
– На свадьбу собрались, а что дарить, не подумали! – спохватился Марконя. – И вообще, что у них тут молодым дарят?
– Да то же, что и у нас, – отмахнулся Дед. – Жениху – оружие, невесте – плазменный телевизор.
Мысль с телевизором понравилась. Недавно наш сторожевик случайно задержал в море контрабандистов, которые переправляли из Эмиратов огромную партию дешевой бытовой техники. Товар – телевизоры и прочую мелочь – сгрузили на пустующем складе вооружения. Оттуда товар потихоньку разворовывался.
Поручик тронул за плечо Тритона.
– Слушай, ты в технике хорошо разбираешься. Выбери там плазму подходящую, чтобы диагональ была побольше, метра полтора. Я прапору-кладовщику автоматический «кольт» пообещал.
– Неужели не жалко? – удивился Малыш.
– А что жалеть? – пренебрежительно сплюнул на землю Голицын. – Ствол тяжелый, хромированный, патронов к нему не напасешься. Сорок пятый калибр, дефицит страшный. В общем, понт голимый, а не ствол. Я от него давно избавиться хотел, а тут случай подходящий.
– А я могу еще видеокамеру компактную предложить, – добавил Войтович. – У меня в багаже этого добра – девать некуда.
– Так, телевизор и видеокамера, это для невесты нормально, – подытожил Дед. – А жениху?
– С ним проще. Пошарь в наших трофеях. «Калаш» с наворотами, думаю, подойдет.
Дед хитро прищурился:
– У меня джамбия старинная есть, дамасская. Рукоять из столовой кости. Это, конечно, не рог носорога, но тоже дорого. Какой-нибудь богатый йеменец за нее тысяч пятьдесят баксов отвалит, а то и сотню.
Поручик сумел оценить жертву. Игрушка была и в самом деле дорогая.
– Дед, а как же сам?
Тот усмехнулся:
– Я же не йеменец, к тому же не богатый. И джамбия – не моя группа товара. Кривой кинжал штука непрактичная. Ни колбаски порезать, ни по горлу полоснуть.
Они вернулись в свои палатки и переоделись по-праздничному, в белые рубашки и джинсы. В указанное время за ними к воротам базы подкатил пикап с веселым арапчонком за рулем. Выскочивший из штаба майор Злобунов проводил группу долгим подозрительным взглядом. Увидев Войтовича, обрадовался.
– О, а вот и пропажа! Где нашли?
– Военная тайна! – отрезал Кэп.
– И куда вы теперь? – вяло поинтересовался майор, не надеясь получить ответ.
– Отвезем в город, подберем место пребывания. По приказу вице-адмирала Старостина мы отвечаем за безопасность переговорщика.
Злобунов прикусил язык. Мало того что чином он был ниже Кэпа, а уж приказы адмирала и вовсе были недоступны его компетенции.
Спецназовцы загрузили в машину подарки, уселись сами. Водитель дал газу, и они затряслись по пыльной дороге. Шла дорога вдоль моря, потом свернула в горы. Не прошло и получаса, как они въехали в большую арабскую деревню.
Приезд спецназовцев сопровождался шумом и приветственными криками. Всем бойцам группы, кроме Малыша, не раз приходилось бывать в арабских странах. Они знали, что здесь принято считать, будто присутствие на свадьбе иностранных гостей приносит счастье и удачу.
Малыш и Поручик выгрузили подарки. Телевизор понравился всем. Видеокамера тоже. Одна из подружек невесты тут же ею завладела и начала съемку.
Подарки жениху вызвали еще больший восторг. Автомат Калашникова был снабжен круглым дисковым магазином от ручного пулемета и подствольным гранатометом. Глаза мужчин загорелись от зависти и восхищения. Оценили по достоинству и кинжал.
Процессия двинулась. Впереди шла невеста, она была закрыта чадрой с головы до ног.
– Наверное, красивая, – размечтался Малыш.
– А ты ее попроси: «Гюльчатай, покажи личико!» – смеялись над ним товарищи.
Малыш успел соскучиться по женскому обществу и только вертел головой во все стороны.
– Ух, сейчас и потанцуем! Смотри, сколько телок!
Марконя небрежно похлопал его по плечу:
– Потанцуешь, только с мужиками.
Малыш даже растерялся:
– Ты чего? Зачем мне с мужиками танцевать? Мужики на свадьбе не для танцев, а чтобы подраться.
Но Кэп поддержал связиста:
– Нет, Малыш, здесь на свадьбе мужики с мужиками не дерутся. Здесь они и вправду друг с другом танцуют.
Малыш приуныл и огорченно протянул:
– А с кем же тогда драться-то? С бабами, что ли?
Тут и Поручик разочаровал молодого друга:
– Не беспокойся, баб ты, скорее всего, вообще больше не увидишь. Такая тут свадьба – без водки, без драки и без баб.
Малыш расстроился. До дома жениха процессии предстояло пройти всего несколько сотен метров. Но скорость движения колонны не превышала нескольких шагов в час.