стоял один-единственный катер. У всех спецназовцев дозиметры затрещали, как стадо сверчков.
– Вот он, – облизнув губы, проговорил Лысый.
Контейнер стоял в трюме катера.
– Пора домой, – сказал Марконя.
Кэп кивнул в сторону лысого пленника.
– Поручик, разберись с товарищем.
Лысый побледнел и задрожал. Голицын оттащил его в сторону. Внимательно оглядел от макушки до пят, потом с сожалением покачал головой:
– Надо было бы тебя убрать, но ты мне еще тогда понравился. Ладно, живи. И передай Глоку, что я за ним приду.
Малыш запустил движок катера. Голицын на прощание еще разок пнул Лысого и запрыгнул на корму. Через минуту катер вышел в открытое море и взял курс на базу.
На борту «Дайаны» Шариф вел телефонный разговор с господином Гореславским. Олигарх внимательно выслушал все его доводы, потом распорядился:
– Если не получится сделать так, как мы задумали, разгружайтесь где угодно. Необходимо сохранить груз.
– Но его сразу же арестуют!
Гореславский ответил раздраженно:
– Ерунда, я эту проблему разрулю. Главное – сделай так, как я сказал.
И отключился. Шариф вышел на воздух к Бараке и увидел, что Глок швартуется к высокому борту «Дайаны». У Шарифа при виде такой наглости чуть глаза на лоб не повылезали, но Бараке выходка гиганта понравилась. К тому же явился он не один, а в сопровождении взвода своих наемников, и на носу его катера грозно торчала спаренная зенитная пушка. В общем, Шариф подумал и пришел к выводу, что Глока стоит хотя бы выслушать.
Когда Глок поднялся на мостик к Шарифу и Бараке, те тщетно попытались обнаружить на его лице тень смущения или чувства вины.
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – скрывая неприязнь, начал Шариф.
– О чем? – Глок казался искренне удивленным. – Может быть, о контейнере с бомбой? Зачем тебе такая опасная штука? Скажи, куда тебе ее установить, и я сам это сделаю. Качественно и недорого. Я же профессионал.
Шариф от ярости едва не зарычал.
– Но почему ты увез контейнер и ничего мне не сказал?
Выражение лица Глока стало еще более нахальным.
– Я тебя искал, но не смог найти. Мне даже показалось, что ты нарочно от меня спрятался. А ведь я как раз хотел узнать у тебя, как погибли мои люди, которых ты посылал взрывать американский эсминец.
Шариф прикусил язык. А Глок продолжал как ни в чем не бывало:
– Я вообще против того, чтобы иметь секреты от своих друзей. Сам видишь, к чему это приводит. К тому же я понятия не имел, что контейнер твой. Да он мне и не нужен. Взял просто так, можно сказать, случайно.
Шариф с недоверием покачал головой:
– Из разговора с Абдуллой и Фатимой у меня почему-то создалось другое впечатление.
Глок расхохотался:
– Ха-ха! Когда я сейчас проходил через нижнюю палубу, видел там жареную мартышку-альбиноску. Хороший у тебя с ней разговор получился. Я помню, с ней еще негритенок был. А с ним что сделали? Сварили?
Шариф сплюнул:
– Это Барака так работает. Я ее сам иногда боюсь.
Красавица застенчиво улыбнулась, словно ей сделали комплимент.
– В общем, давай считать это недоразумением, – продолжал Шариф. – Но контейнер, понятно, придется вернуть.
– Никаких проблем. – Казалось, Глок был воплощением самого радушия. – Верну в любой момент.
И тут ему позвонил Лысый.
– Алло, шеф? У меня были гости, – доложил он. – Мистер Смит, фотографию которого я тебе показывал, и его друзья. Они все забрали.
Глок грязно выругался.
– А чем занимались парни из взвода охраны? Вернусь – всех поубиваю!
– Уже.
– Что уже?
– Их уже убили, – пояснил Лысый.
Глок снова выругался, грязнее прежнего.
– Что вы за люди, ни украсть, ни покараулить не можете! Оставил на полдня, и то не смогли уберечься!
Шариф по тону понял, что у союзника возникла проблема.
– Контейнер на базе у русских, – сообщил ему Глок.
Шариф резко поднялся и направился к дверям.
– Ты куда собрался? – спросил Глок.
– К русским за моим контейнером, – бросил Шариф. – Он мне действительно нужен. Пойми, я не могу провалить эту операцию. Не имею права. Другого шанса у меня не будет.
Глоку стало даже неудобно. Правда, совсем немного.
– Шариф, не делай глупостей! – попытался возразить он.
Но Шариф был непреклонен.
– Заминируй «Дайану», – распорядился он. – Так, на всякий случай. Больше от тебя пока ничего не требуется. И жди меня здесь.
Он ушел. Глок проводил его насмешливым взглядом. Кажется, араб решил играть ва-банк, причем против всех. И заминировать «Дайану» он хочет с единственной целью – шантажировать своих работодателей. Но это уже Глока не интересовало. Попросили – сделает. Ему это нетрудно.
И он пошел готовиться к погружению.
Когда маленькая флотилия, состоявшая из катера и зеленой моторной лодки, причалила к пирсу будущей российской военно-морской базы, встретить ее вышел сам господин Новицкий со свитой. Он был сердит.
– Где вас носило, Татаринов? Почему вы уехали без разрешения? Я же предупредил, что вам придется везти выкуп!
Кэп равнодушно встретил всплеск его эмоций.
– Вы говорили, что мы выйдем в море на японском эсминце. Я что-то его не вижу.
– Он на подходе. Что это вы привезли? – В голосе Новицкого слышалось уже не раздражение, а любопытство.
Кэп отвечал с равнодушным и одновременно интригующим видом:
– Та фигня, о которой вы нам говорили. Компактное ядерное взрывное устройство, в просторечье – «ядерный чемодан». Не путать с «ядерным чемоданчиком», который таскают за президентом.
Новицкий даже не дослушал. Он запрыгнул в катер, вцепился в ручку контейнера, подергал в безуспешной попытке хотя бы немного сдвинуть, потом стал его ощупывать, словно не веря себе.
– Осторожно, он радиоактивный, – напомнил Кэп. – Не сильно, но есть.
– Ерунда! – отмахнулся Новицкий, сияя, как новенькая коронка из фальшивого золота.
Потом, как бы спохватившись, придал лицу суровое выражение.
– Идите в штаб, – приказал он Татаринову. – Там вас Войтович дожидается. Японцы с минуты на минуту могут появиться.
Кэп козырнул и повел группу к штабу. Войтович прогуливался перед зданием. При этом он старался не спускать глаз с чемоданов, стоявших у его ног.
– А может, ну их всех? – мечтательно предложил Малыш. – Грузим чемоданчики в лодку и валим на все тридцать два румба!
– Я бы так и сделал, – честно признался Войтович. – Только вот заложников с «Дайаны» спасти надо.
– Людей мы спасем бесплатно, – предложил Поручик. – Что скажешь, командир?
– Я как все, – пожал плечами Кэп. – А вообще-то поглядим, как карта ляжет.
– Японец подходит! – раздался голос вахтенного с пирса.
Подхватив чемоданы, группа направилась на погрузку.
Поручик снова поднялся на борт красы и гордости морских сил самообороны Японии эскадренного миноносца «Аянами».
Снова их встретил итто-кайи Ватанабэ. Но сейчас капитан-лейтенант был неприветлив. Причину было нетрудно угадать. Сомалийские пираты захватили японский танкер. И не просто танкер, а крупнейший в мире, длиной почти в полкилометра.
Ватанабэ был так рассержен, что даже не поинтересовался, почему американский журналист Смит сопровождает деньги вместе с группой русских спецназовцев. Свое настроение он объяснил позже. Его возмущала пассивность властей сильнейших мировых держав.
– Они ведут с пиратами переговоры. Я их презираю.
– Ну, мы ведь тоже им деньги везем, – осторожно возразил Кэп, постучав ногой по тугому боку одного из чемоданов.
Командир Ватанабэ расхохотался, как самурай в кинофильме:
– Деньги? Ха-ха! В этих чемоданах не деньги, а смерть. Не хотел бы я получить такие деньги. Или я совсем не разбираюсь в людях.
«Дайана» шла полным ходом, но равняться скоростью с быстроходным военным кораблем, конечно, не могла. Эсминец догнал ее, опередил и перерезал курс. Грозно рявкнула пушка эсминца, и перед форштевнем сухогруза взметнулся фонтан воды. Пиратам поневоле пришлось застопорить машину и лечь в дрейф.
– Эй, на судне! – прокричал по-английски в мощный репродуктор капитан-лейтенант Ватанабэ. – Слушайте меня, грязные пираты! Сейчас вам привезут выкуп. Это то, что вы просили. Если начнете крутить хвостом, я утоплю вас вместе с вашим корытом. Оно застраховано, так что внакладе никто не останется. Кроме вас, разумеется. Мы высылаем шлюпку. Обеспечьте прием!
Войтович, а за ним пятеро спецназовцев спустились в шлюпку.
– Хватай мешки, вокзал отходит! – пошутил Малыш.
Вскоре спецназовцы с помощью подъемного устройства вслед за Войтовичем уже поднимались на борт «Дайаны». На палубе их сразу плотной стеной окружили пираты. У Голицына сложилось впечатление, что в этот раз разбойники вели себя как-то слишком вяло. Ругались без огонька, не отпускали обычных шуток. Даже свой любимый кат они жевали, казалось, без всякого энтузиазма.
На мостике их ждал незнакомый парень, толстый и черный. Он изо всех сил пыжился, изображая главаря. Но при этом украдкой бросал взгляды в одном направлении, словно спрашивая: «Я правильно делаю?»
Поручик посмотрел в направлении его взгляда и заметил красавицу Бараку. Она старалась держаться в тени, но стать совсем невидимой ей не удалось. Теперь Голицын смог разглядеть, что в рядах пиратов за спинами негров толкутся арабы. Их было много, едва ли не больше, чем сомалийцев. Вот, значит, кому они привезли деньги.
Сзади Голицына коснулась рука. Он оглянулся. Это был Марконя.
– Глока видел? – спросил он.
Поручик Глока не видел, но кивнул утвердительно. Теперь он понял, почему некоторые из пиратов выглядят как люди белой расы. Выходит, и Глок со своей командой действительно перебрался на «Дайану». Но, вопреки ожиданиям лысого помощника, обратно на «Скалу» гигант не торопился.
– Он может нас узнать, – тихо сказал Марконя.