Нина решила отправить его на тот свет первым.
То, что Карл не верил в загробную жизнь, ничего не меняло. Главное, в нее верила она. И знала, что на том свете они обязательно будут вместе…
А рядом с ними те, кто так услаждает органы чувств Карла при жизни!
Она не боялась умереть.
Как и убивать!
Потому что ее понятия о загробной жизни в корне отличались от тех, что пытались ей навязать. Убийство – грех? Тогда все, кто на Великой Отечественной войне совершал подвиги, будут гореть в аду. Вместе с Чикатило и прочими маньяками…
Ей повезло. На двери подъезда дома Мэри она прочла о выборах нового домоуправа. Так она попала в ее квартиру…
– Вы кто? – услышала она знакомый по эфирам голос Мэри.
– Ариадна…
Нина знала, что нельзя медлить, если хочешь убить человека. Нужно нажимать на курок сразу, как только прицелишься. Иначе можешь упустить момент. Когда она подстерегала Мэри в сквере, то замешкалась и…
Чертов пес все испортил!
В фильмах и книгах убийцы грешат тем, что много говорят, прежде чем выстрелить. Нина не собиралась следовать их примеру. Поэтому нажала на курок сразу после того, как произнесла имя, данное ей Карлом… Ариадна…
Но выстрела не последовало. Осечка!
Нина собралась еще раз нажать на курок, но не успела. На нее налетел мужчина, вынырнувший из коридора, ведущего в кухню. Он больно ударил ее по руке ребром ладони. «Глок» выпал…
Потом ее свалили с ног. Нина оказалась на полу. И ее лицо вдавилось в пыльный коврик, который лежал возле двери.
Ей заломили руки. Это было больно. Но Нина почти не чувствовала физическую боль. Ее раздирала боль иная – душевная. И она вся сосредоточилась на ней…
Не смогла довести дело до конца! А это значит, Карл войдет в загробный мир одиноким. Там его встретит один Салах.
– Вот уж на кого не думал, – услышала Нина сквозь боль. Узнала голос Саркисяна. – Хотя теперь понимаю… понимаю!
Ее запястья что-то сдавило. Наверное, их перетянули ремнем.
– Кто это? – спросила Мэри у полицейского.
– Сиделка Карла. Вторая в списке.
Он приподнял ее и, развернув к себе лицом, усадил.
– Вы любите его, да? – обратился Левон к Нине. – Больше своей жизни и жизней других людей.
– Все они ничто, – выдавила она из себя.
– Так это она составила список? – догадалась-таки Мэри. – И включила в него себя?
– Карл умирает. Я звонил его доктору. У него рак. Через месяц-другой его не станет. И Нина, привыкшая создавать ему комфортные условия при жизни, решила обеспечить их и после смерти.
– Как так?
– Отправить в мир иной всех людей, кто доставлял Карлу удовольствие в этом мире, а потом уйти самой.
Мэри с ужасом посмотрела на Нину.
– Это правда?
Та не ответила. Не посчитала нужным. Как объяснить слепому, какое оно, море? А глухому, что такое музыка? Им все равно этого не понять…
– Как вы попали в «Нирвану»? – спросил у Нины Левон. Его любопытство она решила удовлетворить.
– Просто вошла. Салах не заперся. Но у меня были ключи.
– Откуда?
– Сняла дубликат с Фединых. Мы были знакомы. Он доставал для Карла анашу. Салах рассказывал мне о том, что Одинцов балуется ею. И я поехала в «Нирвану», чтобы познакомиться с ним.
– Список вы намеренно оставили на месте преступления?
– Нет. Выронила. На мне были перчатки, я не почувствовала, как бумага выскользнула из пальцев.
– Зачем вы вообще его с собой таскали? Да еще вынимали?
– Вынула, чтобы вычеркнуть Салаха. Для того и носила… Список всегда был со мной!
– Для вас это было столь символично?
– Для меня многое символично. У вас другое восприятие, я не смогу объяснить вам. Вы слишком примитивны.
– А откуда вы узнали, как выглядит Мэри Крисмас?
– Она что, тайный агент? – пожала плечами Нина. – Это не очень трудно.
– И все же?
– Несколько дней я приходила к дверям офиса, в котором располагалась радиостанция. Когда заканчивалось шоу Мэри Крисмас, я следила за теми, кто из здания выходил. Всякий раз то была вот эта женщина. Я же не озабоченный мужик и понимаю, что Крисмас выглядит не как секс-бомба с плаката, а как обычная баба.
– Но вы могли ошибиться и убить другого человека.
– Нет, я слышала ее голос, когда она разговаривала по телефону. Его не спутаешь ни с чьим другим. И на следующий день я уже поджидала Мэри с пистолетом. Хорошо, что была среда и она вела дневной эфир.
– Почему хорошо?
– По утрам я стараюсь не выходить из дома. Карл привык, что я, а не приходящая сиделка, которая меня подменяет, кормит его кашей и поит чаем. И я хочу, чтоб, открыв глаза, он видел меня. Свою Ариадну…
Крисмас все это время не сводила с Нины пристального взгляда. И когда она замолчала, Мэри воскликнула:
– А ведь она выглядит вполне нормальной!
– Думаю, психиатры это подтвердят, – согласился с ней Левон.
– Но как может нормальный человек говорить и делать ТАКОЕ?
– Тебе этого не понять, – ответила ей Нина. – Мир не такой, каким ты его представляешь. По крайней мере для меня. Центром его является Карл. Если выражаться языком астрономии, то он солнце. А мы планеты, вращающиеся вокруг него. Я самая близкая от него. Вы подальше. У каждой своя орбита, но мы единая галактика. Хотя бы потому, что все вы между собой как-то связаны. Это поразительно! Я никогда бы не подумала, что ты знакома с Александрой, например. И что она с Пьером дружит, для меня было удивительно.
– А как же Валентин? Кто он в вашей галактике?
– Черная дыра. Но и она является ею частью.
Нина закашлялась.
– Можно воды? – попросила она у Левона.
– Я принесу, – бросила Мэри и ушла на кухню. Вернулась через несколько секунд с бутылкой минералки и напоила Нину.
Кашель прекратился, но ненадолго.
– Воздуха не хватает, – сдавленно проговорила Нина. Она побледнела. – Подышать бы…
Левон помог ей подняться и вывел на незастекленный балкон. Нина прижалась к бортику и задышала полной грудью.
– Вам лучше? – спросил он.
– Да! – ответила она, внезапно резко оттолкнулась от перил и прыгнула в пустоту.
Те несколько секунд, что она падала с двенадцатого этажа, Нина думала о том, как спокойно будет Карлу там, куда она сейчас попадет. Ведь в загробном мире его будет встречать любящая женщина…
Эпилог
Карл, к огромному удивлению врачей, не умер ни через месяц, ни через два. Более того, он стал шевелить плечами. Раковые клетки приостановили свой рост, а впоследствии исчезли. Сами по себе, без химиотерапии. Врачи недоумевали, как такое могло случиться. И только Карл знал – как. Он так не желал отправляться туда, где его поджидала Ариадна, что заставил болезнь отступить.
Мэри и Левон стали встречаться, а спустя полгода поженились. Свидетельницей на их свадьбе была беременная Александра Гейнц. Они с Артуром купили квартиру в Сочи и перебрались жить туда.
Светлана с мужем вернулась в Индию. Вскоре Сом умер во время одной из месс, регулярно проводимых их сектой. Для того чтобы впасть в транс, все ее члены принимали наркотические вещества. Сердце немолодого музыканта не выдержало. Светлана стойко перенесла его смерть. Потому что в их секте кончина адепта во время мессы считалась благодатью.
Пьер Морель так и остался холостяком. Он ушел из «Красной площади» и открыл свой ресторан, который надеялся оставить в наследство сыну, о котором пока только мечтал, но был уверен, что он когда-нибудь у него родится. Имя ребенку он дал заранее – Александр.
Федор после смерти Салаха пил еще неделю, потом закодировался. Вернулся в Гороховец и стал ухаживать за обезножившей матерью. Так ему велел покойный друг, явившийся Федору во сне.