них текстах утверждение, что человек должен жить только для того, чтобы героически умереть или что в самой смерти и есть смысл существования человека, как это провозглашает фашистский культ.
Человек, в действительности обладающий многими положительными качествами всегда имеет какие-либо недостатки. Просто потому, что он человек. Фашистский герой, отождествляемый в пропаганде с реальной личностью, всегда идеален, он культовый и является предметом слепого поклонения. В этом отношении, когда-то существовавший на самом деле человек в пропаганде становится похож на вымышленных героев религиозных мифов и народных эпосов. В таком герое нет ничего человеческого, он целиком представляет собой миф, не имеющий отношения к реальной жизни прототипа, послужившего основой мифа.
Фашисты принципиально отрицают наличие каки-либо негативных качеств у представителей численно доминирующей привилегированной группы (членов религиозной общины, представителей нации, расы и им подобных), от имени которой они выступают, по простой причине – они эту группу максимально идеализируют, буквально до абсурда. Отсюда происходит приписывание героических свойств всем, без исключения, членам группы, а это может быть даже многомиллионный народ.
Если кто-то серьёзно говорит о своём абсолютном совершенстве, скорее всего, у него серьёзные проблемы с психикой. Фашистские же лубочные герои почти всегда сами открыто заявляют о своём совершенстве, касается ли это примитивных пропагандистских поделок или серьёзных идеологически направленных художественных произведений, в том числе это касается стилистически и композиционно безупречных.
Особую категорию героев составляют религиозные пророки. Пророк является избранником божества, его представителем, его голосом и посредником между божеством и людьми. Он должен носить в себе божественный свет. Пророк — духовный вождь, который ведёт своих последователей по жизни, показывая жизненный путь, которым нужно следовать каждому, своим примером, повседневной жизнью, трудом и религиозными обрядами.
Нередко можно наблюдать, как в фашистских государствах власть подвергает народ ничем не оправданным мучениям, в целях мобилизации общества вокруг фашистов, а потом сама же делает из этого народа героя. Чем больше власть угнетает народ, тем больше она возвеличивает его за эти страдания. Муссолини утверждал, что массы не ценят благополучие и доброту, им нужно страдание и самопожертвование.
Как правило, первыми кто начинает противиться насаждению культа героизма и смерти, это интеллигенция. Интеллигентный человек сразу понимает, что тот, кто слепо поклоняется культу какого-нибудь реального или вымышленного героя, неважно насколько герой совершенен, тот унижает своё человеческое достоинство, так как сознательно принижает свои реальные возможности, собственные моральные качества и интеллектуальные способности.
Другой группой, которая не приемлет мифологизации прошлых военных подвигов, являются ветераны предыдущих войн, которых обижает возвеличивание мифических героев и их нереальных подвигов. Я лично сталкивался с неприязнью ветеранов Великой Отечественной войны, когда при них кто-то расхваливал несуществующие подвиги советских героев.
Мне запомнилось письмо одного ветерана, написанное в 1988 году в газету. Старый солдат вспоминал о своём участии в Великой Отечественной войне. Он рассказывал о том, как участвовал в наведении переправы. Под пулемётным огнём немцев команда советских сапёров строила деревянный помост для погрузки на плавсредства солдат и техники. Шквальный огонь косил сапёров, которые работали по пояс в красной от крови воде, среди плавающих трупов своих товарищей. Пятеро солдат, вытаскивали рядом на берег раненых и оттаскивали баграми вниз по течению убитых сапёров, чтобы их тела не мешали работе. Некоторые из «убитых» продолжали ещё дышать, но на них не обращали никакого внимания. На берегу, укрывшись за брёвнами, ждали своей очереди другие сапёры, чтобы по команде занять место убитых. А сразу за резервом залёг пулемётный расчёт заградотряда. Из шестидесяти трёх человек его подразделения в живых остались только девять. За всю войну этот ветеран ни разу не стрелял по врагу, а его оружием были топор и лопата. У него нет орденов, а лишь три медали, одна из них «За отвагу». Ветеран с обидой писал, что, слыша про невероятные подвиги какого-нибудь сказочного военного героя, получается, что он четыре года был на курорте. «Чем больше проходит времени, тем сказочнее становятся эти военные подвиги, тем более красочно они описываются людьми, родившимися уже после войны» — писал в редакцию бывший сапёр.
Страх, боль, грязь, кровь и смерть реальной войны у фашистов по мановению волшебной палочки иллюзиониста-пропагандиста превращаются в блеск оружейной стали, мощь военной техники, патриотические лозунги с которыми красиво и счастливо умирают герои.
Я специально не упоминаю в этой книге про героические мифы, созданные военными пропагандистами непосредственно во время самой войны в сугубо военных целях. Не затрагиваю я также тему ведения психологической войны в отношении противника. Это совсем другая история, другие мотивы, другие последствия. Создание культа героев и смерти в мирное время не оправдано ничем.
Резюмируя написанное, хочу напомнить слова Иоганна Гёте: «Невозможно всегда быть героем, но всегда можно оставаться человеком».
1.13. Культ «Нового Человека»
Провозглашая себя революционной силой, фашизм готов не только построить новое общество, он ещё стремится создать нового, совершенного во всех отношениях человека. Старый человек с его недостатками не годится, он не может стать гражданином, достойным идеального фашистского государства.
Искусственно создать или воспитать такого человека, который бы полностью соответствовал требованиям нового общества — одна из главных задач фашистов. В первом случае речь всегда идёт о евгенике, об искусственном отборе (селекции) и последующем воспитании, о генной инженерии и подобных вещах. Во втором случае имеется в виду идеологическая переработка уже имеющегося «людского материала», полное изменение сознания, прививание новых привычек и новой морали.
Культ «Нового человека» основан на идее природной мощи и бессмертия людской массы, совершающей ради идей фашизма невероятные трудовые и военные подвиги. Для фашистского «Нового человека» не существует невозможного, он может если не всё, то почти всё.
«Новый человек» не просто героический персонаж, он главная деталь государственной машины, «винтик», каких миллионы. Он с гордостью, а не самоуничижением говорит о себе как о «винтике» в большом механизме фашистского государства, по причине того, что считает себя частью великого нового, чего ранее ещё никогда не существовало.
В капиталистическом обществе ценится высокая производительность труда, механизация и автоматизация рутинных операций. Любой капиталист старается уменьшить тяжесть ручной работы, повысить эффективность интеллектуального труда, уменьшив долю трудозатрат в себестоимости продукции и увеличив таким образом прибыль. Научно-технический прогресс помогает делать деньги, производить продукцию более конкурентоспособную, с улучшенными качествами и более дешёвую.
Фашистскими идеологами во главу угла ставится прежде всего человеческий труд, а не научные достижения и технический прогресс. Примитивный труд превозносится, а квалифицированный принижается. Учёный, инженер и, вообще, интеллектуал – человек второго сорта. Максимально возможная занятость населения в ущерб эффективности — распространённая болезнь фашистских экономик. Таким образом, фашисты решают важную социальную задачу, часто напрямую финансируя экономику из государственного бюджета для сохранения уровня занятости и создания новых рабочих мест.
Тем не менее понимая важность для государства развития науки и техники, фашисты, несмотря на собственную пропаганду, вынуждены тратить деньги на научные исследования и образование масс. Финансирование интеллектуальной деятельности происходит по остаточному принципу, после решения тактических экономико-социальных задач, стратегических планов по фашистской пропаганде, содержанию репрессивного государственного аппарата, милитаризации экономики и прочих мероприятий по упрочнению фундамента собственной власти.
Идеальный образ «Нового человека», пропагандируемый фашистами, включает искреннюю любовь к численно доминирующей привилегированной группе (расе, нации, религиозной общине и им подобным), от которой фашисты выступают и защиту интересов которой декларируют. Важным качеством «Нового человека» провозглашаются готовность к самопожертвованию, революционный дух, желание изменить окружающий мир в соответствии с фашистской доктриной, внутренняя потребность без принуждения участвовать в фашистских обрядах и мероприятиях, дисциплинированность и коллективизм. Альтруизм по отношению к членам привилегированной группы и беспрекословное подчинение государству возведены в Абсолют. Эти вещи не могут быть подвергнуты критике, ни в каком контексте.
Мерилом ценности становится не востребованность конечного продукта и его качество, как следствие добросовестного отношения к своему труду, а политическая оценка этого труда. Это когда люди не просто работают в надежде на общественное признание и получение достойного вознаграждения, а строят светлое будущее. Новое государство рассматривают любую деятельность через призму полезности по отношению к процессу строительства этого утопического грядущего счастья. Труд особо ценен, когда это подвиг или жертва.
Задачи идеологии фашистских политических режимов включают в себя обеспечение возможности партии вписаться во все внутренние субкультуры иных групп, управлять этими группами изнутри, что вовсе не исключает одновременно и внешнего воздействия с помощью государственного контроля и репрессивного воздействия на эти группы. В рамках идеологии появляются понятия «современного воина», «писателя новой формации», «судьи с новым правовым сознанием», «раскрепощённой женщины», «нового поколения» и подобные им определения «Нового человека» в контексте профессии, возраста, пола и прочего.