Однако, не все так просто. Во-первых, речь идет лишь о частичном демонтаже санкций. Разблокированию подлежит менее 4 % валютных резервов Ирана. Сохраняются пока запреты на экспорт нефти. Номенклатура товаров, разрешенных к ввозу в Иран, весьма ограничена. Во-вторых, президент США Обама много раз повторял, что принятые по Ирану решения обладают свойством «обратимости». Проще говоря, в любой момент Запад может вернуться на исходные позиции по кругу санкций, если сочтет, что Иран не выполняет женевские договоренности.
И в конгрессе, и в правительстве США очень сильны позиции сторонников сохранения силового давления на Тегеран. Примечательно выступление на слушаниях в комитете по иностранным делам сената США, посвященным урегулированию ядерной проблемы Ирана, заместителя министра финансов Дэвида Коэна. Он курирует вопросы борьбы с финансированием терроризма и финансовую разведку. Дэвид Коэн заявил, что, несмотря на достижение постоянной пятеркой Совета Безопасности ООН и Германией предварительной договоренности с Тегераном, «архитектура центральных санкций твердо остается на месте». «Мы продолжаем обеспечивать соблюдение: наших нефтяных санкций, которые привели к сокращению иранского нефтяного экспорта на 60 % в течение последних двух лет; наших финансовых санкций, позволивших блокировать множество активов Ирана в других странах; наших банковских санкций, фактически „отрезавших“ банковский сектор Ирана от мировой финансовой системы; наших санкций, касающихся существенных инвестиций в энергетический сектор Ирана, что осложнило добычу им нефти и газа», – заявил Дэвид Коэн. Далее замминистра финансов США продолжил: «Чтобы добиться сохранения санкционного давления, мы активно взаимодействуем с иностранными банками, компаниями и коллегами в правительствах… В рамках таких усилий я за последние шесть недель ездил в Великобританию, Германию, Австрию, Турцию и ОАЭ, направляя им следующий сигнал: Иран не открыт для бизнеса». По словам Дэвида Коэна, Вашингтон «готов применить свои инструменты против любого нарушителя американских санкций, где бы то ни было». В верхней палате конгресса такое заявление вызвало большое одобрение. Там уже готовится законодательная инициатива, предусматривающая восстановление в полном объеме экономических санкций против Тегерана. Заместитель государственного секретаря США Венди Шерман уточнила, что происходящее сейчас ослабление режима санкций против Ирана является «временным, ограниченным и точечным». Госсекретарь США Джон Керри в январе 2014 года, на встрече с министром иностранных дел Франции Лораном Фабиусом, затронув тему поездки в Иран французской торговой делегации, которая выясняла возможности заключения контрактов и осуществления инвестиций в экономику Ирана, предупредил, что подобного рода активность европейского бизнеса является преждевременной.
Неустойчивость ситуации вокруг Ирана хорошо чувствуют и в самой этой стране, и в тех странах, которые являются его традиционными торгово-экономическими партнерами. Тем не менее, полным ходом заключаются бартерные сделки, ведется торговля с использованием в качестве средства расчета золота и национальных валют стран-партнеров. С Турцией Иран до недавнего времени торговал, используя золото (неизвестно, использует ли он его сегодня, после того как Вашингтон ввел запрет на расчеты в золоте). Китай рассчитывается за иранскую нефть юанями, Индия – рупиями.
В самом начале 2014 года в СМИ появились сообщения о том, что между Тегераном и Москвой достигнута договоренность о крупной бартерной схеме. Россия будет получать ежесуточно 500 миллионов баррелей нефти из Ирана, а в обмен поставлять различные товары производственного и потребительского назначения. Источники не раскрывают детали этого соглашения. В частности, нет полной ясности, будет ли эта схема использована после того, как будут сняты все ограничения на экспорт иранской нефти, или же она будет использоваться даже в условиях сохранения таких ограничений. Россия сама является одним из крупнейших экспортеров черного золота, поэтому смысл схемы в том, что российская сторона готова выступать в роли торгового посредника, осуществляя реэкспорт иранской нефти и закупая на полученную валюту необходимые Тегерану товары.
Эта информация весьма взволновала официальный Вашингтон. Заместитель госсекретаря по политическим вопросам Венди Шерман, во время слушаний в верхней палате конгресса США, заявила по поводу готовящегося российско-иранского соглашения: «Мы совершенно ясно говорим, что любые действия вроде такого соглашения между Россией и Ираном могут повлечь за собой санкции и создадут огромный риск… который существенно затруднит, если вообще не сорвет, достижение комплексного соглашения», – добавила она, имея в виду переговоры по ядерной программе Ирана. В американской прессе немало высказываний, призывающих правительство США в случае запуска подобной схемы торгово-экономического сотрудничества России и Ирана вернуться к исходным экономическим санкциям против Ирана, а также ввести санкции против России.
Надо сказать, Вашингтон уже не раз угрожал России введением экономических санкций. Например, во время военного противостояния России с Грузией в августе 2008 года. Были угрозы и в прошлом году в связи с российской поддержкой Сирии. Ни разу, однако, угрозы не воплощались в жизнь. Для Вашингтона экономические и политические издержки введения санкций против России слишком велики.
А вот Ирану, скорее всего, придется по-прежнему использовать «серые» схемы в торговле. Ибо ослабление санкций – «временное, ограниченное и точечное». В глазах Вашингтона ядерная программа Ирана в каком-то смысле лишь повод для того, чтобы за столом переговоров вернуть Тегеран в орбиту своего экономического и политического влияния. В том числе снова загнать Иран в систему нефтедоллара. Парадоксально, но всеми своими санкциями против Ирана Вашингтон добился лишь того, что эта крупнейшая нефтедобывающая страна освободилась от пут нефтедолларового стандарта, появившегося сорок лет назад. И сегодня Иран скорее согласится свернуть свою ядерную программу, чем вновь подчиниться нефтедолларовому диктату Вашингтона…
2014 год
БРИКС против Бреттон-Вудса
В июле нынешнего года исполняется 70 лет со времени международной валютно-финансовой конференции, проходившей в курортном местечке Бреттон-Вудс (США) с участием 44 государств, включая СССР. Решения конференции заложили основы послевоенной мировой финансовой системы. Она базировалась на золоте и долларе, а также обязательстве Вашингтона обеспечивать свободный размен желтого металла на зеленую бумагу. В 1970-е годы Бреттон-Вудская система приказала долго жить, на ее смену пришла так называемая Ямайская система, которая стала полностью опираться на бумажный доллар. Он был подкреплен черным золотом, поэтому Ямайскую систему называют еще нефтедолларовой, она существует до сегодняшнего дня.
Тем не менее, полностью Бреттон-Вудс из современной жизни не исчез. На конференции 1944 года были созданы Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и Международный валютный фонд (МВФ). Они уже давно испытывают в своей деятельности серьезные проблемы, а для МВФ это даже кризис. И вот, в момент 70-летия Бреттон-Вудской конференции, по указанным международным финансовым институтам был нанесен еще один чувствительный удар, последствия которого пока трудно просчитать. Удар исходил из не менее красивого и живописного, чем Бреттон-Вудс, места – курортного города Форталеза в Бразилии.
Главным вопросом повестки дня VI саммита стран БРИКС стало принятие решений о создании двух новых международных финансовых организаций – Банка развития и Фонда валютных резервов. Вопрос о создании этих организаций готовился давно, к саммиту в Бразилии все разногласия были преодолены, и в Форталезе происходило лишь протокольное мероприятие по подписанию документов. Официальное название создаваемых институтов – Новый банк развития и Пул условных валют. В СМИ им нередко дают более простое название – Банк БРИКС и Фонд БРИКС…
Банк БРИКС станет одним из крупнейших многосторонних банков развития в мире.
Страны БРИКС условились об объеме разрешенного капитала банка в 100 миллиардов долларов, распределенный капитал – 50 миллиардов долларов, оплаченный – 10 миллиардов долларов. Банк отрыт для принятия новых участников из числа членов ООН, но доля БРИКС не должна опускаться ниже 55 %. То есть контрольный пакет всегда будет находиться в руках пяти стран-учредительниц. Формирование оплаченной части капитала должно завершиться в течение нескольких лет. Распределенный и оплаченный капиталы распределяются в равных долях между странами-членами БРИКС, каждая из них имеет равные права в управлении.
Россия, Китай, Индия, Бразилия и ЮАР выделят по 10 человек, которые составят профессиональный костяк Банка развития. Предполагается, что штаб-квартира банка будет располагаться в Шанхае (КНР). Все решения будут приниматься специальным большинством при поддержке четырех из пяти представителей государств БРИКС или двух третей голосов (в случае расширения состава членов). Заработать банк может уже в 2015 году. Предполагается, что банк будет финансировать инфраструктурные проекты стран-участниц. Одним из первых проектов может стать строительство сети наземных станций для системы ГЛОНАСС. Размещение наземных станций на территории стран БРИКС сделает систему ГЛОНАСС более надежной и конкурентоспособной. БРИКС располагает уникальным геостационарным преимуществом: страны-участницы расположены на четырех континентах.
Теперь о Пуле условных валют. Идея создания Пула валютных резервов БРИКС впервые была высказана на встрече лидеров стран БРИКС в Лос-Кабосе в июне 2012 года. На пленарном заседании саммита в Бразилии выступил президент России Владимир Путин, который сообщил, что кроме Банка развития стран БРИКС подписан документ о создании Пула условных валют, и что размер этого пула – еще 100 миллиардов долларов. Пул создается для возможной защиты от рисков на мировых финансовых рынках. Иначе говоря, для выравнивания платежных балансов в результате их резких изменений, путем выдачи на возвратной основе тех или иных валют. Владимир Путин заявил, что его беспокоит «политика западных государств