Я не стал терять времени и что было духу побежал к ним по песку. Вскоре я отчетливо услышал громкий голос Бена.
— Я тебя убью… Я тебе покажу, где раки зимуют… ах ты, гад! Сейчас ты у меня узнаешь… — Бен уже поднял кулаки.
— Бен! — Протянув руку, я схватил его за плечо. — Ради бога, успокойся и расскажи, в чем дело. Я уверен, что мы все можем уладить мирным путем.
Пожилой загорелый мужчина благодарно повернулся ко мне.
— Вы правы, совершенно правы. Очень рад, что вы подоспели вовремя. Боюсь, ваш друг слегка возбужден.
— Возбужден? — прорычал Бен. — Да, это верно. Я возбужден, факт. И ты возбудишься, когда я с тобой разделаюсь!
Я втиснулся между ними.
— Остынь, Бен, — сказал я спокойно. — Будь благоразумен. Что тут стряслось? Ты просто сам не свой.
— Спроси его… — захлебываясь, проговорил он, ткнув пальцем в сторону незнакомца. — Спроси его, что он сделал! Я поймал его на месте преступления. Ну, — настаивал он, — спроси!
— Боюсь, тут вышло небольшое недоразумение, — сказал незнакомец с виноватой улыбкой. — Я просто помог вашему другу избежать штрафа. Видите ли, ему, вероятно, не вполне известно, что максимальный улов, допускаемый законом о рыбной ловле, составляет 10 рыбин на человека в день. Ваш друг выловил в три раза больше. Так что я всего лишь…
Для Бена это было уже слишком.
— Всего лишь? — завопил он. — Ты всего лишь выкинул их! Моя рыба… моя рыба, я ловил ее целое утро. А ты почти все украл и вышвырнул в море. Всю мою рыбу…
— Совсем не всю, — серьезно возразил незнакомец. — Всего лишь двадцать одну рыбину. Добавлю, что это были самые маленькие экземпляры. Некоторые из них вообще не достигли взрослого возраста.
Незнакомец держался напыщенно и, видно, был уверен в своей правоте. В душе я был на стороне Бена, но, конечно же, виду не подал.
— Я убежден, — продолжал незнакомец, — что мы все должны соединить свои усилия в целях сохранения наших природных богатств. Свою лепту в это должен внести каждый. Это наш долг, к выполнению которого я отношусь крайне серьезно. Знаете ли вы, что если мы не прекратим это бессмысленное уничтожение, через полвека океан будет мертв — совершенно мертв!
— Мертв? — эхом откликнулся Бен. — И с тобой будет то же, если не побережешься! Будешь мертв — и пятидесяти лет не понадобится!
— Хватит! — сказал я твердо. — Если то, что говорит этот джентльмен, правда, получается, что ты нарушаешь закон. Давай, собирайся и пошли домой.
Бен что-то невнятно пробурчал, но я, не обращая на него внимания, наклонился, чтобы собрать остатки улова.
И вдруг замер. В эту секунду краем глаза я заметил девушку. Она шла вдоль берега по направлению к нам — одинокая фигурка в ярко-красном купальнике. Я выпрямился. Девушка была еще далеко, но что-то в ее походке, в том, как она держала голову, было мне знакомо.
И вот девушка остановилась. Прикрыла рукой глаза от солнца, потом вдруг помахала нам. Сомнения мигом улетучились. Мы бросились навстречу друг другу.
— Карен! Господи, что вы здесь делаете? Я думал… вы писали… Что вы делаете в Порт-Сент-Джонсе? Я думал, вы вернулись в Дурбан.
— Я поехала домой… Но все равно собиралась вернуться. Правда, не так-то легко было уговорить Предка.
— Вашего дедушку? Он что, тоже здесь?
Она махнула рукой в сторону Бена и незнакомца:
— Разве вы не познакомились друг с другом? Моего дедушку зовут доктор Инглби. Вы ведь только что с ним говорили. Я видела вас там вместе с Беном. Разве он вам не представился?
7
Должно быть, существуют более удачные способы разрушить партнерство, но лично я в этом сомневаюсь. На секунду мне казалось, что Бена хватит удар. Из красного он стал багровым, его рот открывался и закрывался, как у рыбины, которая еще слабо трепыхалась у его ног. Однако никто так и не узнал, что он собирался сказать, потому что незаметно я треснул его по лодыжке, и он быстро пришел в себя. Но в глазах его все еще продолжали сверкать злые огоньки.
Затянувшееся молчание нарушила Карен.
— Ну, теперь, когда все уже познакомились, — заметила она, — я предлагаю пойти к нам и выпить по чашечке чая. — И улыбнулась Бену: — Вообще-то мы ваши соседи. Наша машина стоит в другом конце парка под деревьями.
Бен с трудом разлепил губы и кисло улыбнулся.
— Вот как? Я видел, как вчера подъехал какой-то фургон, да только особо не присматривался.
Одного взгляда было достаточно, чтобы отличить фургон доктора Инглби от других трейлеров. Выкрашенный в ослепительно белый цвет, он занимал едва ли не всю стоянку. Впечатление его огромности довершал нависавший с одной стороны, как крыло, тент. А попав внутрь, мы просто вытаращили глаза. Казалось, что находишься в роскошной, прекрасно обставленной комнате или в хорошо оборудованном музее.
— Трейлер построен по специальному заказу Предка, — объяснила Карен. — Для нас это и дом, и кабинет, и мастерская, и лаборатория — все вместе.
Куда ни глянь, всюду стояли раковины всех форм и размеров, ветки морских водорослей, рыбы на подставках, панцирь чудовищного краба. Губки и кораллы всех цветов радуги украшали стены и углы, ими были набиты стенные шкафы и сделанные на заказ витрины. Но особенно поражал отлично оборудованный аквариум с яркой подсветкой, который занимал все пространство между книжной полкой и стеной.
Бен только оторопело вертел головой. Доктор Инглби с улыбкой наблюдал за ним. Изумление Бена побудило его сделать первый шаг к примирению.
— Вас заинтересовали эти экземпляры, мистер ван Скальквик? — осведомился он.
— Да, — ответил Бен. — В жизни не видел таких диковинок. А такой пропасти их — уж точно. Доктор Инглби скромно потупился:
— Это только малая часть моей коллекции. К сожалению, я ограничен местом. Большинство редких и самых экзотических экземпляров моей коллекции пришлось оставить дома.
— Чай вскипел, — объявила Карен. — Всем с молоком? Я повернулся к доктору Инглби.
— Прежде чем перейти к делу, мне бы хотелось отметить, что мы с мистером ван Скальквиком чрезвычайно ценим то доверие, которое вы нам оказали. Надеюсь, что не останемся в долгу и с лихвой оправдаем ваш вклад.
— Я тоже очень на это надеюсь, — сухо заметил он. — Но вы должны благодарить не меня, а Карен. Она может убедить самого недоверчивого упрямца. Я взглянул на Карен:
— Так, значит, ты подкинула эту идею? Она кивнула.
— Да. Когда ты сказал мне, что вы с Беном разрабатываете план поисков сокровищ «Гровенора», я думала так же, как Предок. Но тогда я еще не видела папиных бумаг. И как только открыла портфель, — она дернула плечами, — сразу поняла, что игра стоит свеч.
— Значит, ты приняла решение в ту ночь в Сент-Джонсе?
— Да.
— Но ответь тогда, бога ради… почему ты уехала, ничего не сказав, не попрощавшись?
Карен виновато поморщилась:
— Я хотела сделать это, но… ну, я подумала, что будет нечестно сразу вас обнадеживать. Я вовсе не была уверена, что мне удастся уломать Предка.
Я покачал головой и снова повернулся к ее дедушке.
— Вот что, сэр, — сказал я. — Признаюсь, вы сдвинули дело с мертвой точки. С тех пор, как вы появились в городе, спрос на паи необычайно вырос.
— В самом деле?
— Да, сегодня с самого утра у меня было два посетителя. Бен, тебя это тоже заинтересует. Ривельд и его друг Джозеф Суини. Они хотят приобрести пятьдесят процентов паев.
— Пятьдесят процентов! — восхитился Бен. — Да ведь как раз этого нам и не хватало. Ты, надеюсь, согласился?
— Согласился. Но это еще не все. Ривельд тут кое-что предложил…
Я рассказал о судне и о том, насколько это облегчит нашу работу. Пока я говорил, никто не проронил ни слова. Потом после минутной паузы Карен спросила:
— Значит, вы не будете отрывать туннель?
— Нет. Теперь это не имеет смысла, — ответил я. — Мы будем вести водолазные работы прямо с судна. Это здорово облегчит нам жизнь.
Доктор Инглби подергал себя за нижнюю губу.
— К сожалению, мне тут не все ясно. Каким образом, ведя работы с судна, вы можете проникнуть под дно океана? Насколько я понял, «Гровенор», если вы даже найдете его, погребен под 30-футовым слоем песка.
— Верно, — отметил я. — Безусловно, это обязательно нужно учитывать. Но проблема вполне разрешима. Будем счищать песок, пласт за пластом, пока не обнажится остов судна.
— А водолазы у вас будут? — спросила Карен.
— Да. Большую часть подводных работ я буду делать сам. Но, естественно, люди понадобятся. Нужно еще три ныряльщика. В одиночку работать под водой нельзя — это первое и самое главное правило безопасности при подводных работах.
— Ну а песок, — допытывался Бен. — Песок-то куда девать?
— Я все уже продумал, — ответил я. — Хотя, признаюсь, дело непростое. В общих чертах это будет выглядеть так. Песок надо вычерпывать с помощью большого насоса, соединенного с всасывающей трубой — совсем как подводный пылесос, только, конечно, гораздо больше. Ныряльщики будут по очереди им управлять, а мы — погружаться все глубже и глубже, вычерпывая песок из V-образной котловины.
Все слушали внимательно, не перебивая. Но как только я закончил свои пояснения, засыпали вопросами. И именно Карен отметила самое серьезное препятствие:
— А как сделать, чтобы стенки этой V-образной котловины не обваливались? Ведь чем глубже ты будешь проникать в песок, тем больше стенки котлована будут сдвигаться и обваливаться.
Все вопросительно посмотрели на меня. Я пожал плечами.
— Полностью этого избежать не удастся, но не страшно. Давление воды поможет сдержать оползень. Самое главное — сделать угол наклона достаточно пологим. Нужно будет просто внимательно следить за этим и за состоянием моря. Каждый день мы работать не сможем. Если море будет неспокойным, придется ждать, пока волнение не утихнет.
Но Карен стояла на своем:
— Но, Грег, представь, что случится обвал. А ты будешь в это время под водой…