Он протиснулся сквозь дверь в длинную комнату, освещенную старыми бронзовыми лампами. Хозяин таверны восседал за короткой стойкой, наливая грог и пунш трем посетителям, составлявшим на данный момент его клиентуру. Когда Кугель вошел в комнату, все повернулись и уставились на него.
Трактирщик заговорил достаточно вежливо:
— Добро пожаловать, странник. Чего пожелаешь?
— Сначала кружку вина, потом ужин и постель на ночь и, наконец, все сведения о дороге на юг, которые ты можешь мне сообщить.
Трактирщик поставил на стойку кружку с вином.
— Ужин и постель последуют в свое время. Что же касается дороги на юг, то она ведет во владения Магнаца — и этого вполне достаточно.
— Значит, этот Магнац — ужасное существо?
Трактирщик мрачно покачал головой.
— Люди, уходившие на юг, никогда не возвращались обратно. Ни один человек на нашей памяти не пришел на север. Я могу ручаться только за это.
Трое посетителей, поглощавших свои напитки за стойкой, торжественно кивнули в знак согласия. Двое из них явно местные крестьяне. На третьем же были высокие черные сапоги профессионального охотника за ведьмами. Первый крестьянин подал знак трактирщику:
— Налей этому несчастному кружку вина за мой счет.
Кугель принял угощение со смешанными чувствами.
— Я пью с благодарностью, хотя особо отказываюсь от определения «несчастный», дабы сущность этого слова не оказала влияния на мою судьбу.
— Как хочешь, — равнодушно ответил крестьянин, — хотя в эти грустные времена кто из нас не несчастен?
И в течение некоторого времени крестьяне спорили о починке каменной изгороди, которая разделяла их земли.
— Работы там много, но и польза немалая, — заявил один.
— Я согласен, — ответил другой, — но мне так не везет, что, как только мы завершим это дело, солнце погаснет, и вся работа пойдет насмарку.
Первый замахал руками, пренебрежительно отвергая приведенный аргумент:
— Это риск, на который мы должны пойти. Заметь: я пью вино, хотя я могу не дожить до того, чтобы опьянеть. Разве это меня останавливает? Нет! Я отвергаю будущее. Я пью сейчас и пьянею, как определяют обстоятельства.
Трактирщик рассмеялся и ударил кулаком по стойке:
— Ты хитер, как бузиаки, которые, как я слышал, стоят неподалеку лагерем. Возможно, странник встретил их?
И он вопросительно посмотрел на Кугеля, который неохотно кивнул.
— Я встретил этих людей: по-моему, они скорее тупы, чем хитры. Кстати, еще раз о дороге на юг: кто-нибудь здесь может дать мне какой-нибудь определенный совет?
Охотник за ведьмами сказал хриплым голосом:
— Я могу: избегай ее. Сначала ты встретишься с деоданами, жаждущими твоей плоти. Дальше простираются владения Магнаца, по сравнению с которым деоданы кажутся ангелами милосердия, если хоть десятая доля слухов истинна.
— Это обескураживающие новости, — сказал Кугель. — А другой дороги в южные земли нет?
— Вообще-то есть, — сказал охотник за ведьмами, — и я рекомендую ее тебе. Вернись на север по тропе, ведущей к Великой Безлюди, и иди на восток вдоль оконечности леса, который становится все гуще и все ужаснее. Не приходится и говорить, что тебе понадобятся крепкие руки и ноги с крыльями, чтобы спастись от вампиров и лейкоморфов. Пробравшись к дальнему краю леса, ты должен повернуть на юг, к Долине Джарада, где, по слухам, армия василисков осаждает древний город Мар. Если ты сможешь пробраться мимо бушующей битвы, то попадешь в Великую Центральную Степь, где нет ни воды, ни пищи и где обитают оборотни. После того как ты пересечешь степь, ты снова повернешься лицом к западу и теперь будешь пробираться по цепи смертоносных болот. За ними лежит район, о котором я не знаю ничего, кроме того, что он носит название Земля Зловещих Воспоминаний. Пройдя его, ты окажешься к югу от Гор Магнаца.
Кугель подумал пару минут.
— Дорога, которую ты обрисовал, может, и более безопасная и менее утомительная, чем прямой путь на юг, кажется мне неумеренно длинной. Я намереваюсь попытать счастья в Горах Магнаца.
Первый крестьянин осмотрел его с уважением.
— Я так полагаю, ты — известный волшебник. Из тебя так и сочатся заклинания.
Кугель, усмехаясь, покачал головой.
— Я Кугель Хитроумный, ни больше ни меньше. А теперь — вина!
Трактирщик вскоре принес ужин: тушеных улиток и сухопутных крабов с гарниром из дикой черемши и черники.
После ужина оба крестьянина выпили по последней кружке вина и отправились восвояси, а Кугель, хозяин и охотник за ведьмами устроились у очага, обсуждая разные интересные проблемы. Через некоторое время охотник за ведьмами поднялся и удалился в свою комнату. Перед уходом он обратился к Кугелю и сказал ему с добродушным видом:
— Я заметил твой плащ. Такого отменного качества вещь редко увидишь в этом диком краю. Поскольку ты считай что мертв, почему бы тебе не подарить этот плащ мне, человеку, который в нем нуждается?
Кугель коротко отверг это предложение и ушел в свою комнату.
Посреди ночи его разбудил скребущий звук, доносящийся от подножия кровати. Кугель вскочил на ноги и схватил какого-то невысокого человечка. Вытащенный на свет, незваный гость оказался мальчишкой-прислужником: он все еще сжимал в руке башмаки Кугеля, которые, вне всякого сомнения, намеревался присвоить.
— Что означает этот возмутительный поступок? — вопросил Кугель, отвешивая юнцу оплеуху. — Говори! Как ты осмелился предпринять подобное действие!
Прислужник начал молить Кугеля о пощаде:
— Какая тебе разница? Человеку, над которым висит рок, не нужна такая элегантная обувь.
— Я сам буду судить об этом, — сказал Кугель. — Ты что, думаешь, что я босиком пойду навстречу своей смерти в Горах Магнаца? А ну, пошел вон отсюда.
И он вытолкнул несчастного мальчишку так, что тот растянулся на полу.
Утром за завтраком Кугель заговорил об этом инциденте с хозяином, но тот не проявил особого интереса. Когда дело дошло до уплаты по счету, Кугель бросил на стойку одну из пуговиц Дерве Корим.
— Будь так добр, оцени по достоинству эту драгоценность, вычти свои издержки и дай мне сдачу золотыми монетами.
Хозяин осмотрел украшение, поджал губы и склонил набок.
— Общая сумма того, что ты мне должен по счету, в точности равна стоимости этой безделушки — никакой сдачи не будет.
— Что? — разбушевался Кугель. — Этот чистый аквамарин, окруженный четырьмя изумрудами? За пару кружек дрянного вина, кашу и сон, потревоженный злодейскими действиями твоего прислужника? Это что — таверна или бандитский притон?
Хозяин пожал плечами.
— Плата немного превышает обычную, но деньги, плесневеющие в карманах у трупа, не приносят пользы никому.
В конце концов Кугелю все же удалось выторговать у хозяина несколько золотых монет, а также пакет с хлебом, сыром и вином. Хозяин подошел к двери и указал ему дорогу:
— Здесь всего одна тропа, та, что ведет на юг. Горы Магнаца поднимаются перед тобой. Прощай.
Не без дурных предчувствий Кугель направился на юг. Какое-то время тропа вела мимо полей местных крестьян. Потом, когда с обеих сторон начали подниматься массивные предгорья, она сначала превратилась в узкую тропинку, а вскоре почти совсем исчезла, петляя вдоль высохшего русла реки рядом с зарослями шиповника, молочая, тысячелистника и златоцветника. Вдоль гребня холма, параллельно тропе, тянулась поросль низкорослых дубков, и Кугель, думая увеличить свои шансы пройти незамеченным, поднялся вверх по склону и продолжил путь под прикрытием листвы.
Воздух был чистым, небо — сияющего темно-синего цвета. Солнце поднялось в зенит, и Кугель вспомнил о провизии, которую нес в мешке. Он начал было садиться, но в этот самый момент увидел краем глаза метнувшуюся темную тень. Кровь застыла у него в жилах. Существо, вне всякого сомнения, собиралось прыгнуть ему на спину.
Кугель сделал вид, что ничего не замечает, и вскоре тень снова продвинулась вперед: деодан, выше и тяжелее Кугеля, черный как ночь, за исключением сверкающих белых глаз, белых зубов и когтей. Полоски кожи поддерживали на нем зеленую бархатную рубашку.
Кугель прикинул в уме наилучший план действий. Лицом к лицу и грудью к груди деодан разорвет его на куски. С мечом наготове Кугель мог бы рубить и колоть, и удерживать эту тварь на расстоянии, пока жажда крови у нее не возобладала бы над страхом боли и она не бросилась бы вперед, невзирая на раны. Может быть, Кугель более быстр, чем она, и сумел бы ее обогнать, но только после долгой и упорной погони... Существо снова скользнуло вперед и притаилось за осыпающейся каменной грядой в двадцати шагах ниже по склону от того места, где сидел Кугель. Как только зверь скрылся из виду, Кугель подбежал к гряде и вскочил на ее гребень. Здесь он поднял тяжелый камень и, как только крадущаяся тварь оказалась под ним, бросил камень ей на спину. Тварь свалилась и осталась лежать, дрыгая ногами. Кугель спрыгнул вниз, чтобы нанести последний удар.
Деодан дополз до скалы, привалился к ней и зашипел в ужасе при виде обнаженного клинка Кугеля.
— Останови свой удар, — сказал он. — Ты ничего не выиграешь от моей смерти.
— Только удовлетворение от того, что убью чудовище, которое пыталось сожрать меня.
— Бесплодное удовольствие!
— Удовольствия редко бывают другими, — сказал Кугель. — Но пока ты жив, просвети меня насчет Гор Магнаца.
— Они таковы, какими ты их видишь: суровые горы из древнего черного камня.
— А что ты знаешь о самом Магнаце?
— Я ничего о нем не знаю.
— Что? Люди на севере содрогаются при одном этом слове!
Деодан подтянулся и немного выпрямился.
— Это вполне может быть. Я слышал это имя и считаю его не больше чем старинной легендой.
— А почему путники идут на юг и никто, не идет на север?
— А зачем кому-либо путешествовать на север? Что же касается тех, кто идет на юг, то они обеспечивают пищей меня и моих товарищей.
И деодан еще немного выпрямился. Кугель подобрал большой камень, поднял его в воздух и бросил в черное существо. Чудовище опрокинулось на спину, сильно дергая ногами. Кугель подобрал еще один камень.