Глаза Чужого мира (Сборник) — страница 16 из 85

— Стой! — едва слышно воскликнул деодан. — Пощади меня, и я помогу тебе остаться в живых.

— Как это? — спросил Кугель.

— Ты хочешь пойти на юг? Другие, подобные мне, обитают в пещерах вдоль всего пути. Как ты можешь ускользнуть от них, если я не проведу тебя по дорогам, где они редко ходят?

— Ты можешь это сделать?

— Если ты обязуешься сохранить мне жизнь.

— Превосходно! Но я должен принять кое-какие меры предосторожности. Охваченный жаждой крови, ты можешь забыть о нашем соглашении.

— Ты искалечил меня! Какие еще гарантии тебе нужны? — вскричал деодан. Тем не менее Кугель связал чудовищу руки и надел петлю на толстую черную шею.

Так они и двинулись в путь. Деодан, ковыляя и прихрамывая, повел Кугеля в обход над определенными пещерами. Горы поднялись выше. Ветер гудел и отзывался эхом в каменных каньонах. Кугель продолжал расспрашивать деодана о Магнаце, но добился только мнения, что Магнац — сказочное существо.

Наконец они дошли до песчаного плато, поднимающегося над низменностью, которая, как заявил деодан, находилась вне зоны обитания его собственного племени.

— А что лежит дальше? — спросил Кугель.

— Я не знаю. Это предел, дальше которого я не заходил. Теперь отпусти меня и иди своей дорогой, а я вернусь к своим.

Кугель покачал головой.

— Ночь уже недалеко. Что может тебе помешать последовать за мной и напасть на меня еще раз? Лучше я тебя убью.

Деодан грустно засмеялся.

— За нами следуют трое моих сородичей. Они держались в отдалении только потому, что я знаком приказал им отойти назад. Убей меня, и ты никогда не проснешься, чтобы увидеть утреннее солнце.

— Мы пойдем дальше вместе, — сказал Кугель.

— Как хочешь.

Кугель направился на юг. Деодан, хромая, тащился за ним по камням. Оглянувшись, Кугель увидел несколько черных фигур, передвигающихся в тени. Деодан многозначительно ухмыльнулся:

— Тебе лучше остановиться немедленно. Зачем ждать до темноты? Смерть вызывает меньше ужаса, пока сияет солнце.

Кугель ничего не ответил, но припустил вперед со всей скоростью, на которую был способен. Тропа из долины поднималась на высокогорный луг, омываемый холодными потоками воздуха. С обеих сторон росли лиственницы, баобабы и бальзамические кедры. В траве бежал ручей. Деодан начал проявлять беспокойство, дергать веревку, к которой был привязан, и хромать с притворной слабостью. Кугель не мог понять причин этого представления: местность, казалось, не таила в себе никакой угрозы — если не считать присутствия деоданов. Он начал терять терпение:

— Почему ты так тащишься? Я надеюсь найти убежище в горах до того, как стемнеет. Твоя медлительность и хромота меня задерживают.

— Тебе следовало подумать об этом до того, как ты меня искалечил камнем, — ответил деодан. — В конце концов, я сопровождаю тебя не по собственному желанию.

Кугель оглянулся. Три деодана, раньше прятавшиеся за камнями, теперь следовали за ними совершенно открыто.

— Неужели ты не можешь держать в узде неумеренные аппетиты своих сородичей? — спросил Кугель.

— Я не могу держать в узде даже свой собственный, — ответил деодан. — Только тот факт, что у меня переломаны конечности, мешает мне вцепиться тебе в глотку.

— Жить хочешь? — спросил Кугель, многозначительно поднося руку к рукояти меча.

— До некоторой степени, хотя не с таким страстным желанием, как настоящие люди.

— Если ты дорожишь своей жизнью хоть на йоту, прикажи своим сородичам повернуть назад и отказаться от этого идиотского преследования.

— Это было бы бесполезно. И, в любом случае, что для тебя жизнь? Взгляни, перед тобой возвышаются Горы Магнаца!

— Ха! — пробормотал Кугель. — А разве ты не утверждал, что все россказни об этой местности — сказка?

— Все так. Но я не уточнял природы этой сказки.

Пока они разговаривали, в воздухе послышался тихий звук, похожий на вздох. Оглянувшись вокруг, Кугель увидел, что три деодана упали, сраженные стрелами. Из расположенной неподалеку рощи вышли четыре молодых человека в коричневых охотничьих костюмах. У них были светлые, свежие лица, каштановые волосы, красивая осанка и, казалось, приятный нрав.

Тот, что шел впереди, крикнул Кугелю:

— Как вышло, что ты пришел с необитаемого севера? И почему ты идешь вместе с этим зловещим порождением ночи?

— Я не скрываю ответа ни на один из ваших вопросов, — сказал Кугель. — Во-первых, север вовсе не необитаем; несколько сотен человек еще остались в живых. А что касается этого черного гибрида демона и людоеда, то я нанял его, чтобы он в целости и сохранности перевел меня через горы, но я не доволен его услугами.

— Я сделал все, что от меня требовалось, — заявил деодан. — Освободи меня в соответствии с нашим уговором.

— Как хочешь, — сказал Кугель. Он развязал петлю, стягивающую шею существа, и оно заковыляло прочь, бросая через плечо свирепые взгляды. Кугель сделал знак старшему из охотников. Тот что-то сказал своим товарищам; они подняли луки и пронзили деодана стрелами.

Кугель коротко кивнул в знак одобрения.

— А кто вы сами? И как насчет этого Магнаца, который, по слухам, делает горы небезопасными для путешественников?

Охотники рассмеялись:

— Это просто легенда. Некогда здесь действительно жило ужасное существо по имени Магнац. Из уважения к традициям мы, жители деревни Вулл, все еще назначаем одного человека из своего числа служить Дозорным. Но это единственное, в чем проявляется вера в эту байку.

— Странно, — сказал Кугель, — что традиция распространяет свое влияние так широко.

Охотники равнодушно пожали плечами.

— Приближается ночь, пора поворачивать обратно. Мы приглашаем тебя присоединиться к нам, а в Вулле есть таверна, где ты сможешь провести ночь.

— Я с радостью воспользуюсь вашей компанией.

И они все вместе направились вверх по тропе. По дороге Кугель расспрашивал своих спутников о дороге на юг, но они мало чем могли ему помочь.

— Деревня Вулл расположена на берегах озера Вулл, несудоходного из-за водоворотов, и очень немногие из нас когда-либо бывали в горах к югу от него. Говорят, что они совершенно бесплодны и обрываются вниз в негостеприимную серую пустошь.

— Возможно, Магнац рыщет в горах за озером? — осторожно осведомился Кугель.

— Легенда ничего не говорит по этому поводу, — ответил охотник.

После часа ходьбы путники достигли Вулла, деревни, богатство которой изумило Кугеля. Прочные, надежные жилища были выстроены из камней и бревен, улицы были аккуратно вымощены и хорошо осушены. В деревне был рынок, амбар, ратуша, сокровищница, несколько таверн и ряд умеренно роскошных особняков. Когда охотники проходили по главной улице, их окликнул какой-то человек:

— Важные новости! Дозорный погиб!

— Правда? — с живым интересом переспросил старший из охотников. — А кто пока занимает его место?

— Лэфель, сын гетмана — кто же еще?

— И правда, кто же еще? — заметил охотник, и вся группа направилась дальше.

— А что, пост Дозорного пользуется таким почетом? — спросил Кугель.

Охотник пожал плечами:

— Его лучше описать как церемониальную синекуру. Без сомнения, завтра изберут постоянного человека на это место. Однако посмотри, вон там, в дверях ратуши!

И он указал на коренастого, широкоплечего мужчину в коричневых одеждах, отделанных мехом, и черной треуголке.

— Это Хайлам Вискод, сам гетман. Эй, Вискод! Мы встретили путника с севера!

Хайлам Вискод приблизился и вежливо поприветствовал Кугеля.

— Добро пожаловать! Чужестранцы — новость для нас. Наше гостеприимство к твоим услугам.

— Сердечное тебе спасибо, — сказал Кугель. — Я не ожидал найти подобную приветливость в Горах Магнаца, наводящих ужас на весь мир.

Гетман хохотнул.

— Неправильные представления бытуют повсюду. Ты вполне можешь посчитать некоторые из наших обычаев причудливыми и архаичными, как, например, наш Дозор Магнаца. Но иди сюда! Это наша лучшая таверна. После того как ты устроишься, мы поужинаем.

Кугеля отвели в уютную комнату, снабдили всем необходимым, и вскоре, чистый и освеженный, он присоединился к Хайламу Вискоду в общем зале. Перед ними был поставлен аппетитный ужин, а также фляга вина.

После ужина гетман повел Кугеля на прогулку по деревне, расположенной в приятном месте над озером.

Казалось, в этот вечер происходило какое-то особое событие; повсюду факелы выбрасывали в воздух языки пламени, а жители Вулла бродили по улицам, останавливаясь небольшими кучками и разговаривая. Кугель осведомился о причине столь очевидного волнения:

— Это потому, что ваш дозорный умер?

— Да, поэтому, — сказал гетман. — Мы относимся к своим традициям со всей серьезностью, и выборы нового Дозорного являются предметом общего обсуждения. Но смотри: вот общественная сокровищница, где хранятся все наши богатства. Не хочешь заглянуть внутрь?

— Я поступлю, как ты пожелаешь, — сказал Кугель. — Если ты захочешь осмотреть золото общины, я с радостью присоединюсь к тебе.

Гетман широко распахнул двери.

— Здесь хранится гораздо больше, чем золото! В этом ларе лежат драгоценные камни. На этой полке — старинные монеты. Эти тюки содержат тонкий шелк и вышитое полотно, с этой стороны стоят ящики с ценными пряностями, еще более ценными винами и бесценными тонкими яствами. Но мне не следовало бы использовать подобные эпитеты перед тобой, путешественником и бывалым человеком, который смотрел на настоящее богатство.

Кугель стал настаивать, что о богатствах Вулла ни в коем случае нельзя говорить пренебрежительно. Гетман с признательностью поклонился, и они направились дальше по эспланаде вдоль берега озера, казавшегося сейчас обширным темным пространством, освещенным слабым светом звезд.

Гетман указал на купол, поднятый на высоту пятисот футов с помощью тонкого столба.

— Можешь ли ты угадать назначение этой конструкции?

— Похоже, это пост Дозорного, — ответил Кугель.