— К кому вы? — повторил Олег, машинально опуская руку на рукоять дубинки.
Девушка чуть заметно качнула головой, как будто голос Олега вывел ее из задумчивости, поправила изящную сумочку и улыбнулась.
— Sorry, — сказала она, но тут же, виновато улыбнувшись, перешла на русский: — Извините, пожалуйста. — Русские слова прекрасная незнакомка произносила с небольшим английским акцентом, что придавало ее речи особое обаяние. — Я из газеты «Москоу ньюс». Хотела встретиться с господином Карасевым по поводу интервью.
Олег склонил голову набок и окинул девушку любопытным взглядом.
— А вам назначено? — спросил он.
Улыбка девушки стала еще более виноватой, и Олегу это понравилось.
— Боюсь, что нет, — со вздохом сказала незнакомка. — У меня срочное задание, но я не смогла дозвониться до господина Карасева. Возможно, это получится сделать прямо сейчас?
Журналистка сняла солнцезащитные очки и улыбнулась Олегу приветливой, белозубой улыбкой. Олег улыбнулся в ответ.
— Хорошо, — сказал он. — Я попробую выяснить.
Оставив девушку за спиной, Олег подошел к стойке, снял трубку внутреннего телефона, стукнул пару раз по кнопкам, затем облокотился о стойку локтем и, глянув на девушку, весело ей подмигнул. — Алло, Анатолий Николаевич?.. К вам тут посетительница. Говорит, что…
Последнее, что успел увидеть Олег, было внезапно побледневшее лицо журналистки и ее яростный, пылающий ненавистью взгляд. А затем он услышал два последних в своей жизни слова.
— Аллах акбар! — процедила девушка сквозь стиснутые зубы.
Взрыв потряс стены офиса.
Глава перваяПРИКАЗ О ЛИКВИДАЦИИ
1
— Здравствуйте, Константин Дмитриевич. Рад видеть вас в добром здравии. Приветствую, Александр Борисович.
Президент протянул Меркулову руку, тот вежливо ее пожал.
— Что такое? — удивился президент. — Раньше ваше рукопожатие было крепче. — И протянул руку Турецкому.
— Раньше взрывов было меньше, — невесело ответил Меркулов.
Президент нахмурился и кивнул. Он сел на твердый стул и жестом показал гостям на кожаные кресла. Меркулов сел в кресло, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Президент заметил это и улыбнулся.
— Неудобное кресло? — спросил он.
— Удобное. Но мы в кресле, а вы — на стуле. В этом есть что-то… — Меркулов запнулся, не находя подходящего слова.
— Что-то от нарушения субординации? — закончил за него президент.
Меркулов кивнул:
— Да.
— Константин Дмитриевич, это всего лишь кресло, а не трон. Итак… — Президент положил руку на стол и пару раз стукнул по крышке стола сильными, тонкими пальцами. — Я пригласил вас для серьезного разговора. Вы нашли виновников взрыва в офисе концерна «Геракл». И справились с этим делом довольно оперативно. Но два взрыва, прогремевшие вслед за взрывом в «Геракле», не дают нам с вами чувствовать себя триумфаторами.
— Имена исполнителей уже установлены, — сказал Меркулов.
— Да-да, помню. Я только сегодня перечитывал отчет Александра Борисовича. Взрыв офиса концерна «Геракл» произвела уроженка села Бамут Фатима Сатуева. Подготовку она прошла в специальном лагере террористов под руководством некоего Султана Бариева. Так же как и две другие шахидки. Правильно?
— Да.
— Все три взрыва очень похожи на теракты, однако в действительности таковыми не являются, — продолжил президент. — На самом деле это хорошо спланированные заказные убийства. Все верно?
— Абсолютно, — вновь согласился Меркулов.
— Вы нашли посредников и заказчиков первого взрыва. А как обстоят дела с двумя другими?
Резкие морщины на лице Меркулова обозначились еще четче. На широком лбу выступили капли пота. Он сдвинул густые, седоватые брови и сказал:
— Пока никак. Слишком мало времени прошло. Как я уже сказал, имена исполнительниц установлены. Все они, так же как и Фатима Сатуева, прошли подготовку в лагере смертников. Султан Бариев вступает в переговоры с бизнесменами и за хорошую плату ликвидирует заказанных ими конкурентов, маскируя заказные убийства под теракты. В случае с Фатимой Сатуевой и взрывом в офисе концерна «Геракл» нам удалось установить посредническую фирму, которая сводила Бариева с заказчиками. Это…
— Я помню, — нетерпеливо прервал Меркулова президент. — Фирма «Заря», не так ли?
— Да, — ответил Турецкий.
— Фирмы «Заря» уже нет. Руководство арестовано. Однако взрывы продолжаются. Что вы намерены предпринять?
Меркулов пожал плечами:
— Следствие идет своим ходом. Судя по всему, после ликвидации фирмы «Заря» Бариев выходит на заказчиков сам. У него обширные связи.
— И сколько еще должно произойти взрывов, чтобы вы положили этому конец? — недовольно спросил президент.
Меркулов хотел было возразить, он даже взглянул на Турецкого, как бы призывая его в свидетели, но президент резко спросил:
— Кто руководит следственной группой?
— До последнего времени — я, — сказал Турецкий. — Но в связи с обстоятельствами… Мне сказали, что в курсе…
— В курсе. Кого предлагаете вместо себя?
— Следователя по особо важным делам Поремского.
— Он хороший следователь?
— Это он и накрыл фирму «Заря». Раскрыл дело об убийстве академика Жбановского, а еще…
— Хватит, хватит, — остановил Турецкого президент. — Хвалить своих коллег вы научились. В общем, так: организуйте специальную группу под руководством этого Поремского. И под вашим личным присмотром, Александр Борисович. Наши договоренности с зарубежными коллегами ответственности с вас все равно не снимут, понимаете?
— Понимаю, — с серьезным видом кивнул Турецкий.
— Так вот, цель группы — найти и уничтожить базу смертников на территории России. Любыми способами. Слышите, любыми! И, предваряя ваш вопрос, скажу: я отдам распоряжение об оказании вам любой помощи всеми спецслужбами России. Отныне все зависит от вас. И пожалуйста, к следующей нашей встрече добейтесь реальных результатов. Я устал слышать о том, что «следствие идет». Мы не можем допустить, чтобы террористы действовали у нас под самым носом. Это позор для вас и для меня. Задание ясно?
— Так точно.
— В таком случае — не смею вас больше задерживать.
Президент встал со стула, повернулся и направился
к двери. У двери он на мгновение оглянулся и кивнул Меркулову с Турецким. Лицо его было недовольным, походка — нервной.
2
— Я собрал вас, господа офицеры, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие. — Меркулов остановился, положил ладонь на столешницу, обвел троих подчиненных суровым взглядом и спросил: — Догадываетесь — какое?
— Судя по тому, что вы были у президента, дело о липовых террористах приняло крутой оборот, — предположил Володя Поремский. — Президенту нужны результаты, и как можно скорее. Я прав?
— Дьявольская проницательность, — едко заметил Меркулов. — Это хорошо. Если тебя уволят, будет чем заняться на досуге. Пойдешь в прорицатели.
— Мне и в шкуре следователя неплохо, — спокойно возразил Поремский. — И вытряхивать меня из этой шкуры не нужно.
— Это ты так считаешь. А вот президенту так не кажется. — Меркулов оторвал ладонь от стола и, поморщившись, посмотрел на приставшую к ней пыль: — Черт, здесь совсем, что ли, никто не убирает?
Поремский едва заметно усмехнулся. Камельков и Никитина сидели тише воды ниже травы, опасаясь вызвать гнев шефа своими замечаниями. Меркулов достал из кармана платок, вытер ладонь и сказал:
— Ладно, ребята, хватит метафор. В общем, дела обстоят следующим образом. Президент дал приказ сформировать специальную следственную группу. Цель группы — найти и уничтожить базу смертников на территории России. Руководить группой будешь ты, Володя. А вот эти супер-профессионалы… — Меркулов кивнул на молчаливых Камелькова и Никитину, — будут твоими помощниками.
— Вряд ли нам это будет под силу, Константин Дмитриевич, — все тем же спокойным голосом возразил По-ремский. — Тут нужно задействовать спецслужбы.
— Нужно будет — задействуешь. — Меркулов глянул на часы. — Через полчаса приедет Турецкий. Он остается вашим формальным руководителем. Обсудите задание с ним. Материалы дела ты, Володя, знаешь лучше меня. Обо всех результатах докладывай сразу. Если возникнут какие-то проблемы — обращайся, помогу. Все ясно?
— Да, Константин Дмитриевич.
— А вам? — повернулся Меркулов к молодым следователям.
— Ясно, — сказала Алена Никитина.
— Ясно как божий день! — горячо заверил шефа Миша Камельков.
— Ну а раз ясно, так работайте,
3
— Здравствуй, Володь. Привет, Камельков. Чего вид хмурый? Костя вас уже обрадовал?
— Так точно, Александр Борисович, — Камельков встал со стула и пожал протянутую Турецким руку.
Турецкий повернулся к Алене. На его усталом лице появилась улыбка.
— Все цветешь, Никитина?
— Спасибо, что заметили, — кивнула Алена, протягивая Турецкому узкую ладошку.
— Всегда замечаю, — еще шире улыбнулся Турецкий. — Вот только смотреть в твою сторону не могу.
— Почему? — удивилась Алена.
— Глаза слепит. Ты ведь у нас лучезарней солнышка. Наверно, наши охламоны каждый день тебе об этом говорят?
— От них дождешься, — вздохнула Алена.
— Вот как? — Турецкий окинул Поремского и Камелькова насмешливым взглядом. — А разве рыцари не должны отпускать прекрасной даме комплименты?
— Так ведь то — рыцари, — иронично протянула Алена.
— Так ведь то — даме, — не менее иронично отозвался Камельков.
— Ничья, — разрешил их спор Володя Поремский. Он выдвинул стул и указал на него Турецкому: — Присаживайтесь, Александр Борисович. Давно ждем вас. Чаю? Или лучше кофе?
— Если у тебя нет ничего крепче кофе, то давай кофе.
Алена занялась приготовлением кофе, а Турецкий… проследил за ее действиями и меланхолично произнес:
— Мельчает наша молодежь. Как говорится, богатыри — не вы. Вот, цо мню, мы с Меркуловым…