– Не согласен. Мозолить глаза двум разъяренным быкам, когда на тебе красное платье, – плохая идея. – Он выразительно приподнял брови, выдавливая из себя сочувственную улыбку. – Все наладится, Эл! – Обнял меня за плечи одной рукой и притянул к себе. Мы простояли так целую вечность.
– Как ты выдерживаешь? – тихо спросила, подавляя неприятный ком, жгущий горло изнутри.
– Что именно?
– Все это: свои проблемы, мои проблемы, босса, Крис, Гровера. Как? – Мы разлепили объятия и посмотрели на соседний дом, в окнах которого медленно потухали огни.
– Не знаю. Иногда все кажется невыносимым настолько, что хочется сесть в машину и рвануть в другой штат. Сменить имя, перекраситься в темный и тягать тюки с сеном в тихой деревушке, распевая кантри. А потом просто понимаю, что в масштабах Вселенной неприятности Скотта Гроува – просто маленькие шалости судьбы.
Я ничего не ответила, пожав плечами, на которых по-прежнему покоилась рука самого сильного духом человека из ныне живущих. Того, чье огромное сердце билось, оглушая и успокаивая одновременно.
В тот вечер мой телефон пополнился десятками пропущенных вызовов и сообщений от Райана, Ника и незнакомых мне номеров. Немного придя в себя и собравшись с силами, написала Райану, что переночую у Скотта, после чего отключила телефон.
Перепрыгивая сразу через две ступеньки, я неслась наверх, в свою квартиру, чтобы успеть переодеться до начала занятий. Завернув за угол, резко затормозила, от чего неустойчивые каблуки дали маху. По инерции полетела вперед, распластавшись на четвереньках посреди коридора, на полу которого сидел человек, подпирающий затылком дверь моей квартиры. Он спал, источая при этом едкий аромат алкоголя. От моего не самого изящного приземления покрасневшие глаза парня распахнулись. После чего тот пару раз их зажмурил и снова открыл, промаргиваясь.
– Элли. Слава богу! Я места себе не находил, – прохрипел, протягивая руку к моей щеке.
– А мне показалось, ты очень даже уютно устроился, – пошутила, подползая ближе. – Надеюсь, твоя голова очень сильно болит.
Он осмотрелся, как будто не помня, как оказался на моем пороге, затем опустил руку, свесив голову вниз. На скуле виднелась темно-красная ссадина, а костяшки пальцев на правой руке были сбиты в кровь.
– Прости меня! – прокашлялся; готова поспорить, во рту парня было сухо, как в пустыне.
Молча поднялась, отпирая дверь, от чего Райан повалился в квартиру, явно все еще окутанный алкогольным дурманом.
– Я опаздываю на пары, а тебе необязательно было спать у меня под дверью, – швырнула слова, скрывшись в спальне. Когда, переодевшись, я вошла в кухню, парень стоял, привалившись к холодильнику, при этом одной рукой прикладывая ко лбу почти пустую бутылку из-под воды.
– Ты имеешь полное право злиться. Давай поговорим, – тихо сказал, следя за тем, как застегиваю рюкзак и подхожу, чтобы достать воду для себя, но не отошел. – Пожалуйста, Элли.
Вчерашние события пронеслись в голове раскадровкой. Медленно подняв голову, столкнулась с виноватыми карими глазами.
– Ты прав, я чертовски зла. Никто из нас не знал, что все обернется вот так, но устраивать драку на дне рождения…
– Он первый врезал мне… – Парень не договорил, когда я, стиснув зубы, молча подвинула его в сторону, забирая заветную бутылку и убирая ее в рюкзак. – Детка, знаю, что облажался, просто выслушай меня.
– Не думаю, что ты скажешь что-то новое, – развернулась, желания продолжать разговор сейчас не было. – Облажались мы все, Райан. А злюсь я не только на тебя. Но сейчас и правда опаздываю, давай поговорим позже. – Он бегал глазами по моему лицу. Темные брови то опускались, придавая лицу хмурый вид, то взлетали в удивлении. – Мне надо идти, эта неделя крайне важна: нужно завершить проект. И, надеюсь, мой спонсор уже объявится, чтобы удостовериться, что не снюхала его сбережения в каком-нибудь притоне.
На этой фразе я ожидала улыбки, но лицо парня стало еще мрачнее.
– Элли, есть одна вещь, которую должен тебе рассказать. – Этот тон мне совсем не понравился. Я взглянула на часы, парень, уловив это движение, выдохнул. – Неважно, это может подождать до вечера.
– Точно?
– Да. Могу отвезти тебя? – Это что, шутка?
– Пахнешь, как початая бутылка виски; сомневаюсь, что садиться за руль тебе вообще можно. – От моих слов он поморщился, но кивнул.
– Я приму душ и немного посплю. Можно хотя бы забрать тебя с учебы?
Порывшись в рюкзаке, выудила ключ от квартиры и протянула ему.
– Освобождаюсь в семь. – Попятилась к двери. Парень улыбнулся, отсалютовав. От резкого движения снова сморщился и допил воду. Немного задержавшись, я все-таки спросила: – Как он?
Райан, явно не ожидавший такого вопроса, грубо скомкал опустевшую бутылку двумя руками, после скручивая ее в тонкий жгут. Треск пластика говорил громче слов.
– Жить будет, – сквозь зубы процедил он, отвернувшись, чтобы выбросить пустую метафору своего отношения к другу. Не дожидаясь, пока повернется снова, я вышла из квартиры.
Пары закончились в обед, после чего я отправилась снимать свой проект в бедный квартал города. Изначально общей тематикой был Новый год, но мне не хотелось делать праздничные фотографии, как другим студентам, переиграв название в «Новую жизнь». В прошлом году случайно забрела в этот район, узнав, что власти планируют сносить ветхие дома, и у меня возникло желание запечатлеть момент перерождения целой архитектурной эпохи. Сейчас квартал уже застроили новыми таунхаусами, и сегодня даже посчастливилось встретиться с местными жителями, которых снимала в прошлом году и чьи фото на фоне аварийного жилья лежали в одной из многочисленных коробок в моей спальне. Идея была в том, чтобы совместить черно-белое прошлое и яркое будущее, таким образом показав то, что действительно важно, – помощь нуждающимся. Если Бэйлу понравится моя работа, его агентство опубликует ее у себя на сайте, это может всколыхнуть общественность, привлечь блогеров и инвесторов, готовых расширить круг застройки новыми безопасными домами. Маленькая капля в море больших возможностей. Об этой моей мечте знал только Скотт, но с появлением предложения от «Фокуса» она стала более реальной.
– Девочка, у тебя большое будущее, – сказала Шана, поглаживая морщинистой рукой курчавую голову внука. Прошлым летом мы немного подружились. Она в одиночку воспитывала трех сорванцов, после того как их родители скончались в аварии. – И я говорю не только об этом, – кивнула на камеру в моих руках.
– Вы так думаете? – Было неловко слушать похвалы из уст человека, который в жизни преодолел больше трудностей, чем мне могло присниться в кошмарном сне.
– Я это вижу. – Ах да, забыла сказать, что Шана была чем-то вроде человеческого воплощения печеньки с предсказаниями. Я рассмеялась.
– Едва ли я делаю что-то выдающееся сейчас, но как бы мне хотелось, чтобы вы оказались правы.
– Так и будет, девочка, так и будет. – Покивав самой себе, она шепнула внуку что-то на ухо, и тот, схватив со стола три конфеты, убежал в комнату к братьям. – Помнишь, я сказала, что ошибки прошлого даны нам, чтобы достойно встретить свое будущее? – Я кивнула. – Твой урок еще не усвоен.
Хоть и относилась к ее репликам с увесистой долей скепсиса, по спине от копчика до затылка пробежал скользкий холодок. Показалось даже, что волосы у основания шеи шевельнулись. Опасения насчет Райана закрутились в воздухе, и снова подкатило неприятное чувство пустоты.
– Ох, не драматизируй, милая. – Видимо, Шана прочла страх в моих глазах. Она неторопливо положила руки на стол перед собой, подавшись вперед всем телом и загадочно улыбаясь. – Этот мальчик любит тебя. – Я выпучила глаза.
– Как вы…
– Сказала, что вижу. – Она улыбнулась, и это немного ослабило напряжение. – Но есть вещи, которые ты должна прожить, чтобы выбрать верный путь. Ты уже одной ногой ступила на него, но пока не понимаешь.
Эта абракадабра звучала престранно и очень драматично. Я выдавила кислую улыбку, чтобы не проявить неуважение.
– Не совсем понимаю, вы предостерегаете или поощряете?
– И то и другое, девочка. Не бойся, за ошибками всегда следует истина, просто первые лежат на поверхности, а последняя скрыта глубоко внутри. Помнишь, как пел Боб Марли? «Все будет хорошо. И вчерашние ошибки завтра пойдут нам на пользу». – Шана подмигнула и начала напевать мотив песни, энергично двигая плечами, пока я сидела в ступоре, таращась на веселящуюся женщину.
– Мисс Пирс, давненько не виделись, – отшучивался мой куратор, просматривая наработки по новогоднему проекту кого-то из студентов. – Принесли что-нибудь интересненькое?
Вот эти его непонятно откуда взявшиеся лобызающие слух окончания наводили на мысль, что кто-то вселился в тучное тело всегда предельно серьезного мужчины.
– Вообще-то нет, я бы хотела немного доработать проект и показать его уже в готовом виде.
– Что ж, смелое решение. Остальные работы уже сданы и ждут одобрения Аарона. Он прилетает завтра, так что в течение пары дней вы должны закончить. – Он взглянул на меня из-под очков, и я уверенно кивнула.
– Успею.
– И поторопите вашу подругу, – бросил куратор, возвращаясь к своему занятию.
– Простите?
– О, вы, наверно, не в курсе. Один из восьми студентов выбыл, так что его место займет мисс Морган.
– Кристен? – Вот проныра. Пусть только попробует еще раз ткнуть меня носом в мои секреты.
– Именно. Вчера позвонил студент смешанного потока и отказался, не объяснив толком причину. Нянчиться с ним мне некогда, чтобы разбираться, да и сегодня прибежала мисс Морган, умоляя взять ее, при этом обещая сделать проект не хуже других. А мне что, жалко, что ли, место ведь все равно свободно.
Я слушала куратора, не понимая, рада за подругу или же нет, но, вспомнив о цели своего визита, заговорила:
– Это здорово, только я здесь по другой причине. Вы говорили, что мой спонсор должен проследить за ходом работы. Готова показать материалы ему до того, как подключу дизайнера и начну обработку. Ну, знаете, вдруг что-то не устроит, ведь за реализацию платит он.