– Я падаю! – испуганно завизжала она, теряя еще и вторую туфлю.
Я, ворча себе под нос, сильнее схватила ее скользкие пальцы, пока мы приближались к земле. Пиас протестующе застонал в моих объятиях и укоризненно на меня посмотрел. Он сейчас что, на мой стиль полета жаловаться будет?
– Ворриор, я падаю, я падаю, я падаю, я…
Я выпустила руку Даймонд. Пуф-ф!
Рассмеявшись, я пролетела по воздуху последние десять сантиметров. Даймонд в драматичной позе заламывала руки, хотя уже сидела на заднице.
– Ты упала, – сухо заметила я.
Даймонд, тяжело дыша, сдула прядь со своего лица.
– Что это было? – ее узкие губы дрожали. Я уселась рядом с ней и, сложив крылья, с облегчением опустила Пиаса на землю. Господи, какой он тяжелый!
– Добро пожаловать в Тартар, тюрьму строгого режима для богов, – театрально сказала я, указывая на пустошь. У Даймонд отвисла челюсть, и она испуганно вскрикнула, когда Мэдокс и Вирус приземлились рядом с нами, как две пули.
Я откашлялась, отвернулась от них и зажмурилась.
– Просто жесть! – задыхался Мэдокс.
Я улыбнулась, глядя на его растрепанные волосы.
– Круто, что тебе понравилось, – поддразнила я.
– Что? – зарычал он.
Я раздраженно нахмурилась.
– Может ли быть такое, что ты не слышишь меня, потому что твои перепонки повредились?
– Что? Мне очень жаль, я тебя не слышу!
Ви ухмыльнулся.
– Не переживай, Чейн сможет вылечить это, когда мы с ним поменяемся местами. Ты с ним справишься? – он указал на Пиаса и как истинный джентльмен помог моей сестре встать с песка.
– Спасибо, – она откашлялась, поправила прическу и скорчилась, прыгая на месте. – Горячо.
– Мы сейчас уйдем отсюда, только дождемся… Ай!
Пуф-ф!
– Спэйд! – я снова откашлялась и посмотрела на комок, над головой которого кружилось облачко, продолжавшее лить дождь. Сломанный зонтик лежал рядом с ними.
– Черт, ну и высоко же! – застонал он, тяжело дыша, и перевернулся на спину. Капельки дождя стекали по его лбу, а испачканные в песке волосы прилипли к голове.
– Если бы ты сказал, что боишься высоты, я бы тебя понес, чувак! – заорал Мэдокс, и Спэйд вскочил на ноги.
– Ты с ума сошел? Что ты несешь? – рявкнул Спэйд.
– Что?
– Ты глухой? Я спросил, ты с ума сошел?
– Что?
– Ты идиот?
– Что?
– Господи, помоги! – я закатила глаза и схватила Мэдокса за руку, чтобы он уже наконец заткнулся. Он криво улыбнулся.
Облачко пускало в Спэйда потоки воды, а он с сожалением отбросил в сторону сломанный зонтик.
– Дерьмо, это был мой последний.
– И что нам теперь делать? – удивительно неуверенно спросила Даймонд.
Вирус скрестил руки на груди и пожал плечами.
– Нам надо пойти на рынок. Там мы через «Дарк Вандерлэнд» сможем попасть вниз. В противном случае остальные боги все равно вскоре нас найдут. Бизар, по крайней мере, часто тут ошивается.
– Ты знаешь, куда нам идти?
– Без понятия.
– Черт!
Я вздохнула, посмотрела на голые ноги Даймонд, которые покрылись волдырями от жары, а затем на лежащего на земле Пиаса.
– Значит, план Б, – проворчала я себе под нос, направив взгляд на адского пса на моем животе. – Слезай, Блад!
Бладклоу потянулся на моей коже, зевая, и я почувствовала щекотку на теле, а уже в следующее мгновение перед нами в песке стоял гигантский пес. Он вилял своим длинным хвостом из стороны в сторону, а Даймонд от страха отпрыгнула подальше. Спэйд тоже, что, несомненно, меня обрадовало.
– Кого мне жрать, госпожа Ворриор?
– Никого. Ты должен понести ее, – я указала головой на Даймонд.
Блад округлил глаза и с возмущением сел на песок.
– Я что, похож на лошадь?
– Нет. Ты похож на адского пса, который должен делать то, что я говорю!
– Это кто вам сказал? Звучит как сплетня!
– Ты со мной поспорить хочешь?
– Я точно не поеду на этом чудище, – прервала нас Даймонд.
Блад фыркнул и, я была готова поспорить, поднял свою воображаемую собачью бровь.
– Я для вас недостаточно шикарный?
– Ты – монстр и адская гончая! – рявкнула Даймонд, возмущенно поворачиваясь ко мне. – Ты что, серьезно, Ворриор?!
– Еще раз. Ты тоже со мной спорить пытаешься? А ну залезай! Я чувствую запах твоих поджаренных ног, и могут пройти часы, прежде чем мы доберемся до места назначения. К тому времени у тебя останутся только обрубки!
– Ты не станешь…
Я подала знак Бладу, и он, схватив Даймонд за воротник, забросил эту тощую женщину себе на спину. Сестра впилась ногтями в его шерсть и в панике сыпала проклятьями.
– Я протестую!
– Протест отклонен, ты разве не хотела мир спасать? Подержи Пиаса вместо меня, – я подняла своего любимого и положила на спину собаки перед Даймонд, как мешок муки, отчего цепи на его руках и ногах звенели.
Даймонд тут же схватила его и, округлив глаза, стала рассматривать его травмы. Она вздрогнула.
– Что с ним случилось?
– Адонис, – коротко ответила я, и ее тело тут же окаменело. – И Зевс, – добавила еще, а затем взмахнула крыльями и поднялась.
Мэдокс сделал то же самое, а я посмотрела вниз на Спэйда и Вируса.
– Вы сможете идти или нам вас понести?
– Не волнуйся, я позабочусь о нашем новорожденном боге, – захихикал Вирус, потрепав Спэйда по щеке. Он, наверное, сейчас ему руку откусит.
Я улыбнулась и полетела вперед. Бладклоу, несмотря на протесты Даймонд, тоже двинулся в путь. Мы мчались по вихрю из пыли и песка. Ну должны же мы когда-то найти выход из этой идиотской пустыни.
– Летим уже чертовы пять часов! Когда мы уже будем на месте? – кричал Мэдокс.
Ладно, может, и не должны.
Мэдокс остановился, зависнув в воздухе.
– Пять часов? А я думала, что дольше! – вздохнула я, сдув прядь с лица и поднимаясь чуть выше. Слева песок, справа песок. Меня охватило чувство дежавю.
– Так не пойдет, – сказал мой брат. – Мы летаем по кругу, – он указал вниз, и я увидела следы, рисовавшие круги на песке. – Как вы в прошлый раз отсюда выбрались? – спросил Мэдокс.
Я беспомощно пожала плечами, взмахнув руками.
– Брейва чуть не сожрал слепой червь.
– Значит, нам надо найти слепого червя и скормить ему Спэйда.
– Господи! Ты что, с ума сошел? Нет!
– Вируса?
– Нет!
– Может, мы скормим ему его самого?
– Что?
Я вздохнула. Мои глаза горели, а жара выдавливала пот из всех пор.
– Ищи лагерь. Синий огонь. Бизар может быть там.
– А Бизар – это…
– Бог.
Мэдокс посмотрел на меня и поднял бровь.
– Разве ты не можешь почувствовать его, если он недалеко?
– Э-э… не знаю, подожди, спрошу сейчас. Вирус! – крикнула я. – Ты чувствуешь другого бога?
– Я так устал, что чувствую только а-а-а, – последовал его ответ.
Меня охватила дрожь.
– Вот и все. Мы слишком устали и нуждаемся в перерыве.
Мэдокс провел рукой по волосам, поджал губы и кивнул. Мы вместе полетели вниз и приземлились на песок. Бладклоу устало упал на дюну, Спэйд рухнул рядом. Ну хоть он от жары не умрет: его облачко продолжало лить дождь.
– Когда мы уже доберемся? – спросила Даймонд, соскользнув со спины пса и почесывая солнечный ожог на носу.
Она выглядела как приготовленный лобстер, и меня охватило беспокойство. Каково это – быть здесь, когда ты смертный? Мэдокс держался достаточно неплохо, но его щеки тоже были ярко-красными, и я не знаю, что буду делать, если кто-то из них получит солнечный удар. Воды-то у нас совсем не было.
– Это ужасно! – я со стоном зарылась лицом в ладони. Просто ненавидела эту пустыню. – Так, есть предложение, – сказала я после того как все грустно вздохнули. – Вы остаетесь здесь, а я лечу дальше одна и зову на помощь.
– Можешь забыть об этом, – сказал Вирус, вставая передо мной и мягко гладя меня по волосам. Между нами заискрилась магия, и я почувствовала, как вибрирует наша связь. – Мы со всем справимся, – успокаивал он, заключая меня в объятия. Я устало прислонилась к его груди и на секунду закрыла горящие глаза. – Хоть я и не знаю как.
– А ну убери свои грязные руки от моей женщины! – прервал нас хриплый голос. Пиас сполз со спины пса, все еще неловко двигаясь из-за сковывающих его цепей. Ладно, он пока что не был целым, скорее Зомби-Пиасом, которому не хватало еще пары частей тела, но все же он мог стоять.
– Пиас! – я только сейчас поняла, как сильно за него переживала, и зарыдала. Слезы брызнули из глаз, и уже в следующее мгновение я была в его объятиях. Землю сотряс легкий раскат грома. Я чувствовала, как Пиас дрожит.
– Как ты себя чувствуешь? – пробормотала я в его грудь, втягивая носом запах озона и льда.
Он сухо рассмеялся, поглаживая меня руками по спине, и эти прикосновения вызывали во мне дрожь, которая превращалась в гром на небе.
– Как фарш, – признался он. – Эти идиотские цепи перекрывают мне кровоснабжение. Но зато я счастливый фарш!
– Люблю счастливый фарш.
Я подняла взгляд и просто утонула в его глазах, встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Поцелуй на вкус был лучше, чем любой твинки в мире. Пиас выдохнул и углубил поцелуй, отчего вокруг нас закружились молнии. Язык Пиаса нашел мой, и я застонала от восторга. Позади кто-то откашлялся, и я показала ему средний палец.
Мэдокс захихикал, а Вирус фыркнул. Я почувствовала, как он предостерегающе потянул за нашу связь.
– Ладно, ребята, – откашлялся Мэдокс. – Я не хочу видеть, как моя сестра делает подобные вещи!
Ха, врун!
– Это выглядит так, будто они сейчас друг друга сожрут, – пробормотал Спэйд. – А я вообще-то есть хочу.
Вирус лишь вздохнул. Даймонд была единственной, кто решил действовать: она схватила меня за воротник, как маленького ребенка, и оттащила от Пиаса. Я махала руками и хотела оказать сопротивление, но холодный взгляд, которым она меня окинула, заставил отказаться от этой идеи.
– Я, конечно, очень рада, что ты нашла мужчину, у которого от поцелуя, очевидно, не отваливается пенис, – отчитывала меня она, заставляя всех остальных хохотать, – но нам было бы очень приятно, если бы вы перестали пытаться зачать божественных детишек у нас на глазах и бросили силы на вытаскивание нас из этой проклятой пустыни!