Подготовка к решающему разгрому немцев на полуострове Сырве заняла почти месяц. Борьба приняла позиционный характер. Советские атаки сменялись контратаками противника. Были предприняты две попытки высадить тактические десанты немцам во фланг, но обе успеха не имели.
Немцы за этот период перебросили на Сырве штрафной батальон, полк 215-й пехотной дивизии и другие части, а также ввели в Ирбенский пролив легкие силы флота: самоходные баржи, торпедные катера, эсминцы и крейсера. Крупные артиллерийские корабли неоднократно обстреливали советские войска с моря. Сухопутные части реагировали на это очень болезненно, так как ответить им было нечем, а нелетная погода не всегда позволяла авиации обнаружить и атаковать противника. Пришлось срочно перебросить на Сарема 18-й подвижный дивизион береговой артиллерии, имевший на вооружении 130-мм орудия. Всего за октябрь, обеспечивая перегруппировку и сосредоточение войск, Балтийский флот перебросил 74 тысячи солдат и офицеров, 150 танков и САУ, 730 орудий и 530 минометов, 3 тысячи автомашин и 43 тысячи тонн различных грузов.
15 ноября 8-я армия и части флота были готовы к проведению заключительного этапа операции: на каждый километр фронта, который предстояло прорвать, теперь приходилось 224 артиллерийских и минометных ствола, 120 танков и самоходных установок. Однако штормовая и нелетная погода не позволяла использовать авиацию и катера. Наконец, в 10 часов 18 ноября 925 стволов армейской и морской береговой артиллерии открыли огонь по огневым позициям и укрытиям противника, к ним присоединились 3 канонерские лодки и 8 бронекатеров, а также бомбардировочная и штурмовая авиация. Огневая подготовка длилась полтора часа. В 12 часов стрелковые подразделения при поддержке войсковой и корабельной артиллерии, танков и самоходных установок, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, начали продвигаться в глубь полуострова Сырве. Немцы держались шесть суток. 21 ноября под прикрытием огня корабельной артиллерии они начали эвакуацию гарнизона с полуострова Сырве в Виндаву. 24 ноября Моонзундские острова были целиком в советских руках.
Освобождение архипелага имело важное значение: корабли Балтийского флота получили возможность контролировать Финский и Рижский заливы, в результате чего создавалась непосредственная угроза левому флангу немецких войск; Балтийский флот получал возможность развернуть активные действия на коммуникациях противника в средней и южной части Балтийского моря.
На этом закончилась Прибалтийская наступательная операция, в результате которой группировка противника в Прибалтике потеряла свое стратегическое значение. Из 59 соединений, имевшихся там к началу наступления советских войск, 26 были разгромлены, а остальные оказались изолированными в Курляндии и блокированы в районе Клайпеды. Протяженность линии фронта на прибалтийском участке сократилась до 250 км, что позволило высвободить значительные силы советских войск. Потери четырех советских фронтов с 14 сентября по 24 ноября составили 280 тысяч человек убитыми и ранеными, 522 танка, 2593 орудия и 779 самолетов.
«Таким образом, в итоге восьмого сталинского удара… были полностью освобождены Эстонская ССР и большая часть Латвийской ССР. Из войны против СССР вышла Финляндия, объявившая войну Германии. Кроме того, с разгромом прибалтийской группировки противника намного облегчалось последующее наступление советских войск в Восточной Пруссии».
Однако в Латвии оставалась и сковывала десять советских армий крупная группировка вермахта. Поэтому генерал армии Сандалов пишет: «И все же лично у меня остался осадок неудовлетворенности. А спустя более двух десятков лет, когда яснее, понятнее стали наши ошибки и просчеты, особенно досадно вспоминать, что нам не удалось полностью завершить задуманную операцию».
30 ноября Ставка в предвидении крупного наступления Красной Армии на западном направлении решила вывести в резерв из состава 1-го Прибалтийского фронта 61-ю, 2-ю гвардейскую и 5-ю гвардейскую танковую армии. У Еременко забиралась 3-я ударная армия. На «курляндском фронте» оставалось семь армий.
«Надежно заблокировав вражеские войска, — сообщает маршал Василевский,— мы не тратили на них порох, не несли жертв: предоставили их самим себе, пока группировка не капитулировала». Даже неловко говорить, но милейший Александр Михайлович попросту врет. Наступательные операции на полуострове не прекращались до конца войны, и маршал Василевский неоднократно выезжал на Прибалтийские фронты, чтобы контролировать процесс. По мнению Сталина, «оставлять противнику стратегический плацдарм в тылу наших наступающих фронтов было недопустимо». А кроме того, советское высшее командование считало, что необходимо постоянно вести активные наступательные действия, чтобы не допустить переброски группы армий «Север» из Латвии в Германию; в этом расчет Гитлера оказался точным.
Решительные попытки ликвидировать немецкие войска в Курляндии предпринимались еще минимум четыре раза.
21 декабря генерал Еременко четырьмя армиями, в которых насчитывалось 36 стрелковых дивизий и 2 укрепрайона, начал операцию с целью окружения и разгрома врага в районе северо-западнее Салдуса. Замысел состоял в нанесении двух фланговых концентрических ударов силами 1-й ударной и 22-й армий на правом крыле фронта и 42-й и 10-й гвардейской — на левом. К исходу третьего дня операции армии должны были выйти на рубеж по обе стороны Салдуса.
Перед 2-м Прибалтийским фронтом действовали в первой линии 13 пехотных дивизий, а во второй линии — танковая дивизия противника. К этому времени немцы еще более усовершенствовали систему оборонительных сооружений.
В 10 часов началась артиллерийская и авиационная подготовка, в 11.20 в атаку смежными флангами пошли войска 42-й и 10-й гвардейской армий. К 14 часам они прорвали первую позицию и вышли ко второй. К 15 часам немцы подтянули резервы и танки 12-й танковой дивизии. В результате упорных боев частям генерала Казакова к исходу дня удалось вклиниться во вторую позицию на одном участке. Продвижение 42-й армии генерала Свиридова было еще меньшим. В целом советские войска на участке прорыва продвинулись на 1–3 км.
23 декабря после разведки боем в наступление перешли 1-я ударная и 22-я армии. Сразу же им пришлось преодолевать многочисленные минные поля, инженерные заграждения и возрастающее сопротивление противника. Немцы постоянно контратаковали, поддерживаемые массированным огнем своей артиллерии и штурмовыми орудиями. Тем не менее была полностью прорвана первая позиция, состоявшая из трех траншей, и наступающие продвинулись в глубину до 3 км. На следующий день в бой был введен 19-й танковый корпус, но и он не смог преодолеть сопротивление противника.
В полосе 1-го Прибалтийского фронта — 6-я гвардейская, 51-я, 4-я ударная армии — события развивались по тому же сценарию.
Вплоть до Нового, 1945 года велось «наступление на месте». Противник, пользуясь большой плотностью и эшелонированием своих войск в обороне, легко и быстро маневрировал частями, перебрасывал их по внутренним коммуникациям с пассивных участков на угрожаемые направления. В ходе операции войска 2-го Прибалтийского фронта с 21 по 30 декабря сумели продвинуться лишь на 5–10 км, 1-го Прибалтийского — на 10–15 км.
Командование группы армий «Север» также старалось вести активные действия. С 5 по 9 января 1945 года,Шернер предпринял контрнаступление по всему фронту, стремясь вернуть утраченные позиции и, несмотря на советское превосходство, особенно в танках и артиллерии, сумел потеснить 6-ю гвардейскую и 22-ю армии. Генерал Беккер нанес удар из Клайпеды, прорвал позиции 43-й армии и лишь к 12 января был отброшен назад.
После этого Баграмян решил, что пора вплотную заняться немецким гарнизоном в Клайпеде. В связи с тем, что для участия в Восточно-Прусской операции из фронта изымали армию Белобородова, решение этой задачи было возложено на 4-ю ударную армию генерала Малышева. Чистяков и Крейзер должны были нанести сковывающие удары по курляндской группировке. Василевский план одобрил.
В январе происходили большие изменения и внутри курляндской группировки. Прикрываясь наступательными действиями, немцы в первой половине месяца вывезли с полуострова 4-ю танковую и три пехотные дивизии, а также 3-й танковый корпус СС, латышскую и эстонскую гренадерские дивизии. Всего к началу марта были эвакуированы десять наиболее боеспособных дивизий.
Товарищ Сталин был очень недоволен.
Чтобы предотвратить возможную дальнейшую переброску соединений из Курляндии в рейх, войска 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов 23 января вновь перешли в наступление. Прежний сценарий повторился в точности: на каждую атаку советских дивизий «фашисты отвечали остервенелыми контратаками» и, маневрируя резервами, ликвидировали прорывы. Существенных изменений в положении противоборствующих сторон в итоге не произошло.
26 января группа армий «Север» была переименована в группу армий «Курляндия». Ее командующим стал генерал Гильперт. В этот же день генерал Малышев двумя стрелковыми корпусами, имевшими 56 тысяч бойцов, при поддержке авиации 3-й и 15-й воздушных армий начал штурм Клайпеды и 28 января овладел городом и портом. Судя по тому, что в ноябре 1944 года генерал Белобородов вынужден был прекратить атаки на клайпедские форты ввиду отсутствия орудий особой мощности и штаб фронта с ним согласился, а в январе 1945-го Малышев взял город в три дня, потеряв 403 человека убитыми и около 1000 ранеными, немцы просто оставили заслон и эвакуировали гарнизон. Кстати, и Баграмян упоминает о многочисленных взрывах в Клайпеде, свидетельствующих о «подготовке фашистов к бегству».
К этому же времени в Восточной Пруссии войска 3-го Белорусского фронта вышли к Кёнигсбергу. Немецкая группировка, запертая в Курляндии, совершенно потеряла оперативное значение. Но оставлять ее в покое Верховный не собирался. Задача советских войск оставалась прежней: не допустить переброску сил в Германию. Балтийский флот в данном случае, как и всю войну, был беспомощен.