Внезапно существо выпустило из красных своих глаз два алых луча света. Один из лучей пронесся мимо под дирижаблем, не повредив его. Второй же ударил в один из двигателй по правому борту «Эксплорера». Турбореактивная машина тут же взорвалась, весь корабль зашатался, а Нед с Питером были сбиты с ног. Осколки стальных пропеллеров прорвали тонкий металлопластиковый корпус, вызвав короткое замыкание электричества и смертельно ранив Гила Гиверса, стоявшего на своем посту на приборной палубе.
«Кажется, ты сказал, что смертоносный луч исходит у него из рога», заметил Питер.
Нед не обратил внимания на его замечание.
«Следует добавить, что, похоже, это существо очень агрессивно — так же, как и Мегалон», заключил Нед, а в это время дирижабль содрогнулся.
«Ну, скорее, он похож на жука», объявил Питер. «Но я никогда не слышал о жуках, которые способны на такое!»
Вторичный взрыв из поврежденного двигателя сотряс дирижабль еще раз. Нед, вцепившись в поручень, продолжал рассматривать это существо.
«Думаю, я назову его Баттрой», заявил он. «Второй крупный живой организм, обнаруженный мной за эту поездку», с гордостью подумал он.
«Замечательно», ответил Питер. «С удовольствием прочитаю твою научную работу, когда мы вернемся домой — и если мы вернемся домой!»
Находившиеся на второй смотровой площадке Ник Гордон и Робин Холлидей наблюдали за происходящим. Ник пытался снимать, но тварь постоянно вылетала из объектива его камеры. Он выл от досады и бросался с одной стороны площадки на другую, пытаясь снять кадры, а Робин над ним смеялась.
А между тем страх парализовал Лину Симс, запершуюся в своей каюте. Когда впервые раздалась тревожная сирена, предупреждавшая о возможном столкновении, она испугалась. Ей понадобилось полчаса, чтобы унять этот страх. Когда же сигнализация сработала уже второй раз, она была полностью уверена, что дирижабль сейчас рухнет с неба вниз и утащит вместе с собой и ее.
«Это конец», вопило у нее в мозгу. Затем в корабль что-то попало, и он сильно накренился. Лина, стоявшая рядом со своей койкой, ударилась головой о тумбочку и потеряла сознание.
На мостике же Майкл Салливан работал за противопожарным пультом. Включились автоматические огнетушители, заливая пламя там, где взорвался двигатель. Но вскоре на его панели загорелись новые красные лампочки. Пальцы Майкла летали по клавиатуре, он запустил противопожарную пену в несколько секций нижней части корпуса.
Баттра тем временем напала на дирижабль, начав бить крыльями о корпус. Корабль подвергся сильным ударам мощных крыльев и порывов воздуха, отшвыривавших дирижабль в стороны при каждом ударе. Несколько алюминиевых опорных стоек внутри корпуса погнулись — в опасной близости от гелиевых баллонов.
А сирены меж тем продолжали выть.
Наблюдая за зеленовато-черной тварью теперь уже на мониторе, Нед заметил, что у Баттры было шесть лап, заканчивавшихся крохотными клешнями. Размах крыльев монстра составлял более 180 метров. И Нед понял, что хотя Баттра была ничтожной по сравнению с огромным дирижаблем, тварь эта была гораздо более смертоносной.
Ее попытки ухватиться за «Эксплорер» своими острыми когтями и разорвать его демонстрировали опасную и жестокую звериную разумность.
Стоя на вершине корпуса, Джонни Рокко навел на Баттру ракетную установку Стингер. Когда тварь стала бить крыльями по дирижаблю, он закрепился страховочными ремнями безопасности. Когда наступила секунда затишья, Рокко уставился в прицел и стал с нетерпением ждать сигнала. Когда раздался писк — дав ему сигнал о том, что головка самонаведения ракеты взяла цель — он нажал на спусковой крючок.
Ракета вылетела из ствола с огненной откатной волной и помчалась к цели. Секундой позже снаряд разорвался на голове у Баттры, поразив тварь прямо между ее красных глаз-щелок, когда она приблизилась к дирижаблю на новый заход. Боеголовка взорвалась, не нанеся Баттре каких-либо видимых повреждений и даже не замедлив ее приближение.
Джонни Рокко поспешно зарядил в ствол вторую ракету, когда на него упала темная тень…
В Осаке…
Годзилла пробирался по пояс в воде сквозь горящий океан, а мелкий дождь, продолжавшийся с перерывами весь день, тем временем превратился в непрерывный поток. Широкими полосами ливень захлестал по зданиям, обволакивая и заслоняя всё вокруг. Люди, оказавшиеся внутри небоскреба Умеда, в одночасье словно ослепли. Им были видны теперь лишь тусклые облески далеких пожарищ и черная фигура в центре.
Сирены, наконец, начали выть по всему городу. Те, кто находился внизу, на земле, бросились ко входам в метро и в подвалы, ища себе убежищ, чтобы укрыться от двух гигантских чудовищ, угрожавших самому существованию их города.
Однако одно существо, похоже, не страшилось Годзиллы. Летающая тварь, извергавшая токсичные газы, с размаха бухнулась на землю перед небоскребом, раздавив здания меньших размеров огромной своей массой.
Люди на смотровой площадке, с ужасом наблюдавшие за этим, теперь запаниковали и бросились бежать, переполнив несколько аварийных выходов.
Оказавшись на площади, существо, казалось, стало булькать, пузыриться и менять форму. Хедора менялась постепенно и, казалось, стала прямо на глазах у шокированных и не верящих в происходящее свидетелей расти. На всем теле твари стали появляться булькающие и пузырящиеся ложноножки.
Голова ее словно вспучилась, вздулась и увеличилась, и тварь теперь раскачивалась в стороны на чем-то похожем на две толстые ноги. Чудовище махало и хлопало подобием рук, с которых что-то капало, руками, которые выскочили у него с двух сторон.
Лишь глаза ее остались прежними. Со злобной осмысленностью они сфокусировались на Годзилле.
На протяжении довольно долгого времени существо это стояло не двигаясь, дожидаясь, когда Король Монстров доберется до него. Годзилла сделал ему такое одолжение, отбрасывая в сторону ногами целые здания, проваливаясь в покрытие улиц и тротуаров и сотрясая землю каждым могучим ударом своих массивных лап.
Затем Годзилла покрутил головой и с вызовом зарычал. Его громоподобный голос проревел над Осакой. Дождь хлестал по его гигантскому телу и лился с него потоками воды. Годзилла рассерженно хлестал хвостом в разные стороны, а из глотки его раздавался низкий глубокий гул.
Меняющая формы тварь, дожидавшаяся Годзиллу, наконец-то как-то отреагировала. Из уголка огромного ее глаза вырвался какой-то энергетический луч, ударивший Годзиллу в плечо. Когда у него загорелась кожа, и в ране зашипела дождевая вода, Годзилла в ярости зарычал. Задрав голову, Годзилла поднял передние лапы, став в оборонительную позу.
Но, несмотря на луч, который теперь плясал на всем его теле, опаляя ему шкуру, Годзилла ни на секунду не замедлил свое неумолимое приближение к Хедоре.
На борту «Дестини Эксплорер»…
Лина Симс лежала у подножия своей койки, без сознания.
И ей было видение.
Ей привиделась какая-то ровная ледяная равнина с ужасающими ветрами. Ей почудилось, будто она падает в какую-то яму во льду и оказывается в какой-то глубокой трещине. Вокруг нее со всех сторон возвышались стены, и бушевала полярная буря. Лина попыталась пошевелиться, но казалось, она парализована. В этом видении она не чувствовала холода, хотя по какой-то причине она понимала, что здесь очень холодно.
А вот что она действительно ощущала — так это страх, закрадывавшийся в нее откуда-то глубоко изнутри и грозивший просто свести ее с ума.
Наконец, силой воли, она поднялась. Но как только она встала на ноги, лед под ней раздвинулся и куда-то просто исчез. Лена взглянула под ноги и увидела открывшуюся внизу бездонную пропасть.
А затем она провалилась туда.
Она кричала без умолку, кричала до тех пор, пока не смогла уже больше кричать, и все-таки она продолжала падать вниз. Наконец, когда она решила, что провалилась вплоть до самого центра Земли, все вокруг нее потемнело.
Когда Лина открыла глаза, она лежала, прислонившись спиной к стволу дерева. Ствол был таким толстым, что был больше похож на стену. С верхушек дерева вниз спускались какие-то длинные усики, шевелившиеся и вилявшие рядом с ней на земле. На конце этих щупалец, похожих на лозы, беззвучно покачивались огромные коробочки со щелкающими пастями, истекавшие слюной.
Лина подняла глаза и поняла, что она находится внутри чего-то непонятного. Где-то высоко у нее над головой был какой-то потолок. Затем она поняла, что находится в пещере, но в пещере настолько огромной, что Большой Каньон казался крошечным по сравнению с ней. Стараясь быть осторожной, Лина поднялась и обошла огромный ствол древнего дерева. На это ушло много, очень много времени.
Наконец, когда она оказалась по другую сторону этого ствола, она увидела иной мир.
Какой-то город… город изо льда… и он простирался перед ней на многие мили вдаль и вокруг — бесконечные здания странной формы, склонявшиеся набок под странными, неестественными углами. Некоторые части города были больше похожи на гравюры М.К.Эшера или на картины Николая Рериха, чем на реальный город-мегаполис.
А затем Лина задрожала. Внезапно подул холодный порывистый ветер, пробравший ее до костей — да и до самых глубин ее души. После чего Лина услышала позади себя какой-то звук. Она со страхом обернулась.
Она увидела, что купается в каком-то мерцающем, блистающем свечении. Ослепившим ее. На мгновение она почувствовала страх, но затем ей овладело внезапное умиротворение, успокоившее ей нервы и встревоженную душу. В центре потока этого мерцающего света вокруг нее в воздухе махали разноцветными крылышками миллионы крошечных бабочек.
А затем с Линой заговорил чей-то голос, наполнивший ее разум мелодичными напевами.
«Не бойся», ласково, почти любовно произнес мягкий женский голос.
«Кто… кто ты?», прошептала Лина.
«Я Мотра, Защитница Мира…»
«Чего тебе надобно от меня?», спросила Лина.
«Тебе суждено стать моей чашей, моим кораблем, моей посланницей», ответил ей голос. «Прислушайся ко мне, к моим предупреждениям. Вашему миру грозит опасность… от одной из ваших же…»