ся забыть ее. Но не получалось.
В дверь заглянул Куинси и предложил заехать к ним поужинать.
– А Эмбер знает про Кэрол? – спросил Майкл.
– Я ей не говорил, старик, – заверил Куинси. – Если и знает, то не от меня.
– Иными словами, знает? – уточнил Майкл и зажег сигарету.
– Кэрол с ней говорила, – признался Куинси.
– Черт!
– Сегодня у нас жареная курица.
– Я пас.
– Послушай, надеюсь, ты на меня не злишься?
– Нет, Куинс. Но лучше мне сегодня побыть одному.
– Что ж… Если вдруг передумаешь…
– Спасибо. Мне еще собираться, завтра еду…
Он допоздна просидел в офисе и домой пришел такой усталый, что думать ни о чем был уже не в силах. Включил телевизор, минут десять посмотрел какую-то передачу и уснул крепким сном.
Ники была в бешенстве. Будущая свекровь ее уже достала, она совала свой нос во все дела, да еще с таким видом, будто имела на это право. К концу дня горничная была готова уволиться, а садовник, выслушав замечания Линды о состоянии газона, клумб и изгороди, прошипел в ответ длинное испанское ругательство. К несчастью, Линда немного знала испанский, и теперь уже она была готова уволить садовника.
Ники позвонила Эвану.
– Твоя мамочка сведет меня с ума! – пожаловалась она. – Почему ты мне не сказал, что она сегодня приезжает?
– Сказал бы, если б ты мне позвонила, – строго ответил Эван. Он все еще злился.
– Ты когда вернешься? Я не могу оставаться с ней наедине, она невыносима.
– Считай, что я этого не слышал.
– Что?
– Ники, ты говоришь о моей матери. Она старается тебе помочь…
– А ты-то откуда знаешь?
– Оттуда, что я уже с ней говорил, и она мне сказала, что от этой горничной и садовника нет никакого толку.
– Неужели? И что ты мне посоветуешь? Выгнать их накануне свадьбы?
– Мама все уладит, найдет нам новую прислугу, она в этом деле спец.
– Ни за что! – резко возразила Ники. – Я не позволю ей вмешиваться в нашу жизнь и переворачивать все вверх дном!
– Ники, не будь ребенком.
– Ты меня назвал ребенком?!
– Давай поговорим, когда я приеду.
– Давай лучше ты пойдешь к черту!
Она бросила трубку и решительно прошла на кухню, где Линда деловито наводила порядок в шкафчике с консервами.
– Что это вы делаете? – спросила Ники в негодовании.
– Кое-что давно пора выбросить, срок годности истек, – покачала головой Линда. – Это уже не еда, а отрава.
– Я так не думаю! – заявила Ники. Она была на грани срыва.
В этот момент зазвонил телефон. «Слава богу», – подумала Ники.
– Алло! – сердито сказала она в трубку, думая, что это Эван.
– Привет, моя девочка! Это папа.
– Антонио?
– У тебя есть еще один отец?
– Господи! Где ты?
– Мы уже здесь, в отеле «Пенинсьюла». Приехали пораньше: Бьянка хочет походить по магазинам.
– Бьянка?
– Графиня Бьянка де Мораго. Моя жена.
31.
Утром в четверг Майкл прибыл к дому Лизы. Она уже была внизу и полностью готова к отъезду.
– Я не опоздал? – спросил он, взглянув на часы. Она сухо улыбнулась:
– Я вам назначила в десять, сейчас без пяти, следовательно, вы не опоздали.
– Я так и подумал.
– Не хотите обождать в лимузине? Мне еще надо кое-что сделать.
Майкл вышел. Она на него сердита, и винить ее за это нельзя.
На дорожке возле дома дожидались два лимузина. Майкл не знал, в какой ему сесть. Поэтому он направился к Чаку – тот как раз разговаривал с одним из водителей.
– Доброе утро, Чак, – сказал Майкл. – Как думаешь, в какой мне лучше машине ехать?
– Во второй. В первой с ней поеду я, – сказал тот.
– Ясно.
Майкл достал из кармана темные очки и водрузил на нос – несмотря на ранний час, солнце уже палило нещадно. Вышел Дэнни, одетый в неофициальный светло-лимонный костюм. Он был весь в предвкушении поездки в Вегас.
– Как дела? – спросил у него Майкл.
– Лучше не бывает.
– Кто с нами вместе летит? – поинтересовался Майкл. Дэнни достал список.
– Так… я, Фабио, Чак, мадам, само собой, и вы. Все остальные летят регулярным рейсом.
– Так мы на частном самолете?
– Да, отель за нами прислал, – сообщил Дэнни. – Только так и надо путешествовать!
Майкл сел в машину, за ним – Дэнни с Фабио.
Они просидели минут десять, когда наконец появилась Лиза. У входа она задержалась, чтобы переброситься парой слов с Чаком. Тот подошел ко второй машине и наклонился к Майклу.
– Мисс Роман хочет, чтобы с ней ехали вы, – с бесстрастным лицом объявил он. – А я поеду здесь.
Фабио с Дэнни обменялись многозначительными взглядами, а Майкл вышел из лимузина и направился к первой машине, где уже сидела Лиза.
Он занял свое место и снял очки.
– Как у вас дела, Майкл? – с прохладцей спросила Лиза.
– Отлично, – ответил он ей в тон. – А у вас все в порядке?
– Кажется, – сказала она и надела темные очки от Гуччи с розоватыми стеклами.
– Ничего от Грега не слышно?
– Нет. – Она покачала головой. – Думаю, ему это все надоело, и он куда-то подался.
– Будем надеяться.
– Я подаю на него в суд, – сообщила она. – Я вам уже, кажется, говорила?
– Вы только говорили, что встречаетесь с адвокатом.
– Он вроде согласен, что основания для иска есть… Только я уже начала сомневаться. Зачем мне такая известность? Может, я вообще отзову этот иск. Не хочу, чтоб мое имя опять трепали газеты.
– Лиза, если б вы знали, какая вы красивая! – не удержался Майкл.
– Вы не должны так говорить! – резко оборвала она.
– Почему?
– Потому что мы с вами не состоим в каких-то личных отношениях, Майкл. Вы очень ясно дали понять, что не питаете ко мне ни малейшего интереса личного свойства. Так что оставьте комплименты для своей подружки или подружек – не знаю, как там у вас заведено…
– Хорошо. – Майкл нахмурился. Он был зол на себя, что дал слабину, но ничего не мог с собой поделать – рядом с ней он моментально терял волга. – Вы правы, Лиза, так будет лучше.
Всю дорогу до аэропорта они молчали. Майкл недоумевал, зачем ей понадобилось сажать его в свою машину, если им не о чем говорить. Затем его мысли переключились на Кэрол и ее будущего ребенка. Его ребенка! В аэропорт он приехал в глубокой депрессии.
За Лизой и ее свитой отель прислал элегантный самолет «Гольфстрим-4». На трапе их встречали две исключительно привлекательные стюардессы в коротких, белых с золотом форменных костюмах в обтяжку. Оба пилота вышли из кабины, чтобы поприветствовать их. Со всеми Лиза была любезна, всем пожала руки и всем улыбнулась.
Взойдя на борт, Майкл немедленно обошел самолет и тщательно осмотрел его с точки зрения безопасности. Здесь была небольшая, но роскошная спальня с ванной, отделанной мрамором, просторная гостиная и еще одна комната в хвосте, где разместились Дэнни с Фабио. Лиза устроилась в гостиной, где стоял круглый обеденный стол, несколько удобных кресел, стойка бара и телевизор с большим экраном.
– Майкл, вы сядете здесь, со мной! – скомандовала она. Для чисто деловых отношений она явно уделяла ему слишком много внимания. Чак бросил на Майкла быстрый взгляд и отправился в задний салон к Фабио и Дэнни.
– У вас усталый вид, – заметила Лиза и пристегнула ремень.
– Последние дни у меня выдались тяжелые, – признался Майкл, устраиваясь в соседнем кресле. Он тоже пристегнулся.
– Все гоняетесь за неверными мужьями?
– С тех пор как Куинси выбыл из строя со своей ногой, на меня столько всего навалилось! А кроме того, у меня проблема… личного свойства.
– Поздравляю, нашего полку прибыло, – сказала Лиза и, откинувшись на спинку сиденья, закрыла глаза.
«Зачем я ей сказал, что у меня проблема в личной жизни? – недоумевал Майкл. – Ведь рассказывать, в чем дело, я не собираюсь, тогда зачем вообще говорить?»
Он невольно посмотрел на Лизу. Она была такая красивая, что ему вдруг стало страшно.
«Держись от нее подальше», – твердил ему внутренний голос. Но Майкл знал, что с каждой новой встречей это будет все труднее.
– Привет!
– Кто это? – недоверчиво спросила Ники.
– А кто, ты думаешь? Твойсообщник.
– Брайан? – неуверенно спросила она.
– Он самый.
– Ты зачем звонишь?
– Чтобы сообщить, что Эван мне ничего не сказал о своем разоблачении.
– Мы поругались по телефону, – сказала Ники, понизив голос, поскольку Линда была где-то поблизости. – Здесь твоя мама, и это еще хуже, чем ты предсказывал.
Брайан расхохотался:
– Ага! Что я говорил!
– Ты чего смеешься? – возмутилась Ники. – Это ни капельки не смешно! Она здесь всего сутки, а я уже с ума схожу. И такое впечатление, что она без конца звонит Эвану по телефону и жалуется на меня.
– Это на нее похоже.
– А что мне прикажешь делать?
– Крепись, детка.
– Ты не понимаешь! Брайан, она невыносима!
– Уж мне-то не понять!
– Слушай, она говорит только об Эване. Время от времени, чтобы ее позлить, я что-то произношу о тебе, а ей будто и дела нет. Говорит, ты сам в состоянии о себе позаботиться.
– Просто она знает, что я ее выходок терпеть не стану. Она давно от меня отстала. А на Эвана все еще имеет влияние, и это очень плохо.
– И что мне делать?
– Выходи за него замуж, и вы втроем заживете долго и счастливо. Ты разве не этого хотела?
– Брайан, иди в задницу! Мне и так погано.
– А что еще случилось?
– Видишь ли, у меня появились кое-какие сомнения.
– То есть?
– Пока что наблюдаются некоторые странности. Всякий раз, как я пытаюсь поговорить с Эваном, дело кончается ссорой. Надеюсь, все встанет на свои места, когда он вернется. – Пауза. – Брайан, спасибо, что позвонил.
– Мне надо тебе кое в чем признаться.
– Да?
– У нас с тобой… в общем, ничего не было.
– В каком смысле?
– В смысле секса, Ник.
– Смеешься?
– Я хоть и обкурился в тот вечер, но, знаешь, на меня это обычно не действует. Ну, то есть я все помню. Так вот… Я помял твою машину, это было, я помню. Но больше мы ничего предосудительного не делали.