– Вот наша цель, – сказала Лана, кивая в сторону постройки.
Её взгляд был прикован к тропе за сараем, которая шла вверх по холму. Она знала, что ей придётся подниматься по этой тропе, вверх по холму к шахте, а потом шарить в карманах мумифицированного старателя в поисках ключей.
Не самая приятная затея. Уже одно то, что она подошла так близко к существу из шахты, погружало ее душу в темноту. Лана ощущала его, ощущала Мрак, и у неё было ужасное предчувствие, что он тоже знает, что она здесь.
Знает ли Мрак, что она идёт к нему?
Знает ли, зачем?
Знает ли она сама? Уверена ли?
– Я знаю, зачем я здесь, – сказала Лана. – Знаю.
– Конечно, – отозвался Коржик. Он, похоже, принял это за упрёк в свою сторону.
Патрик вёл себя тихо, он боялся. Он тоже помнил.
Они вошли в сарай. Лана проверила бак с пропаном. Судя по измерительному прибору, бак был полон. Должно хватить.
Она опустилась на колени и проверила, на чём стоит бак. Тот стоял на некой стальной раме, ржавой, но, слава богу, не прикрученной к полу. Платформа стояла на земле. Отлично.
– Коржик, нам надо погрузить этот бак в машину. Скоро я достану ключи. Мы подгоним фургон поближе к баку. Но сначала давай поглядим, как тут всё устроено, ага?
– Не вопрос, Целительница.
Лана приставила ногу вплотную к нижнему краю бака и отметила, что верхний край упирается ей в бедро. Затем подошла к фургону и сравнила высоту проёма.
Хорошо. Хорошо. Почти столько же. Бак на пару дюймов ниже, а значит, его можно будет поднять. Поднять и засунуть в кузов. Но тут должна быть какая-то специальная система, ведь Отшельнику Джиму приходилось загружать бак в машину, чтобы пополнять запасы.
– Коржик. Поищи ящик с инструментами.
Всё по порядку. Первым делом она убедилась, что кран закрыт.
Затем порылась в ящике, который принёс Коржик, и нашла ключ, подходящий по размеру к крану. Соединительный элемент между шлангом и баком стоял намертво.
– Дай я попробую, – предложил Коржик.
Он весил как минимум вдвое больше Ланы. Соединение поддалось.
Лана показала на балки. С них свисала тяжёлая цепь, подсоединённая к подъёмному механизму. На конце её болтался крюк, а из корпуса бака торчал болт с петлёй.
– Джиму приходилось время от времени наполнять бак. Вот как он грузил его в фургон.
Коржик потянул за крюк. Цепь звякнула и легко пошла вниз, разматываясь с хорошо промасленного механизма.
Коржик навалился на бак и продел крюк в ушко.
– Окей. Отлично, – сказала Лана. – Я пошла за ключами.
Что-то в её тоне напрягло Коржика.
– Слушай, Целительница, давай мы… э-э… пойдём с тобой. Мы с Патриком. Там не безопасно.
– Знаю, – сказала Лана. – Но, если что-то пойдёт не так, я должна знать, что кто-то позаботится о Патрике.
Она выбрала не лучшие слова, чтобы успокоить Коржика. Его глаза расширились, подбородок задрожал.
– А что может пойти не так?
– Ничего, наверное.
– Окей, я иду с тобой, – сказал Коржик.
Лана положила ладонь на его огромное предплечье.
– Коржик, ты должен довериться мне.
– Ну хоть расскажи, в чём дело, – взмолился он.
Лана задумалась. Ей ужасно хотелось, чтобы Коржик, да и Патрик тоже, пошли с ней ко входу в шахту. Но она боялась за Патрика. И ещё больше боялась, что что-то может случиться с Коржиком.
В прежние времена Коржик был огромным тупым задирой, этаким Орком номер два. Он уж точно не блистал умом. Но за несколько суток перенесённых страданий его сердце размякло, и из него исчезла вся прежняя чернота. Коржик по-своему очистился, Лане он теперь казался совершенно непорочным. Встреча с Мраком может всё это перечеркнуть. Тварь из шахты уже оставила след в её душе, и она не хотела, чтобы то же самое случилось с её верным и надёжным защитником.
Лана открыла сумку. Она достала письмо, запечатанное в белый официальный конверт. И протянула его Коржику.
– Слушай, если что-то всё же случится, передай это Сэму и Астрид. Хорошо?
– Целительница… – он не хотел брать конверт.
– Коржик. Возьми. – Она вложила конверт ему в руку и сжала его пальцы. – Хорошо. Теперь слушай: я хочу, чтобы в моё отсутствие ты сделал кое-что ещё.
– Что?
– Она через силу улыбнулась.
– Я так хочу есть, что готова съесть Патрика. Поройся среди этого хлама, может, найдёшь что-нибудь съестное. Я вернусь через пятнадцать минут.
Лана повернулась к выходу и выскочила под ночное небо, прежде чем он успел что-нибудь возразить.
Запустила руку в сумку, нащупала холодную пластиковую рукоять пистолета и обхватила её пальцами. Вытащила оружие и опустила руку.
Она заберёт ключ у мёртвого золотоискателя. Если Вожак явится ей помешать, она пристрелит его.
А если… если она не сможет выйти из пещеры, если вместо этого пойдёт всё глубже и глубже, к Мраку, не в силах сопротивляться, то…
Тейлор была не такой, как Брианна. Бриз воображала себя супергероем. А Тейлор знала, что она обычная девочка. Такая же, как и все, не считая странной способности: стоило ей подумать о каком-то месте, как она тут же перемещалась туда.
И теперь Брианна жутко запаздывала. Бриз никогда не опаздывает. Она не умеет опаздывать. Значит, с ней что-то случилось.
Так что настала очередь Тейлор. Она чувствовала это, знала. Но Сэм её не просил. Он стоял и пялился на дорогу, словно ждал, пока появится Брианна.
Тейлор ещё ни разу не видела Декку такой расстроенной. Обычно она была каменно-спокойной, а теперь в камне появились трещины.
Эдилио сохранял невозмутимое лицо. Он смотрел прямо перед собой, ожидая приказаний. Спокоен.
Никто не хотел торопить Сэма. Но все знали, что с каждой минутой положение ухудшается.
Тейлор должна была решить сама. Сэм не хотел посылать её. Поэтому решать было ей.
Она готова была на что угодно ради Сэма. На что угодно. Ей даже казалось, что она в него влюблена, хотя Сэм был старше неё и верен Астрид.
Сэм спас Тейлор жизнь. Спас её рассудок.
Кейн решил, что все уроды «Коутс», которые не хотели ему подчиняться, должны быть помещены под контроль. Он сообразил, что большая часть силы сосредоточена в руках, и с помощью Дрейка действовал быстро и решительно.
Это называлось «бетонированием». Руки детей помещались в раствор цемента. Каждый блок весил сорок фунтов. Один уже только вес делал детей полностью беспомощными. Поначалу прихвостни Кейна кормили их, ставя тарелки на пол, как собакам. Тейлор и другие, включая Брианну и Декку, слизывали кашу и молоко, словно животные.
Потом между ребятами, которых Кейн оставил следить за «Коутс», пока сам он пытался захватить власть в Пердидо-Бич, произошёл разлад.
Кормить пленников стали реже. А потом и вовсе перестали. Тейлор жевала траву, пробивающуюся между камешков у дороги.
Только благодаря Сэму она осталась жива.
Тейлор была у него в долгу. В неоплатном.
У неё возникло тянущее чувство глубоко в животе: она обязана ему жизнью.
– Скоро буду, – сказала она.
Прежде чем Сэм или кто-то ещё успели открыть рот, она исчезла. Переместилась чуть дальше по дороге, туда, откуда можно было разглядеть въезд, и только. Она умела телепортироваться гораздо дальше.
Тейлор только что стояла рядом с Сэмом, Эдилио и Деккой. А миллисекунду спустя она уже стоит одна в темноте, там, откуда друзей уже не видно.
Будто кто-то переключил канал. Только она была внутри телевизора.
Тейлор прерывисто вздохнула. Ворота были в пятидесяти ярдах от неё. За ними возвышалась АЭС, яркая и грозная.
Они ждут, что она переместится либо в сторожевую будку, либо прямо на станцию. Но Тейлор не сделает ни того, ни другого.
Спустя долю секунды она уже была за сторожевой будкой – чуть потеряла равновесие, оказавшись на крутом склоне.
Девушка удержалась на ногах и быстро огляделась, никого не увидела и прыгнула в тёмное укромное место за припаркованным грузовиком, сбоку от ворот.
– Ай!
По удивлённому возгласу Тейлор поняла, что сделала неправильный выбор.
Двое ребят, головорезов Дрейка, вооружённых ружьями, стояли прямо здесь, рядом с ней, прятались за грузовиком. Ждали в засаде.
От неожиданности они замешкались. Тейлор видела смятение в их глазах.
– Слишком медленно, – сказала Тейлор.
Охранники закричали, вскинули ружья – но девушка уже исчезла.
Она появилась в трёх футах от Сэма, который так и смотрел на дорогу.
– Тейлор. Что ты делаешь? – спросил он.
Сэм даже не заметил, как она исчезла. Тейлор рассмеялась с облегчением.
– Двое парней с пушками за грузовиком, сразу за воротами, слева. В сторожевой будке вряд ли кто-то есть. Это засада. Если вы проедете к сторожевой будке, те двое расстреляют вас со спины. Они меня заметили.
Теперь уже удивился Сэм.
– Ты…
– Ага.
– Но ты не обязана была…
– Обязана. Слушай, Брианну я нигде не видела.
– По машинам, – скомандовал Сэм. Он запрыгнул в джип. – Декка?
– Уже, – отозвалась Декка, заводя мотор.
Эдилио приказал своим ребятам тоже садиться в машину.
– Спасибо, – сказал Сэм через плечо.
От одного его слова благодарности Тейлор почувствовала себя безумно счастливой.
– Я могла бы… – начала она, в глубине души надеясь, что Сэм не скажет «да».
– Нет, – твёрдо сказал Сэм. – И пригнитесь. – Потом обратился к Эдилио: – Прямо к воротам, но притормози чуть раньше. Ехать надо быстро, чтобы они не успели сообразить, что делать. Но помни, там может быть ещё один. Тот, кого Тейлор не видела.
– Ага, – сказал Эдилио. – К этому мы готовы.
Тейлор не поняла, о чём они, но было не время задавать кучу вопросов.
Слегка накренившись, джип поехал по склону холма вверх, к воротам. Эдилио ударил по тормозам. Декка едва успела затормозить, чтобы не врезаться в них. Третья машина ехала чуть медленнее.
Сэм выскочил из джипа. Декка спрыгнула, не дожидаясь остановки.